Всё началось с выбора краски. Точнее, с моего ступора перед бесконечной полкой с банками. Я стояла, держа в руке оторванный кусочек обоев, и чувствовала себя полной дурой. Ремонт в маминой квартире застопорился на самом элементарном.
- Если брать, то эту , - раздался рядом спокойный, низкий голос, - в вашем образце явно виден жёлтый пигмент. Он даст грязь на стене. Нужно что-то из холодной линейки.
Я обернулась. Рядом стоял мужчина, в руках он держал две банки грунтовки и пакет с какими-то алебастровыми уголками. Лет ему было, наверное, под шестьдесят, одет был довольно просто - тёмные рабочие брюки, тёмная же куртка, на ногашь практичные ботинки. Но не это бросилось в глаза. А взгляд. Спокойный, сосредоточенный, устремлённый на банку в моих руках, будто он разгадывал в ней важную техническую задачу.
- Вы… специалист? - неуверенно спросила я.
- По необходимости, - он слегка пожал плечами. - У меня дом. В пятнадцати минутах от центра. Там всё время что-то нужно делать. Хочешь-не хочешь, а будешь специалистом за 20-то лет.
Он не стал ничего дальше доказывать или настаивать. Просто взял с верхней полки банку с неприметной этикеткой и поставил её в мою тележку.
- Вот эта. Покрытие отличное, скроет мелкие неровности. И под ваш образец подходит.
И повернулся, чтобы уйти. Этот жест, помог и ушёл, был настолько непривычен, что я даже немного растерялась. С небольшим опозданием крикнула ему в спину:
- Спасибо большое! А… вы не подскажете, этот обрацез колеруется? Хочется еле-еле голубоватый оттенок получить.
Он остановился, обернулся. В его глазах мелькнула тень лёгкой, профессиональной досады, как у учителя, которого спрашивают очевидное.
- Любую белую краску можно колеровать. Но если хотите холодный оттенок - берите сразу голубую базу. Иначе получите серую грязь. Вот эта.
И с тем же сосредоточенным видом он снял другую банку и поставил её рядом с первой. А потом кивнул и пошёл к кассе. Я наблюдала, как он разговаривает с кассиршей - коротко, чётко. И мне вдруг стало до смешного любопытно. Кто этот человек, чей мир, судя по всему, вращается вокруг правильного грунта и оттенков белого? Кто живёт в каком-то своём доме в пятнадцати минутах от центра и двадцать лет что-то там чинит?
Я не романтичная дура. В моём возрасте случайные знакомства в строительных магазинах не сулят ничего, кроме возможных проблем. Но было в нём что-то... Какая-то внутренняя устойчивость, как у старого дерева. И я, к собственному удивлению, догнала его уже на улице, где он укладывал покупки в багажник не нового, но аккуратного универсала.
- Извините, - сказала я, слегка запыхавшись. - Я Анна. Спасибо ещё раз. Если у вас дом, то наверняка знаете, где тут взять нормальную сантехнику? А то я уже всё облазила…
Он закрыл багажник, посмотрел на меня. Нескрываемого интереса в его взгляде не было. Была лёгкая усталость и, опять же, сосредоточенность на вопросе.
- Владимир, - откликнулся он на имя. Помолчал, оценивая. - Нормальную сантехнику везут из области, со склада. Но она дорогая. Вам для квартиры?
- Да-да.
Он кивнул, достал из кармана простой, без изысков, телефон.
- Давайте номер. Скину вам адрес и название. Скажете, что от Владимира. Вам подберут что-то простое и надёжное. Без накруток.
Я продиктовала номер. Через минуту на моём телефоне пискнуло смс с адресом и названием фирмы.
- Удачи с ремонтом, - сказал он, сел в машину и уехал.
Я осталась стоять на парковке с телефоном в руке, чувствуя себя так, будто только что пообщалась не с человеком, а с каким-то доброжелательным, но крайне сжатым справочным бюро по вопросам домашнего хозяйства. И это было настолько странно и свежо после всех этих лет общения с мужчинами, которые сразу начинали играть роли - галантных кавалеров, успешных добытчиков или вечных мальчиков, что у меня в голове засела одна мысль: "Интересно, а какой у него дом?".
---
После того случая в магазине мы с Владимиром стали иногда переписываться. Не каждый день, а так - раз в неделю-две. Он мог скинуть фото, как у него хорошо легла плитка в прихожей. Я могла спросить совета. Общались как коллеги по ремонту.
Через месяц он написал: "Если будете в моём районе, заезжайте на чай. Покажу, что сделал".
Я подумала - почему нет? Человек интересный, поговорить есть о чём.
Дом его оказался двухэтажным, очень ухоженным. Внутри было чисто, но как-то пусто. Видно, что мужчина один живёт. Он повёл меня по дому, показывал, что переделал. Всё сделано качественно, своими руками. Чувствовалось, что он вкладывался.
Потом мы сели на кухне пить чай. И тут он говорит:
- Шторы в гостиной жалко. Жена выбирала, ещё полтора года назад. Совсем запылились, а я всё тяну, боюсь в химчистку отдавать - вдруг испортят. И стирать сам не решаюсь, ткань сложная.
Я посмотрела на него и предложила:
- Давайте я помогу. У меня есть знакомые, они с такими тканями работают. Отвезу, потом вместе повесим обратно.
Он так обрадовался, прямо глаза загорелись.
- Правда не затруднит?
- Не затруднит, - говорю.
На следующей неделе я забрала у него эти тяжёлые бархатные шторы, отвезла на чистку, потом привезла обратно. Мы с ним их развешивали, поправляли. Когда всё было готово, он стоит, смотрит и говорит:
- Спасибо вам большое. Как будто снова… Ну, вы понимаете.
Я подумала тогда, что между нами что-то вспыхнуло. Во всяком случае, у меня точно.
Потом мы снова сели пить чай. Сидим, молчим. И вдруг он говорит:
- Анна, я вам очень благодарен. Вы мне очень помогли.
Я ждала, что будет дальше. А он продолжает:
- Но я должен вам сказать честно. Я не готов к серьёзным отношениям. Не сейчас.
Мне стало так неловко и обидно, что я даже слов не нашла. Получается, я для него была просто бесплатной помощницей по хозяйству
- Поняла, - сказала я. - Всё в порядке.
Допила чай, собралась и ушла. Он проводил до калитки, ещё раз поблагодарил. Больше мы не общались.
Наверное, некоторые люди так устают от жизни и потерь, что любое сближение их пугает. Им проще заплатить за услуги, чем пускать кого-то в свою жизнь. Может, он и правда не был готов. А может, просто я ему не понравилась, и он не знал, как мягче отказать. Кто его знает.
Так что история закончилась ничем. Помогла человеку, а он сказал "спасибо" и "до свидания". Бывает.