— Добрый день, а мне нужно попасть к майору Яволину.
— Пропуск нужен, — лениво отвечает дежурный, нелениво скользя по мне взглядом.
— У вас должен быть. Проверьте, на имя Солнечной. — Холодно заявляю в ответ, строго уставившись ему в глаза.
— Нет пропуска, — усмехается и тянется от нечего делать. В это время в дежурную заходит второй сержант.
— Посмотрите, пожалуйста, повнимательнее. Полковник Дымный должен был заказать.
— Ген, ты знаешь полковника Дымного?
Ржут.
— Неа... Калюжного знаю, Краснова знаю, Белова знаю, — голосом издевка, — Дымного не знаю.
В дежурке хохот.
Я не обращаю внимания на их поведение. Устали ребята, наверное, от безделья сидеть тут сутками. Вот и развлекаются, чтобы совсем не зачахнуть.
— Не знаете, потому что он не из ФСБ, а из ОСБ.
Они тут же перестают улыбаться. А я отхожу в сторону и звоню дяде.
— Да, привет, это я.
— Ну, не пропускают меня, говорят пропуска нет.
— Что? Перезвонишь? Кому? А... Калюжному? Ну, ладно, жду.
Скидываю вызов, слышу из дежурки разговор.
— ... к тебе тут девчушка солнечная.
— Да откуда мне знать? Говорит что от полковника Дымного.
Смешок.
— Во-во... солнечная от Дымного. Да... к тебе... в преисподнюю...
Угорает, поглядывая на меня.
— Проходите, девушка. Разрешили вас пропустить.
Кладет трубку.
— Паспорт ваш дайте, зарегистрирую.
Берет паспорт.
— Ех! Смотри-ка, реально, Солнечная. Ну и фамилия у вас, девушка. Я подумал, что вы шутите.
— А у вас тут шутки понимают?
Возвращает паспорт, открывает турникет.
— Кабинет, подскажите, пожалуйста.
Опять странно улыбаются, переглядываясь с напарником.
— Три шестерки.
— Какой? — я решаю переспросить.
— Шестьсот шестьдесят шесть.
— Серьезно?
— Вы, девушка, хоть понимаете, что к самому Дьяволу идете?
Я сверлю их укоризненным взглядом.
— Я знаю, кто такой Яволин. Не нужно меня пугать.
Они кривляются, делая удивленные лица.
— Ну-ну... Только он сегодня, говорят, сильно не в настроении, а женщин он особо на дух не переносит.
Я уже их не слушаю и цокаю к лифту.
Да, для этой встречи я постаралась, принарядилась в несвойственной мне манере. Тонкая шпилька, узкая юбка, шелковая блузка плюс красиво уложенные волосы.
И строго, и секси. Так оценили меня с утра девчонки в клинике.
Пока поднимаюсь в лифте, снова достаю его часы и в который раз перечитываю гравировку на крышке: «Даже время на службе у Дьявола».
Интересно, кто ему приподнес такой подарок? А это явно подарок. Себе самому такие надписи не делают.
Убираю обратно в сумочку. Волнуюсь. Как он сейчас воспримет мое появление?
Скорее всего, не обрадуется, судя по тому, как стремительно сбежал в прошлый раз.
На этаже нахожу нужный кабинет: «666». На двери таблички:
«Специальный отдел по борьбе с особо опасными преступлениями»,
«Майор Д.Д. Яволин».
Последняя изрядно подправлена, прочесть можно только «Д. Явол».
У меня почему-то в памяти всплывают слова бабушки, когда она иногда философствует в воспитательных целях:
«Каждому достается такой дьявол, какого заслужили».
А я хочу вот этого!
Да, в ее исполнении интерпретация совсем иная, только у меня и контекст другой.
Стучу в дверь и с небольшой задержкой захожу. Сразу чувствую чисто мужскую территорию.
Трое — справа, с любопытством рассматривают меня, вежливые. Я здороваюсь с ними в ответ.
Димитрий сидит слева, на меня даже не взглянув, работает в ноутбуке, параллельно разговаривая по сотовому.
Я подхожу и молча останавливаюсь около стола.
Через минуту сбрасывает вызов и разворачивается ко мне.
Двухсекундное замешательство сменяется невозмутимой маской. В кабинете подвисает напряжение.
— Прив-е-ет... — вижу, как начинают раздуваться ноздри от недовольства, — ...ствую... Димитрий Дмитриевич.
— Здравствуйте, милая барышня, — сухо. Но я не удивляюсь, это в его манере. — Вы по какому вопросу ко мне? — А сейчас уже неприятно. «Натягивает» второй броник.
Я оборачиваюсь на его сослуживцев, а те не стесняясь слушают наш разговор.
— Я по личному вопросу, Димитрий Дмитриевич.
Он поднимает на меня глаза, а в них столько недовольства, что я даже вздрагиваю. Сумочка выскальзывает из вспотевших ладошек, плюхается на край стоящего рядом стула и с грохотом падает дальше на пол. А я ее, как назло, не застегнула.
— Ой! — растерянно смотрю на рассыпанное по полу богатство моего ридикюля. А это вполне себе богатство — мини-рюкзак со всяким и на всякий случай.
— Эля! — и дальше несколько тихих матов.
— Я нечаянно!
Спешно присаживаюсь и начинаю собирать. В моем наряде это чертовски неудобно.
— Ты зачем пришла? — шипит он разъяренно, присев рядом и нервно запихивая охапками все в мою авоську.
— Отдать забытую вещь хотела, — так же тихо, почти шепотом.
— Отдавай и иди! У меня много работы.
Киваю. Мне вдруг становится обидно за себя, но и за него тоже.
Я понимаю, что такое поведение у него — это последствия от полученных увечий, особенно проявляющиеся с противоположным полом. Отталкивающий рефлекс.
Нахожу часы и кладу на стул так, чтобы его сослуживцы не видели. Он тут же забирает и сует в карман брюк, вставая и помогая подняться мне.
— Все? — раздраженно.
Я киваю.
— Пошли, провожу, — не деликатно подталкивая меня к выходу.
Открывает дверь и пропускает вперед. Мне кажется, что я не успею выйти, как он с облегчением захлопнет за мной дверь, и интуитивно перехожу на семенящий шаг, чтобы не получить тяжелой дверью по пяткам. Но он не тормозит и идет за мной следом. Зато я торможу, провалившись каблуком в щель у порожка. Вскрикиваю от неожиданности и по инерции, и от толчка сзади лечу вперед.
В голове не испуг, а дурацкие мысли:
Ну, молодец, Эля! Сама себя штопать будешь?
Над ухом опять:
— Эля! Твою мать...
Я не на полу, а без туфли и в его руках, крепко прижата спиной к широкой груди.
— Вот это реакция! — выдыхаю восхищенно. И зажмуриваюсь... с удовольствием ощущая его реакцию. Уже не в первый раз.
Еще отрывок можно прочитать здесь:
Другие произведения автора можно читать здесь: