Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Рассказы Анисимова

Любовный многоугольник

Директор, прежде начать разговор, долго думал – как бы так сделать, чтобы случайно не обидеть эту женщину. Как бы то ни было, но она была его бухгалтером, и – к тому же – неплохим. - Так, Наталья Петровна… - Семён Семёнович изобразил на лице улыбку. - Признавайтесь как на духу, вы, правда, влюблены в Иванова? Женщина замерла, и уставилась на директора почти гневным взглядом. - Семён Семёныч, вам не кажется, что это не ваше дело? - Как это не моё? – наигранно возмутился директор. – А чьё это дело? - Это моё личное дело! – гордо воскликнула женщина. - Так... Ясно... – Директор загадочно улыбнулся, и кивнул. - Значит, правду люди говорят, что у нас на работе образовался служебный роман. - Еще раз говорю, эта тема не для обсуждения! – продолжила возмущённо женщина. – Я – не ваша супруга, и потому, имею право любить любого мужчин, которого захочу. - Имеет, имеете, - уже не очень хорошо усмехнулся Семён Семёнович. - Вы можете любить даже не мужчину. Но, только за пределами нашей организац
Нельзя думать только о себе
Нельзя думать только о себе

Директор, прежде начать разговор, долго думал – как бы так сделать, чтобы случайно не обидеть эту женщину. Как бы то ни было, но она была его бухгалтером, и – к тому же – неплохим.

- Так, Наталья Петровна… - Семён Семёнович изобразил на лице улыбку. - Признавайтесь как на духу, вы, правда, влюблены в Иванова?

Женщина замерла, и уставилась на директора почти гневным взглядом.

- Семён Семёныч, вам не кажется, что это не ваше дело?

- Как это не моё? – наигранно возмутился директор. – А чьё это дело?

- Это моё личное дело! – гордо воскликнула женщина.

- Так... Ясно... – Директор загадочно улыбнулся, и кивнул. - Значит, правду люди говорят, что у нас на работе образовался служебный роман.

- Еще раз говорю, эта тема не для обсуждения! – продолжила возмущённо женщина. – Я – не ваша супруга, и потому, имею право любить любого мужчин, которого захочу.

- Имеет, имеете, - уже не очень хорошо усмехнулся Семён Семёнович. - Вы можете любить даже не мужчину. Но, только за пределами нашей организации, и в свободное от работы время!

- Почему это? – вспыхнула бухгалтерша.

- А потому что у нашего Иванова от вашей любви возникла неожиданная аллергия.

- Чего? – Наталья Петровна недоверчиво уставилась на своего начальника. – Какая ещё аллергия? Что вы придумываете?

- Я не придумываю. Он мне сегодня утром сам в этом признался. Вы знаете, что когда вы посылаете ему любовные взгляды, да ещё и при посторонних, Иванову становится дурно.

- А вот это мне глубоко безразлично - что ему становится, и как, - усмехнулась Наталья Петровна. - И вообще, я о своих чувствах отчитываться ни перед кем не обязана! Вам это понятно?

- Да. Мне это понятно, – кивнул директор. - Но Иванов жалуется, что вы не даёте ему прохода.

- Кто не даёт? Какого ещё прохода?

- Вы! Он говорит, что вы постоянно встаёте у него на пути. Он даже лишний раз в туалет сходить боится. Потому что, ему уже кажется, что вы везде его поджидаете!

- Что он придумывает? – возмутилась бухгалтерша. - Да пусть он ходит куда хочет, и когда хочет. Я ему жить не мешаю.

- Как это не мешаете? - Директор сделал лицо заговорщика. - А вы знаете, что он влюблён в другую женщину?

- Ну и что?

- Как это - ну и что? Эта женщина знает о вашей любви к Иванову, и потому не отвечает ему взаимностью. А он от этого страдает.

- Да что вы мне глупости говорите! – Наталья Петровна издевательски засмеялась. – Эта Ленка не отвечает Иванову взаимностью потому, что она давно уже втюрилась в Штольмана. Понятно вам? На Иванова ей всегда было наплевать.

- Откуда вы это знаете? - удивился директор.

- А вы что, не знали, что ли? Но этот Штольман вбил себе в голову, что ему нужна только я!

- Вы?

- Ну, да! Ему, видишь ли, цыганка так нагадала. На рынке поймала за руку, и наплела с три короба. Но я в жизни за него не выйду.

- Почему?

- Потому что, он - лысый.

- Ну и что?

- А у Иванова, вон - какая шевелюра. Я с детства, страсть, как люблю мужчин с красивыми волосами. Если честно, я мечтала из-за этого даже парикмахером стать. Но меня моя мама отговорила. Сказала, что я с такой любовью мужей буду менять как перчатки. Ведь в парикмахерскую лохматых мужчин приходят очень много.

- Погодите, Наталья Петровна… - Директор недовольно поморщился. – Так это выходит, что вы Иванова любите только из-за волос?

- Совершенно верно.

- Глупость какая-то. Так не бывает.

- А ещё я его люблю назло Штольману! Я хочу, что он прекратил меня преследовать! Вообще-то, я - по-настоящему - люблю совсем другого мужчину, но о нём вам знать не следует. Я, пока что, жду, когда этот мужчина созреет.

- Как - созреет? Для чего созреет?

- Для того, чтобы полюбить меня. А он любит какую-то глупую молоденькую пустышку. И совершенно зря любит.

- Зря? – Директор уже ничего не понимал из того, что говорила ему бухгалтер.

- Конечно, зря! Я же точно знаю, что эта малолетка скоро выйдет замуж за другого. И тогда этому мужчине, которого я люблю, придётся обратить на меня внимание. Я всё для этого сделаю.

- А Иванов? – с тоской спросил директор.

- Что - Иванов?

- Мне что ему сказать? Что вы его любите просто так? За волосы? И для отвода глаз?

- Не надо ему ничего такого говорить! – испугалась женщина. - А то он ещё пострижется на лысо. Назло мне.

- Нет, Наталья Петровна, - затряс головой директор. - Если я его сегодня же не успокою, он от нас уволится. Он же из-за вас теперь и на работу ходить боится. Иванов меня утром предупредил, что если я вас не угомоню...

- Господи, какие нежности! - воскликнула бухгалтерша. - Ну и пусть увольняется.

- Вы, что, с ума сошли?! А где я ещё найду такого инженера? Вы же бухгалтер, и должны понимать. Мы с вами вместе обязаны думать о нашем производстве. И об инженерах, тоже.

- А при чём здесь инженеры? – поморщилась Наталья Петровна. - Мне моя личная жизнь гораздо важнее, чем производственная. – Я, между прочим, женщина совершенно одинокая.

- Это я понимаю, - тяжело вздохнул директор. – Но мне ваш любовный многоугольник не нравится. Поэтому, предлагаю его немного подкорректировать.

- Это - как?

- А очень просто. Вы, вместо Иванова, обратите внимание на какого-нибудь другого мужчину. У нас что, мало людей с красивыми причёсками? Возьмите, к примеру, Чемоданова. У него, тоже, волосы неплохие.

- Чемоданов? – Бухгалтер задумалась.- Это, который, из снабжения?

- Точно, - кивнул Семён Семёныч. – К тому же, он недавно развёлся. Так что, для вас он - беспроигрышный вариант.

- Ну, с разведёнными, вообще-то, опасно связываться. Они ведь могут всё воспринять за чистую монету, и среагировать.

- Так вы же - сами говорите - свободная. Вам терять нечего. А из-за ваших провокаций наше производство может потерять хорошего инженера. А, Наталья Петровна? Может, поменяете жертву?

- Ну, ладно… - немного подумав, женщина кивнула. – Чемоданов, так Чемоданов. Тем более, офис снабженцев рядом с моим кабинетом находится. Мне будет ходить недалеко.

- Значит, договорились?

- Договорились, - недовольно кивнула бухгалтер. – Ради вас, мужчин, на что только женщина не пойдёт. Мы ведь, существа слабые, нас уговорить запросто можно.

Она вздохнула, поднялась со стула, и отправилась в свой кабинет.

А радостный директор срочно вызвал к себе Иванова. ©

Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов