Правильный мужчина — честный. Он не станет скрывать тёмное прошлое, он откровенно расскажет о своих душевных ранах, чтобы ты, такая понимающая, оценила масштаб его страданий и уникальность своей светлой личности.
Так гласит священное писание токсичного кандидата.
Представьте картину: уютное кафе, третий бокал вина, доверительная полутьма.
Он берёт вашу руку, взгляд становится томным и глубоким, как колодец с невымытой историей.
И начинается. «Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти…» Далее следует монолог, достойный пера Достоевского, но в жанре чёрной комедии.
Его бывшая Аня устраивала истерики из-за немытой чашки (он, конечно, мыл, но не так). Марина ревновала к его собаке (он, конечно, уделял шпицу больше внимания, но это же невинно). Ольга оказалась меркантильной стервой (он, конечно, обещал ей Бали, но разве в этом суть?).
В его повествовании они — сборище безумных фурий, а он — невинный невезучий страдалец, заблудившийся в галерее женского абьюза.
Вы слушаете, киваете, и в груди расцветает сразу два чувства: жалость к нему и гордость за себя. «Я же не такая, — шепчет внутренний голос. — Я его спасу».
Он сидит, такой весь в твиде и философии, и говорит:
«Знаешь, все мои бывшие… они были незрелыми». И ты думаешь: «Боже, какая глубокая мысль. Надо записать».
А потом просыпаешься в три ночи и понимаешь: стоп. А где его зрелость была, когда он «случайно» писал бывшей в два часа ночи? Или когда требовал, чтобы ты бросила подруг, потому что они «на него косо смотрят»? Его личная легенда гласит, что он — единственный здравомыслящий в сумасшедшем доме его прошлого.
Но почему-то в этой легенде он — и главный герой, и архитектор этого дома.
А что там, если присмотреться внимательнее?
- Потребность в исключительности и спасательстве. «Все они были ужасны, но ты — другая». Это самый сладкий яд. Он возводит вас на пьедестал, делая соучастником его «великой миссии» — доказать, что хорошие женщины существуют. Вы чувствуете себя избранной, терапевтом, почти святой. На деле вас просто готовят на роль следующей «сумасшедшей», когда вы осмелитесь иметь своё мнение.
- Страх быть «как все эти ист*рички». Он искусно рисует портрет «плохой» женщины: она ревнует, требует, обижается, имеет границы. И вы, желая быть «хорошей», начинаете подавлять в себе малейшие признаки этих «дурных» качеств. Боитесь выразить недовольство? Не ревнуете, когда он флиртует на глазах? Молодец! Вы — не ист*ричка. Вы — удобная. Он эксплуатирует наш социальный страх быть названной «сумасшедшей» или «ст*рвой» — самые страшные ругательства для женщины, которую учили быть милой.
- Боль от несправедливости и желание восстановить баланс. Его истории вызывают праведный гнев: как можно было так обидеть этого прекрасного человека? Вы хотите загладить вину всех этих «фурий», компенсировать ему нанесённые раны любовью и заботой. Ваше сочувствие становится ресурсом, который он безжалостно потребляет. Вы платите за грехи его бывших, хотя единственный, кто действительно должен, — это он сам перед зеркалом.
А дальше начинается что-то странное... И закономерное!
- Ожидание: Он такой открытый и доверяет мне свои самые больные тайны! Это глубокая связь.
- Реальность: Он не делится болью. Он загружает в вас эмоциональный мусор и программирует на лояльность, создавая коалицию «мы против них».
- Ожидание: Он понимает женскую психологию, потому что настрадался. Теперь ценит хороших девушек.
- Реальность: Он не понимает ровным счётом ничего. Он просто составил каталог женских реакций на своё поведение и окрестил их «безумием».
- Ожидание: Если я буду идеальной (не как они), то наша любовь будет сказкой.
- Реальность: Чем идеальнее вы, тем быстрее он найдёт, к чему придраться. Ибо в его спектакле всегда должна быть одна виноватая и плохая на сцене. Когда предыдущий состав уволен, роль освобождается.
Здоровый взрослый человек о прошлых отношениях говорит сдержанно, с долей грусти или иронии, но прежде всего с ответственностью за свою часть.
Он скажет: «Не сошлись характерами», «Ошиблись оба», «Выросли в разные стороны».
Он не будет сдавать в архив зла всех, с кем делил жизнь. Потому что знает: если везде, куда он ни ступит, лёд трескается — проблема, возможно, не во льде.
Так что в следующий раз, услышав сагу о сонмище безумных бывших, задайте себе не вопрос «Какой же он бедный?», а вопрос «Сколько стоит билет в этот его личный сумасшедший дом? И есть ли оттуда выход?».
А вам доводилось быть "ушами" для таких мемуаров «жертвы женского коварства»?
Какой самый творческий диагноз бывшей вы слышали?
Делитесь в комментариях — составим народный каталог мифических женских безумий для учебника по токсикологии отношений.