Ресторан сиял позолотой и пах дорогими духами вперемешку с запахом запеченного мяса. Тамара Павловна восседала во главе стола, как императрица Екатерина перед фаворитами. Прическа «волосок к волоску», бархатное платье, на шее – нитка жемчуга. Она принимала дары.
Гости, в основном такие же «божьи одуванчики» с начесами, и пара-тройка забитых родственников, подходили к трону по очереди.
– Ах, какая прелесть! – фальшиво восхищалась Тамара, принимая от двоюродной сестры набор постельного белья, который явно будет передарен при первой возможности.
Наступил звездный час любимой племянницы Леночки. Той самой, которую Тамара всегда ставила Инге в пример: «Вот Леночка – рукодельница, не то что некоторые карьеристки».
Леночка, зардевшись, вытащила огромный плоский сверток.
– Тетя Тамара! Это вам!
Когда бумагу сорвали, зал ахнул. Но не от восхищения. С холста на гостей смотрела Тамара Павловна в образе шальной императрицы – с декольте до пупа, в короне и с бокалом вина. Качество живописи напоминало рисунки на асфальте, но пафос зашкаливал.
– Какая красота! – воскликнула именинница, хотя у самой глаз дернулся. Еще минуту назад она распиналась про «пылесборники», а теперь ей вручили двухметровую бандуру, которую и повесить стыдно, и выкинуть жалко. – Повешу в гостиной! Спасибо, Леночка, удружила!
Очередь дошла до Инги и Олега. Тамара Павловна тут же сменила выражение лица с восторженного на скептическое.
– Ну-с, – громко произнесла она, чтобы слышал весь зал, даже глуховатая баба Нюра на дальнем конце стола. – Посмотрим, на что расщедрилась наша богачка. Надеюсь, не очередная безделушка, которую придется на Авито выставлять? А то знаю я вас, молодежь. Денег куры не клюют, а вкуса – ноль.
Гости затихли. Кто-то хихикнул. Олег покраснел и попытался спрятаться за спину жены. Но Инга не собиралась прятаться. Она вышла вперед, взяла микрофон и улыбнулась. Улыбка вышла вежливой, но холодной, как отчет налоговой.
– Дорогая Тамара Павловна! Вы всегда учите нас, неразумных, экономии и практичности. Вы просили подарок, который не занимает места, не собирает пыль, но греет душу и бережет кошелек. Мы с Олегом долго думали, как угодить такой мудрой женщине, как вы.
Она сделала паузу. Свекровь жадно смотрела на пухлый конверт в руках невестки.
– И мы нашли решение. Это – самая полезная вещь для вашего дома.
Инга протянула конверт. Тамара Павловна буквально вырвала его из рук. Ее глаза загорелись хищным блеском. Она была уверена: судя по толщине, там пачка пятитысячных купюр. Как раз хватит на ремонт кухни, который она давно планировала. А может, и на шубу останется.
Она с хрустом сломала сургучную печать. Гости затаили дыхание. Все ждали шелеста купюр. Тамара сунула руку внутрь, нащупала стопку бумаг и победно вытащила их наружу. Улыбка на ее лице застыла, а потом медленно поползла вниз, превращаясь в гримасу разочарования.
Это были не деньги. Это была аккуратно скрепленная степлером стопка оплаченных квитанций.
В зале повисла тишина. Тамара растерянно перебирала бумажки.
– Что это? – процедила она сквозь зубы. – Это шутка?
– Никаких шуток, мама! – радостно пояснила Инга в микрофон. – Я полностью закрыла ваши долги по коммуналке. А еще оплатила свет, воду, отопление и капремонт на год вперед!
Зал молчал. Инга продолжила, добивая:
– Вы же так переживали из-за тарифов. Говорили, что пенсия уходит в трубу. Теперь целых двенадцать месяцев вам не нужно ни о чем беспокоиться. Никаких очередей на почте, никаких нервов. Ноль пыли, чистая польза, и пенсия целая! Тратьте на себя, ни в чем не отказывайте!
Секунду длилось оцепенение. А потом баба Нюра, та самая, глуховатая, вдруг громко сказала:
– Вот это я понимаю! Вот это подарок! Мне б так кто коммуналку оплатил, я б молилась на него!
И тут зал прорвало. Пенсионеры, составлявшие костяк гостей, начали аплодировать. Для них, людей, считающих каждую копейку на ЖКХ, это был не подарок – это была мечта.
– Молодец невестка! – кричал кто-то с галерки. – Золотая девка! Вот это уважила! – Тамарка, тебе повезло! Год жить бесплатно!
Тамара Павловна стояла красная, как тот самый сургуч на конверте. Она сжимала в руках скучные, серые бумажки вместо желанного кэша. Ей хотелось швырнуть их в лицо этой наглой девице. Ей хотелось заорать, что ей нужны были живые деньги, чтобы купить новый гарнитур, а не вот это вот всё. Но она не могла.
Общественное мнение, этот страшный суд пенсионеров, был всецело на стороне Инги. Если она сейчас возмутится, её сочтут неблагодарной, зажравшейся бабой.
– Спасибо... – выдавила она из себя, чувствуя, как сводит скулы от злости. – Очень... практично.
– Я знала, что вы оцените! – Инга лучезарно улыбнулась и вернулась на место, подхватив бокал с вином.
Олег смотрел на жену с благоговением и ужасом.
– Ты – гений, – шепнул он. – Но она тебя теперь со свету сживет.
– Пусть попробует, – Инга сделала глоток. – У меня еще квитанции за интернет неоплаченные остались. На Новый год приберегу.
Тамара Павловна села на свой трон, сунув квитанции в сумочку. Аппетит пропал. Настроение было испорчено безвозвратно. Она смотрела на «Императрицу» с портрета, потом на довольную Ингу, и понимала: в этой игре счет стал 1:50. Но этот один гол стоил всех предыдущих поражений.
Вечер продолжался, гости веселились, обсуждая, как повезло Тамаре. А Инга сидела, довольная и спокойная, и думала, что иногда месть – это блюдо, которое подают не холодным, а в виде оплаченного счета за отопление.
В Telegram новый рассказ!!! (ссылка)
