Анна закрыла дверь квартиры и вдохнула прохладный воздух подъезда. В руках — ключи от машины и список: «банк, супермаркет, химчистка, родительское собрание». Стандартный набор на субботу. Ей было сорок три, и её жизнь напоминала хорошо отлаженный, но слегка заскрипевший механизм. Работа бухгалтером, муж, погружённый в свой бизнес, шестнадцатилетняя дочь-подросток, говорящая на непонятном ей языке эмодзи и тиктоков.
Садись в машину, поверни ключ. Движение по знакомому маршруту было доведено до автоматизма. Мысли блуждали где-то между отчётом за квартал и тем, что бы такого приготовить на ужин, чтобы хоть раз всем понравилось. Вдруг машину начало вести в одну сторону — переднее правое колесо было наполовину спущено. Видимо, был наезд на что-то острое. Анна вздохнула. «Идеально. Именно сейчас, когда каждая минута на счету».
Она потихоньку поехала в поисках шиномонтажа. Навигатор показывал какое-то «Колесо» в пяти минутах езды, в старой промзоне. Анна ехала мимо потускневших фасадов советских НИИ и небольших мастерских, чувствуя легкий укол ностальгии. Здесь, в этих дворах, она когда-то гуляла с бабушкой.
Шиномонтаж оказался в странном месте — напротив него располагался не то склад, не то бывший цех, а на стене красовалась большая, слегка облупившаяся вывеска: «Мастерская керамики. Гончарный круг. Наборы для взрослых».
Анна сдала машину мастеру, молодому парню в замасленной спецовке, который сказал, что ждать минут сорок. «Куда тут деться на сорок минут?» — подумала она. Кофеен поблизости не наблюдалось. И её взгляд снова зацепился за вывеску мастерской.
Она помнила, как в школьные годы обожала лепить из пластилина. Потом была изостудия, куда её водили до пятого класса. А потом — «надо быть серьёзной», математический класс, университет, работа. Глина, краски, запах обожжённой глины остались где-то в параллельной вселенной её возможного «я».
Ноги сами понесли её через дорогу. Она толкнула тяжелую дверь, и на неё пахнуло теплом, глиной и чем-то уютно-пряным, как в детстве. Внутри было просторно и светло. На полках рядами стояли готовые изделия — миски, вазы, кружки, игрушки. У стены гудели гончарные круги, за одним из них работала женщина лет шестидесяти, с седыми волосами, собранными в пучок, и удивительно живыми глазами.
— Здравствуйте, — неуверенно сказала Анна. — Я… жду машину рядом. Можно посмотреть?
— Конечно, заходи, — улыбнулась хозяйка. — Я Ольга. Присаживайся, если хочешь. Чай как раз завариваю.
Анна села на деревянную лавку, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Её взгляд упал на полку с необожжёнными работами. Среди них была трогательная пара: кривоватая, но очень душевная чашка и блюдце. «Первый блин комом», — подумала она, но сердце почему-то сжалось.
— Работа ученицы, — заметила Вера, ставя перед Анной кружку с ароматным чаем. — Ей, знаешь, за пятьдесят. Пришла сначала «от нечего делать», а теперь уже третью неделю делает сервиз для дочери. Говорит, отношения наладить хочет, а слова не находятся. Вот руками и объясняется.
— И… это помогает? — спросила Анна, согревая ладони о кружку.
— А как думаешь? — Вера прищурилась. — Глина — она мудрая. Она не терпит суеты. Нажимаешь сильно — она расползается. Слишком слабо — не держит форму. Нужен баланс. И сосредоточенность. В этом процессе все лишнее из головы уходит. Остаётся только ты и форма, которую ты хочешь создать.
Разговор затянулся. Вера оказалась удивительной собеседницей. Она не расспрашивала Анну навязчиво о жизни, но почему-то Анна сама рассказала ей про свою работу-рутину, про отдалившегося мужа, про чувство, будто жизнь проходит мимо, а ты лишь наблюдаешь в окно. Про давно забытую мечту научиться рисовать акварелью.
— Знаешь, что самое распространённое заблуждение? — сказала Ольга, вытирая руки о фартук. — Что мечты — это что-то грандиозное: яхта, Париж, своя компания. А самые важные мечты — тихие. Они про то, чтобы час в неделю быть наедине с глиной. Про то, чтобы наконец-то записаться на те курсы итальянского. Про то, чтобы пойти в поход с палаткой. Их не видно в инстаграме, но именно они делают нас живыми.
В дверь постучали. Заглянул парень из шиномонтажа: «Машина готова, можно забирать».
Анна встала, чувствуя странную нерешительность. Она поблагодарила Ольгу за чай и компанию. Уже на пороге обернулась:
— А… набор для начинающих у вас действительно есть?
— Есть, — глаза Ольги засветились пониманием. — Самый простой: кусок глины, инструменты, инструкция. Можно работать дома на кухне.
— Я, пожалуй, возьму.
Неся в руках непривычно тяжёлый пакет с глиной и инструментами, Анна шла к своей машине. Она не заметила, как прошли эти сорок минут. В голове было непривычно тихо и ясно.
Вечером, разложив глину на кухонном столе, застеленном клеёнкой, она с насмешкой посмотрела на свои «деловые» руки. А потом отломила кусок, размяла его в ладонях. Материал был холодным, податливым, живым. Она не стала лепить вазу или чашку. Просто сосредоточилась на ощущениях. На том, как под её пальцами бесформенная масса начинает меняться.
Дочь, проходя мимо, остановилась: «О, класс! А что это ты?». В её голосе прозвучало неподдельное любопытство, без привычной снисходительности.
— Не знаю ещё, — честно ответила Анна. — Просто пробую.
— Можно с тобой? — неожиданно спросила дочь.
И вот они уже сидели вдвоем, пачкают руки, смеются над своими корявыми «творениями» — дочь слепила подобие кота, больше похожее на каракатицу. Муж, заинтересовавшись непривычному смеху, заглянул на кухню, покрутил у виска, но потом вдруг присел и сказал: «А знаешь, у моего отца, твоего деда, была токарная мастерская. Я в детстве тоже любил что-то мастерить из дерева…».
Этот вечер не изменил жизнь Анны кардинально. На следующее утро всё было по-прежнему: отчеты, списки, быт. Но в её жизни появилась одна важная деталь — пакет с глиной в углу кухни. А вместе с ним — тихое, но упрямое чувство, что она может создавать что-то новое. Не только в пластичном материале, но и в себе, в отношениях с близкими.
Она поняла простую вещь, которую забыла за годы «взрослой» жизни: чтобы сдвинуться с мёртвой точки, не всегда нужен резкий разворот. Иногда достаточно незапланированной остановки. И смелости купить себе тот самый «набор для начинающих», неважно, сколько тебе лет — двадцать, сорок или шестьдесят. Потому что самые важные путешествия начинаются не с покупки билета на самолёт, а с первого шага в незнакомую, но такую манящую дверь по пути в шиномонтаж.
Мечты живут не где-то далеко. Они терпеливо ждут нас в самых неожиданных местах. И чтобы их найти, нужно всего лишь позволить себе свернуть с привычной дороги. Хотя бы на сорок минут.
-------------
Не бойтесь начать. Тепла и уюта вам. Ваша Вера 💖