черт, и постараться раскрыть личность через: язык тела; взаимодействие с пространством; игру света и тени. Как фотограф, я стараюсь не предлагать готовых решений, а создавать пространство для размышлений, задать вопросы, которые скрыты в визуальных образах: как личность сохраняет свою идентичность, когда её внешний облик исчезает? Где пролегает грань между обезличенностью и общечеловечностью?
«Обезличенность» для меня не про отсутствие, а про присутствие, возможность увидеть невидимое: то, что скрывается за фасадом узнаваемых черт, и постараться раскрыть личность через: язык тела; взаимодействие с пространством; игру света и тени.
Как фотограф, я стараюсь не предлагать готовых решений, а создавать пространство для размышлений, задать вопросы, которые скрыты в визуальных образах: как личность сохраняет свою идентичность, когда её внешний облик исчезает? Где пролегает грань между обезличенностью и общечеловечностью?
