Ну, я до последнего надеялся, что девчонка одумается. Признается, попросит прощения…
Но… даже горькая судьба кота её не заставила сделать это. А ведь я почему-то думал, что не всё потеряно в этой избалованной мажорке.
Увы.
Ошибся. Впервые ошибся в человеке.
И даже как-то неприятно, что ли, на душе стало.
Сижу в кабинете и смотрю в окно на дождь. Чувствую, как сдвинулись брови на переносице. И чего я так переживаю? Она мне никто.
Осталось двадцать восемь дней и я её больше не увижу.
Рубашки, кстати, тоже так и нет.
Ни Лики, ни рубашки.
И почему я не удивлён?
Надеюсь, в квартиру мою она не попала. Спряталась наверняка. Подлая трусиха! Как может девочка не пожалеть котика?!
Хотя, о чём я? Это для нормальной девочки такое невозможно. А тут Лика. Заноза. Негодная вредина и хулиганка. Распущенная девица!
Хруст карандаша в моих руках немного тормозит моё негодование. И чего я так завёлся?
К чёрту её. С Саркисянами я всё решил. Возмещу им стоимость зеркала. И вообще сделал всё, чтобы об этом инциденте все забыли.
Но почему же так фигово-то?
Почему я верил, что Лика не такая потерянная для общества?
Я же видел, как губы у неё задрожали, когда я про кота сказал. И взгляд сразу потерянный стал.
Кошусь на дверь. Всё ещё надеюсь, что она войдёт и…
Так. Хватит, Марк! Это девчонка безнадёжна. Врунья. Бессердечная врунья.
Встаю и вижу своё отражение в рубашке. И ещё больше хмурюсь.
Глупая девчонка!
Натягиваю пиджак и выхожу из кабинета.
Когда подъезжаю к дому и паркуюсь, мне уже кажется, как будто что-то не то. Какое-то странное чувство. Не то что тревоги, сам не пойму.
Захожу в подъезд, а там консьержка. Сидит и плачет.
Хм. У нас с ней, конечно, не настолько близкие отношения, но вдруг что-то случилось?
— Добрый вечер, — говорю я.
Она поднимает на меня заплаканный взгляд.
— Здравствуйте, Марк Георгиевич, — и всхлипывает.
— Что случилось?
— Вольдемар мой пропал, — и опять всхлип.
— Вольдемар? Муж ваш? Или сын? В полицию обращались? — я готов помочь ей и уже достаю телефон.
— Обращалась. Они отказали, — вздыхает.
— Что значит «отказали»? Они обязаны принять ваше заявление, — говорю строго.
— Сказали, что погуляет и придёт. Эх…
— Возмутительно.
— А он ведь домашний! Он никогда не гулял! Да и не нужно ему этого! Я же его кастрировала!
Смотрю на неё и сглатываю.
— Зачем? — спрашиваю с тревогой в голосе.
— Ну, как же? — пожимает плечами. — Чтобы не гулял да в квартире не метил.
Хмурюсь. Странные, конечно, отношения.
— Я и хвост ему подрезала тогда же. Эх… вот так и ходил мой Вольдемарчик, без хвоста, — и всхлип.
Бррр.
— А Вольдемар это всё же кто? — спрашиваю я.
— Ну, кот мой. Кот же, — вытирает глаза салфеткой и смотрит на меня как на и д и ота.
Что ж, именно так я себя сейчас и ощущаю.
Ясно.
— Найдётся, — кидаю на ходу и иду к лифтам.
Поднимаюсь на мой этаж и открываю дверь в квартиру. И опять что-то не даёт мне чувствовать себя комфортно здесь, у себя дома.
Странное ощущение! Не понимаю.
Свет не включаю, но глаза словно режет яркий свет.
Захожу в квартиру и закрываю за собой дверь. И… громко чихаю. Зажмуриваюсь и трясу головой.
— Будьте здоровы! — доносится из глубины квартиры и я резко оборачиваюсь и распахиваю глаза.
Из темноты комнаты на меня смотрят две пары глаз. Одни точно человеческие, а вот вторые… круглые и жёлтые.
— Апчхи! — я снова чихаю. — Кто здесь?! — спрашиваю строго, вглядываясь в темноту.
— Мы, — ну, этот голос я узнал.
Негодница. Что она тут делает?!
— Кто это «мы»?! — делаю шаг к глазам.
— Я и Валя.
— Валя? — приподнимаю бровь и тянусь к выключателю. — Ты зачем подругу сюда притащила?!
Включаю свет и прямо отшатываюсь. Хватаюсь за дверь и круглыми глазами смотрю на две головы, торчащие из-за дивана. Одна голова принадлежит Лике, а вот вторая… чёрная кошка! Она недовольно и противно мяукает, потому что Лика не даёт ей убежать.
— Ты зачем кошку притащила! — кричу я и закрываю нос и рот ладонью. Чувствую, что начинаю задыхаться.
У меня очень сильная аллергия на кошек!
Я устремляюсь к балкону, чтобы открыть его. Спотыкаюсь, падаю на диван и в этот момент кошка буквально визжит и вырывается из рук девчонки.
Я успеваю закрыть глаза, когда это чудовище оказывается на моём лице. Потом острая боль. Я вскрикиваю и дальше — темнота.
— Марк Георгиевич? Марк Георгиевич? Вы живы?
Сглатываю и морщусь от неприятной сухости во рту. Приоткрываю глаза и первое, что вижу, — склонившуюся над собой Лику.
Она блуждает взглядом по моему лицу. Смотрит взволнованно.
— Ой, живы! — чуть улыбается. — Марк Георгиевич, как вы?
Я пытаюсь приподняться на локтях и осматриваюсь.
— Где я?
— В больнице!
— В больнице?! — смотрю на неё ошарашенно. — Почему в больнице? Как в больнице?
— Я в «скорую» позвонила. И они сказали, что в больницу надо. А у вас правда аллергия на кошек?
— Где она?! — вскакиваю на кровати и кручу головой по сторонам.
— Кто? — изумлённо смотрит на меня девчонка.
— Валя. Тьфу, кошка эта! Где она?! — испуганно смотрю на неё, но понимаю, что не чувствую уже симптомов аллергии.
Чёрт! В последний раз их ещё в детстве ощущал и, вот, теперь.
— Оказывается, это не кошка, а кот! — радостно восклицает Лика. — Не Валя, а Вольдемар! Я его хозяйке отдала.
— Неожиданно, — сижу на кровати и потираю затылок.
— Да! — а она воодушевлённо продолжает. — Зачем же вы обманули меня, Марк Георгиевич? — и смотрит настороженно.
А я непонимающе смотрю на неё. О чём она?
— Ведь котик не виноват был! — вещает Лика. — И никто его не собирался наказывать! Да и зеркало вы оплатили! Вы…
— Лика, — морщусь недовольно я. — У меня голова начинает уже болеть от тебя, — признаюсь я и это правда.
Её звонкий и радостный голосок как молоточком пробивает башку.
Смотрю на неё — недовольно поджимает губы.
Заноза.
— А ты как вообще тут оказалась? Кто тебя впустил? — спрашиваю строго.
— Я сказала, что ваша сестра и меня впустили! — улыбается. — Марк Георгиевич! Папе не рассказывайте! Пожалуйста!
— Про что именно, Лика? Я, честно говоря, уже потерялся в твоих проступках, — усмехаюсь.
В этот момент дверь палаты открывается. Я поворачиваю голову и вижу маму.
— Марк, — вздыхает она, — мальчик мой! Как ты?
Подходит ко мне и обнимает. А, когда отпускает, то я уже не обнаруживаю Лику. Осматриваюсь — нет её. Ну, так даже лучше.
Маме, конечно, всё не рассказываю.
Из больницы меня выписывают на следующий день. Чувствую я себя хорошо и только царапины на лице напоминают о Вале.
Выхожу в офис и хоть одна радостная новость — Лика заболела и не придёт в ближайшие дни.
Нехорошо, конечно, радоваться, но у меня хотя бы не возникнет желания прид у шить эту врушку.
Сегодня я жду документы по сделке от Романа Евгеньевича. Невольно вспоминаю чёртову рубашку. И ведь ругать это чудовище не за что! Кто его знает! Если бы не рубашка, может, всё не так гладко и прошло бы?
Мысли мои прерывает стук в дверь.
— Войдите! — говорю я.
И в моем кабинете появляется высокая незнакомка.26
Книга называется "Заноза для правильного босса". Лана Пиратова
Читать полный текст можно здесь.