Мне было двадцать два, когда я попал в список бестселлеров «Нью-Йорк Таймс». Не на первое место, конечно. Это было бы безумием. Вершину списка я покорил только в двадцать четыре, когда вышел сиквел.
Скорее всего, вы знаете эту Серию. Многие из вас её читали. Да что там — её читали повсюду. Но, пожалуйста, не тратьте время, пытаясь угадать, кто я такой и о каких книгах идет речь. Я изменил достаточно деталей, так что вряд ли у вас получится. Давайте пока называть это просто «Серия».
Немного хоррора. Капля научной фантастики. Щепотка фэнтези. Каким-то образом эта смесь попала на рынок именно в тот момент, когда массовое сознание было готово её проглотить, и мгновенно вознесла меня на литературный олимп. Писатели не любят признавать, что львиная доля успеха зависит от слепой удачи, но было бы верхом самонадеянности утверждать, что моя слава — исключительно моя заслуга.
Конечно, нужно написать отличный роман. Это база. Но знаете, сколько писателей создают шедевры, продолжая сводить концы с концами на основной работе? Пугающе много.
Вторая книга Серии вышла через два года после первой. Третья — еще через три. Вместе с популярностью росло и количество обязательств: встречи, интервью, поездки. Четвертая книга появилась только спустя семь лет. А финал? Прошло пять лет. Потом десять. Потом двенадцать.
На писательских конференциях вопросы из зала эволюционировали от «Как вы создаете таких живых персонажей?» до «Когда уже?» и «Да как вы смеете?». Интернет-дискуссии пропитались желчью. Обожание фанатов сменилось открытой враждебностью. Но финал так и не выходил. И вот однажды один из таких фанатов решил, что его терпение лопнуло. Он решил меня похитить.
Хотелось бы сказать, что меня накачали наркотиками. Тогда, по крайней мере, всё прошло бы безболезненно. Вместо этого я был в полном сознании и кристально ясно осознавал собственную беспомощность.
Всё случилось на людях: на Комик-Коне, в перерыве между панельной дискуссией о будущем слэшеров и моей автограф-сессией. — Ваш выход, — бросил мне мужчина с бейджиком организатора. И я, как идиот, забыв, что до сессии еще двадцать минут, поплелся за ним из комнаты отдыха. Тревога шевельнулась лишь тогда, когда он вывел меня через аварийный выход на улицу. Мы оказались в пустынном техническом проезде, куда обычно заезжают грузовики для разгрузки.
— Простите, вы кто, вы сказали? Вместо ответа он вытащил пистолет из внутреннего кармана куртки. — Это правда ты. Не могу поверить, это реально ты. — Стоп. Эй. Я ничего не понимаю. — Я… — он покачал головой и напустил на себя суровый вид. — Я не хочу причинять тебе боль. Книга. Последняя часть Серии. Скажи, где ты её прячешь и как до неё добраться.
Я попятился, но дверь за спиной уже захлопнулась с лязгом. Снаружи ручки не было. За свою карьеру я повидал всякое: от фанатов, преследующих меня на парковках, до просьб дать автограф, стоя у писсуара. Но оружием мне угрожали впервые. — Послушай, — сказал я. — Ты не хочешь этого делать. — Не хочу, — он навел ствол мне в голову. — Я буду чувствовать себя ужасно. Правда. Мне просто нужна книга. — Она не готова. Пятой книги нет. Пожалуйста. Я не могу её достать. Клянусь могилой покойной жены.
Он сглотнул, явно колеблясь. Затем кивнул в сторону синего фургона: — Залезай. Вместо того чтобы подчиниться, я попытался воззвать к его разуму — именно по этой причине я в итоге оказался на полу фургона, окровавленный, полубессознательный и стонущий от боли.
Хотелось бы сказать, что я запоминал повороты, считал время в пути или планировал героический побег на ходу. Вместо этого я гипервентилировал и скулил. Мы все втайне мним себя героями, пока нам не завяжут глаза и не заткнут рот кляпом.
Когда он наконец сдернул повязку, мы были в каком-то подвале. Никаких клише вроде снующих крыс или капающей с потолка воды — только голые стены и химический запах свежей краски. Мужчина сидел напротив. Он смотрел на меня пристально. Сначала я подумал — со злостью. Но нет. Это было нечто куда худшее: благоговение.
— Ты здесь, — сказал он. — Не верится, что ты наконец пришел. Я так долго думал об этом моменте. Прости за неудобства в дороге. — Он виновато улыбнулся. — Вынужденная мера. Ты понимаешь. Уверен, ты понимаешь. Я молча смотрел на него. — Где же мои манеры! — он вскочил и стянул кляп у меня с шеи. — Вот! Так лучше. Тебе принести чего-нибудь? Пива? Газировки? Если я правильно помню, ты любишь диетический «Доктор Пеппер»?
Я замер, как кролик, надеющийся, что ястреб его не заметит. — Ты выглядишь совсем иначе, чем в наш прошлый раз. Намного старше. Волосы совсем ушли. Но, полагаю, я тоже изменился. Время умеет утекать сквозь пальцы, верно? Уж ты-то знаешь. Я не жду, что ты меня вспомнишь. Я был на твоей автограф-сессии так давно. И всё же в его глазах мелькнула искра надежды. Будто он допускал, что я сейчас просияю и воскликну: «А, это ты! Номер семьдесят три в очереди. Конечно, ты был особенным. Самым особенным из моих фанатов. Спасибо, что пригласил к себе домой!»
— Ты в порядке? — его нетерпеливая улыбка дрогнула. — Мои волосы. Я потерял их после смерти жены, — я встретился взглядом с похитителем. — Она умерла одиннадцать лет назад. С тех пор я не могу писать как раньше. Книги, которую ты хочешь… Прости, но её не существует. Я не могу её отдать. Если ты меня отпустишь, обещаю, я забуду твое лицо. Никаких последствий, честно.
Я ожидал, что лицо мужчины окаменеет, исказится от раздражения. Но оно лишь смягчилось. — Я знаю, — сказал он. — Большинство не понимает, как ты страдал после её смерти, но я понимаю. Поэтому я и привез тебя сюда. Впервые я разглядел, что находится за его спиной. Письменный стол. С одной стороны — стопка чистой бумаги, с другой — металлическая конструкция. Странный механизм из оков и, главное, острого, сверкающего лезвия.
Он наклонился ко мне: — Я помогу тебе написать книгу.
На этот раз, когда он достал пистолет и приказал двигаться, у меня хватило ума не сопротивляться. Он подвел меня к столу, закрепил мою руку в системе металлических фиксаторов, затем пристегнул скобу поверх моего живота. Он заставил меня вытянуть мизинец и установил над ним миниатюрное подобие гильотины. Лезвие блестело в тусклом свете, готовое в любой момент обрушиться на костяшку.
— Одна страница в час, идет? — сказал он. — Мой процесс так не работает. Мне нужно сначала продумать сюжет, сцену, мотивацию персонажей, и… и… — Тебе не будет больно. В этом не будет нужды. Ты ведь талантлив. Он положил руку мне на плечо и повернул диск таймера, похожего на те, что были в старых тостерах из 90-х, на отметку «шестьдесят». — Это для твоего же блага.
Шестьдесят минут спустя, когда таймер дзынькнул, и лезвие с глухим стуком упало вниз, и я, и мой похититель узнали, что он ошибался. Оказалось, я не так уж талантлив. Мой мизинец скатился со стола.
Странно наблюдать, как твои самые преданные фанаты превращаются в твоих самых жестоких мучителей. Это похоже на развод — по крайней мере, так я себе его представляю. Сначала они тебя любят. Так тебе кажется. А потом — нет. И ты это понимаешь.
Со временем и они это понимают, но всё равно хотят тебя. Они жаждут того, что ты давал им раньше, того пьянящего чувства, которое доставляло им столько удовольствия. Только выясняется, что это никогда не было любовью. Не по-настоящему. Это было желание — эгоистичное, ненасытное желание. И даже когда теплая романтическая оболочка исчезает, голод остается. Они ненавидят тебя, но хотят тебя. И снова ненавидят.
Каждые пару лет издатель пытается их умилостивить. «Он занят пресс-турами. Скоро будет». А через пару лет: «Он просто доводит текст до совершенства. Скоро будет». Иногда они даже врут: «Мы говорили с ним. Правки уже вносятся. Скоро». Но это «скоро» никогда не наступает.
Они не могут отпустить и не могут простить. Они перечитывают Серию — сначала с ностальгией, потом с тошнотой, зная, что снова дойдут до конца и не получат развязки. Они переключаются на фанфики: какие-то написаны бездарно, какие-то — лучше оригинала, но этого всё равно мало. Ничего не помогает. Они любят тебя, но ненавидят тебя, но любят тебя.
Они захлебываются восторгом на встречах, а потом поливают тебя грязью в сети. Они льстят тебе фанартами и шлют письма с угрозами. Они пристают к тебе в супермаркете — мол, почему ты покупаешь продукты, а не пишешь? — и деловито спрашивают: «А кто закончит Серию, когда вы умрете?», словно твоя смерть — лишь сухая деловая транзакция. Потом они делают тебя миллионером и знаменитостью, а в итоге, после всех телеинтервью и нервных срывов за кулисами, ты запутан так же, как и они. Ты их любишь или презираешь? Ты говоришь им, что первое. Но, скорее всего, второе.
К чести моего похитителя, он выглядел искренне удивленным, когда из обрубка, где раньше был мизинец, хлынула кровь. — Я думал, ты… — заикался он. — Я думал, часа хватит, чтобы… Я визжал. Как младенец. И плакал. Мне не стыдно в этом признаться, но так оно и было. Я орал, проклинал всё на свете и в конце концов потерял сознание.
Очнулся я всё там же, за столом. Мою искалеченную кисть перетягивала металлическая проволока, действуя как жгут. На листе передо мной было всего несколько жалких, нацарапанных строк. И брызги красного.
— Это хорошо, — произнес дрожащий голос. — Теперь ты понимаешь, что последствия реальны. Думаю… Думаю, именно это тебе и было нужно. — В его голосе крепла уверенность. — Теперь ты сможешь начать по-настоящему. Хватит копаться в себе. — Пожалуйста. Я напишу историю, которую ты хочешь, но мне нужно быть одному. Так работает мой процесс. Просто дай мне тишину, еду и… и кондиционер, и я всё сделаю. — Ты уже на полпути. У тебя целый час, чтобы закончить всего полстраницы. Я в тебя верю.
Следующим был безымянный. Потом средний. Когда таймер отсчитывал время для указательного пальца, мой похититель вдруг зарычал и ударил кулаком в стену. Стол вздрогнул. Он взял себя в руки. — Как насчет перерыва? — спросил он. — А? Немного времени, чтобы… проветрить голову?
Он не принес еды. Даже не отстегнул меня от стола. Я провел там всю ночь, проваливаясь в сон и снова просыпаясь, глядя на свой провальный текст и мини-гильотину, нависшую над указательным пальцем. Я даже не пытался выбраться, боясь, что от лишнего движения лезвие сорвется. Часы тянулись бесконечно.
— Прости меня! — Голос выдернул меня из забытья. Похититель вернулся. — Пришлось отлучиться по делам. Дико извиняюсь, что оставил тебя так. Наверное, ты считаешь меня ужасным хозяином. Освежился? — Пожалуйста, — прохрипел я. — Не запускай таймер. Это не сработает. — Ты прав. Я вёл себя глупо. Это не твой процесс. Нам нужно попробовать кое-что другое.
Меня передернуло, но я не стал возражать. Какой в этом смысл? Каждая попытка сопротивления заканчивалась фингалом или потерей пальца. Я дрожал, пока он отстегивал меня и вел вверх по лестнице из подвала. По пути мой похититель что-то напевал.
Я мысленно готовился к худшему. Представлял, как он сует меня в петлю. Бассейн с ядовитыми змеями. Ванна с оголенными проводами. Дюжина изощренных пыток за дюжину лет ожидания моей книги. Я был готов ко всему, когда он вытолкнул меня с лестничной клетки… И мы оказались в роскошной столовой.
— Присаживайся. — Похититель указал на один конец огромного стола из красного дерева. Приковав мои лодыжки, он сел на противоположном конце. Утренний свет лился сквозь витражные окна. На стенах висели искусно вытканные гобелены, на полу лежали антикварные ковры. Стол был заставлен дымящимися горшками с бульоном и жареной ягнятиной. Это был единственный исход, которого я не предвидел: приятный. И все же, чем дольше я смотрел, тем сильнее скручивало живот.
На ближайшем постаменте человек-кентавр бился в челюстях морского чудовища. Цветовая гамма комнаты — красный, серый и золотой — казалась пугающе знакомой, а окна… это были не просто цветные стёкла. На них были изображены жуткие шипастые фрукты и до боли знакомые дворцы подземного мира. Всё здесь, от картин маслом до резьбы на столе, было сценами из Серии или отсылками к ней. Это была не просто столовая. Это был храм.
На другом конце стола мой похититель улыбнулся, почти застенчиво. — Ты сказал, тебе нужна еда, — произнес он. — И кондиционер. Я подумал, здесь условия больше подходят для того процесса, который ты описал. Бумага прямо у твоего локтя. Правила те же.
Раз он решил закатить мне пир, может, с ним можно договориться? Я выпрямился. Не обязательно же всё должно закончиться пытками. Я смогу вразумить его или, по крайней мере, расслабиться достаточно, чтобы написать то, что он хочет. Но прежде чем я успел открыть рот, он заговорил: — Страница в час. Если нет — съедаешь тарелку супа. Вон ту, перед тобой. — И всё? Это и есть наказание? — Я не наказываю тебя. Я помогаю. — Его улыбка стала печальной. — Ты сказал, что не можешь писать без своей покойной жены. Я это исправил. Сегодня утром я забрал её урну.
Секунду я не понимал. Суп. От него шел пар, запах соли, картофеля и чеснока. Но цвет… Серый. Даже пепельный. Нет. — Никто не знает мой домашний адрес, — сказал я. — Даже мой агент. Я не верю. Это невозможно. Это не… Он назвал мой адрес. Он описал цвет урны.
В этот раз я писал. В панике. Это был не холодный страх перед лезвием. Это было горячее, обжигающее отчаяние. Только не это. Что угодно, только не это. Я строчил предложение за предложением. Точки, кавычки. Я написал не одну страницу. К концу часа я написал четыре. К концу следующего — десять. Мой похититель, подперев щеку рукой, наблюдал за мной. Довольно. Даже с любовью.
Когда таймер прозвенел в третий раз, я помахал перед ним внушительной стопкой бумаг. Всего шестнадцать листов. — Вот, — сказал я. — Целая глава. Этого должно хватить. Отпусти меня. Умоляю.
Он подпрыгнул на месте, подходя ко мне. Его лицо сияло предвкушением, когда он взял листы и пробежал глазами первые строки. Радость на лице померкла. Он перевернул страницу, глянул на текст и нахмурился. — Что это? — Это всё, что я мог сделать, — сказал я. — Это лучшее, что у меня есть. — Эта писанина — это ужасно. — Он разорвал страницы ровно посередине. — Это совсем не Серия. — Он порвал их снова. — Ты всё сделал неправильно!
Я умолял, пока он бушевал. Я просил, извинялся и обещал сделать лучше. Но суп от этого не стал менее холодным, когда он заталкивал его мне в глотку.
Методы менялись. Иногда, когда я терпел неудачу, он просто бил меня током через ошейник. Иногда проявлял креативность. Забирал одеяла и охлаждал комнату до минусовой температуры. Запирал меня в выпотрошенном холодильнике, наполовину заполненном водой; если бы я уснул, то захлебнулся бы.
Я пытался писать. Честно пытался. Главы. Сюжетные линии. Я убивал старых персонажей и вводил новых. Каждый раз мой похититель читал эти страницы Серии и рвал их в клочья. — Это не то! Ты делаешь неправильно!
Дни превратились в недели. Моя психика рушилась. Легко быть сильным недолго. Но со временем это перемалывает тебя. Ты перестаешь спать. Паника просачивается внутрь, пока твоя храбрость не размокает и не тает. Ты становишься использованной половой тряпкой — грязной и истрепанной.
Мой похититель тоже менялся. Его первоначальное благоговение исказилось. Улыбки превратились в злобные гримасы, а поощрения — в требования. Его зрение сузилось до туннельного: он видел только то, чего хотел, и то, что я ему не давал. Я наблюдал за своей карьерой в миниатюре, метафора моих провалов воплотилась в этом единственном безумном фанате. Он, как и вся моя аудитория, отвернулся от меня. Но даже сейчас он не мог меня отпустить.
— Пожалуйста, — молил я. — Я не могу дать тебе то, что ты хочешь. — Можешь. День ото дня мои мольбы становились всё истеричнее. — Это не сработает. — Сработает. — Просто отпусти меня.
Пока однажды он не сорвался. Похититель швырнул меня об стену подвала. С его лица, пожалуй, впервые капала неприкрытая, чистая ненависть. — Ты можешь, и ты напишешь. А если нет — ты умрешь. Я убью тебя. Ты будешь кричать и страдать так же, как страдал я. Как мы все страдали. А теперь. Пиши. Серию.
— Я не могу. — Почему нет?! Именно тогда я с абсолютной ясностью понял, что никогда не покину это место. Я умру здесь. В муках. Страшно. Зрение поплыло, дыхание вырывалось паническими рывками. Он ненавидел меня, но любил меня, но ненавидел меня. И, главное, он никогда не сможет меня отпустить.
— Потому что это был не я, — выдохнул я. — Никогда не был я. Я не писал эти книги.
Новые истории выходят каждый день
В телеграм https://t.me/bayki_reddit
На Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6
И во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit
Озвучки самых популярных историй слушай
На Рутубе https://rutube.ru/channel/60734040/
В ВК Видео https://vkvideo.ru/@bayki_reddit
На Ютубе https://www.youtube.com/@bayki_reddit
На Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6?tab=longs