Есть вещи, которые давно не используются. Их не берут в руки каждый день, не перекладывают с места на место. Они могут лежать в коробке, в ящике, на верхней полке шкафа. При этом выбросить их не получается — не поднимается рука. Они дороги, как память.
Такие вещи редко выставляют напоказ, но они есть у каждого. И чаще всего связана та ценность не с самим предметом, а с временем, в котором он появился.
Армейские письма
Я их редко достаю. Чаще всего — к 23 февраля. И то не каждый год.
Они лежат аккуратно сложенные, в одном месте, в двух коробках. Когда всё-таки беру в руки и читаю вслух жене, реакция почти всегда одинаковая: то удивление, то смех. Некоторые фразы сегодня звучат почти анекдотом, хотя тогда было совсем не до шуток.
Писал я домой часто и много. Письма были длинные, подробные. В них — вся повседневная жизнь. Уже во втором письме появляются разговоры про дедов.
Отдельная тема — тапки. Они исчезали постоянно. Я почти в каждом письме просил:
«Срочно пришлите тапки»
Много писал про еду. Есть хотелось почти всегда. Кормили нормально, но давали мало и времени на еду оставляли немного. Просил прислать что-нибудь съестное. Попасть в наряд по столовой считалось удачей — там иногда удавалось поесть по-человечески.
Были в письмах и радостные моменты. Я служил в Москве. Для провинциального парня это был отдельный мир. Эскалатор, метро, подземные переходы — всё казалось огромным и сложным.
Я с гордостью писал, что теперь могу проехать от ВДНХ до Савёловской без подсказок. Часть писем со временем утрачена. Где-то потерялись, где-то не сохранились. Я не перечитываю их подряд. Беру одно, другое — и убираю обратно.
Часы «Монтана» из 90-х
Эти часы лежат у меня отдельно. Я иногда достаю их, поворачиваю в руках, нажимаю кнопки. Экран со временем потускнел, но выкинуть рука не поднимается.
В 90-е «Монтана» была заметной вещью. Подсветка, секундомер, будильник, мелодии — всё это воспринималось как настоящая техника. Такие часы носили с ощущением гордости и хвастались всем.
Помню, как проверяли кнопки по очереди, как показывали друг другу мелодии и старались не поцарапать корпус. Время по ним смотрели постоянно, даже если рядом были другие часы.
Сейчас они просто лежат и иногда погружают в воспоминания. Берегу...
Старые тетради
В отдельном ящике шкафа у меня лежат тетради для контрольных работ: с 1 по 3 класс, по русскому языку и математике. Я редко туда заглядываю.
Тетради с простыми обложками, подписанные первой учительницей Зинаидой Михайловной. Внутри довольно аккуратные строки, не то, что у современных детей. Видно, как рука со временем становится увереннее.
Оценки в основном хорошие. Проверяли строго, а мы очень старались!
Ошибки подчёркнуты, где-то приписано сбоку, где-то обведено. На полях черточка и цифра - отсыл к определенному правилу. У вас было так?
По таким пометкам хорошо видно, что требования были понятные и одинаковые для всех. Ничего лишнего, всё по делу. Это память о начале учёбы, о первых правилах, примерах и проверках, которые тогда казались очень важны.
Старые открытки
Открытки лежат вместе, в одной стопке. Не в файлах на компе и не на телефоне. Просто сложены и убраны. Иногда попадаются на глаза, когда что-то ищешь в шкафу, и рука сама тянется пролистать.
Они разные. С праздниками, с Новым годом, с 8 Марта, с днём рождения. Бумага плотная, местами уже пожелтевшая. И от руки написаны поздравления.
Тексты простые:
«Желаю здоровья»
«Успехов в учёбе»
«Всего самого доброго»
Сейчас такие слова кажутся шаблонными, а тогда в них вкладывали смысл. Открытку выбирали, покупали заранее, подписывали, не спеша выводя буквы.
Некоторые открытки подписаны родственниками, которых уже нет. Некоторые — людьми, с которыми давно не общаемся. Но в каждой открытке чувствуется тепло и душа.
Значки
Значки я собирал долго. В то время многие чем-то увлекались. Кто-то собирал марки, кто-то монетки, а у меня были значки. Увлечение возникло постепенно. Один значок появился, потом второй, третий — и в какой-то момент их стало очень много.
Больше всего мне нравились пластмассовые. Почему именно они — сейчас уже не скажу. Тогда они казались ярче, интереснее, живее. Наверное, и доступнее...
Со временем начинаешь понимать, что ценность сегодня представляют в основном металлические значки. Но в детстве и юности я об этом не думал. Важно было само ощущение, что коллекция растёт.
Сколько их было, сейчас уже не сосчитать. Многие со временем утрачены. Какие-то потерялись при переездах. Какие-то разошлись по друзьям. Какие-то просто исчезли, как это часто бывает с детскими и подростковыми вещами.
Хорошо помню полотна, на которые они крепились. Свободного места на них не было совсем. Значки висели плотно, рядом друг с другом, рядами. Эти полотна размещались на стене и были частью комнаты. Их замечали сразу.
Сегодня значки хранятся в коробках, а которых нет - стерлись из памяти. Помню, как радовался каждому новому значку.
Виниловые пластинки
Пластинки у меня тоже сохранились. Они и до сих пор лежат у бабушки в тумбочке.
Проигрыватель есть, но сейчас он не работает. Иногда ловлю себя на мысли, что хочется послушать хотя бы одну пластинку. Услышать первые щелчки, дождаться, пока пойдёт звук.
У тёщи проигрыватель тоже есть, но там другая проблема — что-то случилось со скоростями. Пластинка крутится, но словно тянет пленку. Слушать в таком виде уже не получается.
Сами записи разные. Есть совсем старые, есть и более современные: Юрий Лоза, Наталия Гулькина, «Кино», даже Богдан Титомир и Маша Распутина.
Сказки тоже есть.
Каждая пластинка — это еще и обложка из плотного конверта. Раритет и почти коллекция. Помните звёзд такими?
Сейчас всё это хранится без возможности включить. И всё равно выбросить не могу.
Видео- и аудиокассеты
Кассеты тоже до сих пор со мной. И видеокассеты, и обычные аудио.
Они лежат в коробках, аккуратно сложенные под шкафом, хотя давно понятно, что включить их сейчас почти не на чем. Видеомагнитофон когда-то убрали, потом он окончательно вышел из строя.
Магнитофон с кассетником тоже давно не доставали, да и работает ли он?
А когда-то кассеты были центром всего. Музыку переписывали друг у друга. Подписывали вкладыши от руки. Следили, чтобы плёнка не зажевалась. Если начинала тянуть — аккуратно прокручивали карандашом. Помните?
На аудиокассетах — сборники, записи с рынка с распечатанной бумажкой внутри. На видеокассетах — фильмы, тоже с рынка, но тесть и записанные с телевизора.
Помню, приглашали мастера, он из лампового телевизора сделал выход, и я записывал что-то на видеоплеер — в основном какие-то фильмы и концерты. Качество было не очень, но это никого не смущало.
Каждая кассета требовала времени. Нужно было дождаться нужного момента, перемотать, перевернуть. Нельзя было просто щёлкнуть и выбрать следующий трек. И в этом тоже была своя атмосфера.
Со временем многое меняется. Техника устаревает. Форматы уходят. Появляются новые удобные способы хранить музыку, фотографии, переписку. И даже немного жаль...
Старые предметы остаются лежать в ящиках и коробках, потому что вместе с ними остаётся кусочек времени, в котором мы были другими. И это бесценно. Выбросить нельзя!
Эти вещи не тянут назад и не мешают жить дальше. Они просто существуют рядом, напоминая, как всё было устроено раньше. Иногда достаточно знать, что они просто есть.
А какие вещи из прошлого до сих пор храните вы — и почему рука не поднимается с ними расстаться? Расскажите, это интересно ;)