Грохот выстрелов, лязг оружия, топот коней, стоны раненых — вот типичный образ боевых сражений.
Но добавьте к этому тёмную ночь, алкоголь, бурлящий в жилах, и повсеместные, непонятные многим возгласы, и перед нами предстанет удивительная битва. Битва, в которой армия победила саму себя — хотя могло бы быть совсем иначе, если бы тогда следовали известной поговорке: "На чужой язык не надейся, сам себе уму разуму учись".
Давно известно, что там, где двое дерутся, третий получает выгоду. Именно по такому принципу хотел действовать австрийский император Иосиф II Габсбург.
Война, начавшаяся в 1787 году между Россией и Османской империей, была прекрасным моментом для реализации его планов.
Правитель Священной Римской империи осознавал, что турецкое государство переживает серьёзный кризис и времена его расцвета уже позади. Помимо войн с Российской империей и Австрией, султанат Абдул-Хамида I сотрясали внутренние восстания на территории Сирии и Морее.
Таким образом, представился отличный случай осуществить своеобразный раздел турецких земель или хотя бы отхватить кусок от их бескрайних территорий.
Подготовка к войне
Несмотря на предполагаемую слабость государства султана, Иосиф II никоим образом не собирался недооценивать противника. Он знал, что считающийся пацифистом Абдул-Хамид понимал необходимость модернизации своей устаревшей армии.
Султан стремился реформировать отряды янычар и военный флот. Он начал также адаптацию артиллерии к требованиям современного поля боя.
В этой ситуации император выставил огромную армию численностью около 245 тысяч хорошо оснащённых солдат.
Масштаб подготовки подтверждает количество в 898 орудий, предназначенных сокрушить турецкую оборону. Одновременно интендантура располагала ежедневно 800 тоннами муки и 200 голов крупного рогатого скота для питания столь огромных масс войск.
Дополнительно император пользовался поддержкой царицы Екатерины II, которая, ведя войну с Турцией, связывала значительные силы врага.
Уже вовлечённое в одну войну турецкое государство смогло, однако, выставить против Австрии 100 тысяч прекрасно подготовленных и дисциплинированных солдат.
Эти силы были поделены на два корпуса, причём большим, 70-тысячным корпусом командовал великий визирь Юсуф-паша.
Хотя войска султана значительно уступали армии Иосифа II, помимо превосходного обучения (знаменитые янычары, перед которыми продолжали дрожать Европа и Азия) они обладали важным преимуществом — армией культурно и языково однородной. Этого нельзя было сказать о многочисленной, но этнически смешанной армии Священной Римской империи.
В рядах императорской армии воевали друг другу не симпатизирующие немцы, венгры, хорваты, словенцы, чехи, итальянцы, поляки и украинцы.
И вдобавок командование было немецким, и немецкий же язык использовался в приказах. Подчинённые, как выразился бы классик, знали язык, но не умели им пользоваться.
Однако Иосиф, несмотря на этот, как оказалось, существенный недостаток своей армии, объявил туркам войну.
Первоначальный план предполагал удар по важному стратегически, но защищённому слабыми силами Белграду.
В итоге император решил перенести боевые действия дальше на восток. Для этого он разделил свои силы и во главе 125-тысячного корпуса двинулся вглубь султанских земель.
"Выпьем?"
Ночью с 17 на 18 сентября 1788 года императорские войска подошли к реке Темеш близ местечка Карансебеш.
Высланные вперёд гусары должны были занять плацдарм на противоположном берегу, чтобы следующим днём могли переправиться главные силы.
Оказалось, что неподалёку от расположения авангардной кавалерии расположились табором румынские цыгане.
Само по себе это ничего плохого не значило, если бы не тот факт, что у них имелось значительное количество алкоголя.
Кавалерийская фантазия не позволила упустить такую возможность — гусары реквизировали спиртное и немедленно приступили к возлияниям.
Когда к мосту подошли первые пехотные подразделения, осталась лишь одна бочка напитка. По требованию пехоты поделиться добычей гусары решительно отказались. Быстро дошло до взаимных оскорблений и потасовок.
Раздались первые выстрелы, некоторые схватились за сабли. Используя пустые бочки, гусары дополнительно укрепили свою позицию, готовясь к длительному противостоянию.
Желание утолить жажду у пехотинцев было настолько велико, что они прибегли к хитрости. Желая заставить кавалеристов покинуть укрепления, они начали кричать: «Турки! Турки!».
Эффект этих окриков превзошёл самые смелые ожидания пехотинцев. Опьянённые гусары действительно вышли из-за баррикад, но сделали это с таким порывом, что ринулись через мост прямо навстречу растерянной пехоте.
Кавалерия подхватила крик ужаса перед турками, и он быстро распространился среди других групп солдат.
Звуки выстрелов и скачущих гусарских лошадей усиливали панику.
Ко всему прочему, к общему замешательству присоединились испуганные обозные лошади из лагеря пехоты.
Среди общего хаоса едва различимы были отчаянные окрики офицеров «Стой! Стой!», пытавшихся восстановить порядок.
Это было еще хуже, поскольку солдаты императора в большинстве своём не отличались знанием языков, отчаянные призывы офицеров восприняли как «Аллах! Аллах!». Это только еще больше побудило всех бежать.
Армия, победившая сама себя
Вскоре скопившаяся масса животных и людей стала опасно приближаться к наступающим силам главных имперских войск.
Ужас ситуации усугублялся безлунной ночью, которая мешала распознавать приближающиеся отряды.
Через мгновение на охваченную паникой толпу обрушился свинцовый град — артиллерия главных сил, решив, будто это действительно турки, попыталась остановить безумную атаку.
Земля окрасилась кровью товарищей по оружию, но паника только усилилась. Солдаты бросились бежать, беспорядочно обстреливая друг друга. Повсюду густо лежали трупы, а на крики раненых никто не обращал внимания.
Сам император пытался установить контроль над ситуацией, но обезумевшая толпа беглецов сбила его вместе с конем в реку. Ему, однако, удалось выбраться и отступить с частью уцелевших сил.
С наступлением утра бессмысленная австрийская битва закончилась.
Каково должно было быть изумление великого визиря, когда он прибыл со своими войсками на место ожидаемого сражения с армиями Иосифа II.
Вместо готового к бою неприятеля он обнаружил поле возле переправы, покрытое телами примерно десяти тысяч императорских солдат.
Юсуф-паша ловко воспользовался «лёгкой победой», чтобы предстать перед султаном разгромителем австрийских войск. Османы разграбили лагерь, забрав снаряжение и оружие, брошенные врагами, с которыми даже не обменялись ни одним выстрелом.
Кроме того, визирь распорядился отсечь головы убитым (раненым тоже), ведь за каждую голову он мог получить награду до 10 дукатов.
Турки, правда, предприняли погоню за силами Иосифа, но она вновь обошлась без столкновения с османскими войсками.
В конечном счёте фельдмаршалу императорской армии Лаудону удалось захватить Белград, но это был фактически единственный значительный успех австрийской стороны, которая в 1791 году подписала мир с Турцией.
Понравилась статья? Тогда поставьте лайк, подпишитесь на канал и поделитесь статьей в социальных сетях!
Читайте также: