Иногда мне кажется, что слово «осознанность» за последние годы так часто произносили вслух, что оно стало почти прозрачным. Смотришь на него и вроде бы понимаешь буквы, но смысл ускользает, как дыхание, за которым пытаешься специально следить. Я долго ловила себя на этом странном ощущении: я вроде бы «практикую осознанность», читаю книги, киваю на знакомые формулировки, а внутри всё равно есть лёгкая суета, будто я снова что-то делаю неправильно. И только со временем, через тело, через усталость, через моменты неожиданной тишины, до меня начало доходить, что осознанность вообще не про старание. Она не про то, чтобы стать лучше, глубже, спокойнее. Она про знание. Простое, почти наивное знание того, что происходит прямо сейчас, вокруг и внутри, без попытки это разложить по полочкам.
Я часто замечаю это утром. Ещё до мыслей. Тело уже проснулось, но ум не включился полностью. Я лежу и чувствую, как грудная клетка поднимается и опускается, как простыня холодит икры, как в шее есть лёгкая тяжесть, будто я всю ночь держала голову в руках. В этот момент нет анализа. Я не думаю, почему мне тяжело, не ищу причину. Я просто знаю: сейчас так. Сейчас тело говорит именно этим языком. И это знание удивительно спокойное. В нём нет тревоги, нет задачи что-то срочно исправить. Есть факт. Как погода за окном. Облачно. Прохладно. Всё.
Осознанность для меня постепенно стала похожа именно на это. На умение замечать погоду вокруг себя. Звуки. Свет. Людей. Движение жизни. Не вмешиваясь. Я иду по улице и вдруг понимаю, что слышу, как кто-то смеётся за спиной, как гудит кондиционер в магазине, как мои шаги звучат чуть громче, чем обычно. Я не делаю выводов. Я не думаю, что это значит. Я просто знаю: вот это сейчас есть. И в этот момент мир становится объёмнее, как будто кто-то добавил резкости, но без напряжения для глаз.
А самоосознание оказалось совсем другим слоем. Более интимным. Более тёплым и иногда болезненным. Это уже не про мир, а про то, как этот мир проходит сквозь меня. Про то, как внутри отзывается звук, слово, взгляд. Я могу услышать фразу и заметить, как в животе возникает сжатие, как дыхание становится короче, как плечи чуть поднимаются, словно защищаясь. И вот здесь начинается знание о себе. Не анализ, не объяснение, не разбор детства на молекулы, а простое узнавание: мне сейчас тревожно. Или: мне сейчас приятно. Или: я злюсь, хотя улыбаюсь. Самоосознание не требует быть честной публично. Оно требует быть честной внутри. И это, пожалуй, самое сложное.
Я долго путала эти два состояния. Мне казалось, что если я замечаю свои мысли и чувства, значит я уже анализирую. Но со временем я почувствовала разницу телом. Анализ всегда напряжён. В нём есть микроспазм. Лоб чуть сжимается, дыхание уходит вверх, в голове появляется шум. Наблюдение же мягкое. Оно похоже на то, как смотришь на реку. Ты видишь течение, но не прыгаешь в воду, чтобы измерить скорость. Ты просто знаешь: вода движется. Вот так же и с собой. Я злюсь. Я радуюсь. Я устала. И всё.
В какой-то момент я поймала себя на том, что тело реагирует быстрее ума. Психологи пишут об этом давно: сначала реакция нервной системы, потом мысль. Амигдала, этот маленький сторож внутри мозга, срабатывает мгновенно, ещё до того, как кора успевает придумать объяснение. И если в этот момент я начинаю анализировать, я часто теряю контакт с тем, что реально происходит. А если просто замечаю, остаюсь в ощущениях, тело словно выдыхает. Оно чувствует, что его услышали.
Бывают дни, когда самоосознание приходит через усталость. Я вдруг понимаю, что всё раздражает. Звук уведомлений, слишком яркий свет, даже собственное дыхание. И раньше я бы начала искать причину, обвинять себя, придумывать планы по «восстановлению». Сейчас я иногда просто сажусь и чувствую эту усталость, как тяжёлое одеяло на плечах. Да, сегодня так. Да, ресурса мало. И в этом признании появляется странное облегчение. Будто мне не нужно притворяться сильной даже перед самой собой.
Я часто вспоминаю одну фразу из книг по нейропсихологии, что осознавание состояния уже снижает его интенсивность. Не потому что мы что-то исправляем, а потому что перестаём сопротивляться. Когда я знаю, что мне страшно, страх становится конкретным. Он перестаёт быть фоном. Он становится ощущением в груди, тёплым или холодным, сжатым или пульсирующим. И с этим уже можно быть. Даже если ничего не делать.
Иногда осознанность проявляется совсем бытово. Я мою посуду и вдруг ловлю себя на том, что думаю о завтрашнем дне, и одновременно чувствую, как вода слишком горячая. Я чуть убавляю кран. Не потому что так надо, а потому что я это заметила. И в этом маленьком жесте есть забота. Не великая, не героическая, а живая. Самоосознание здесь в том, что я знаю: мне сейчас некомфортно. Осознанность в том, что я знаю: вода горячая, кухня тихая, вечер.
Иногда я улыбаюсь тому, как много мы пытаемся сделать из этих слов. Как будто осознанность обязана привести к просветлению, а самоосознание к идеальной версии себя. А по факту они часто приводят просто к честности. К признанию, что я могу быть противоречивой. Что я могу одновременно любить и уставать. Хотеть тишины и бояться одиночества. И это не нужно чинить.
Я замечаю, как тело откликается на эту честность. Дыхание становится глубже. Плечи опускаются. В животе появляется тепло. Не сразу. Иногда через сопротивление, через привычку держать себя в руках. Но постепенно. И в такие моменты я особенно ясно чувствую разницу между наблюдением и анализом. Анализ хочет вывода. Наблюдение ничего не хочет. Оно просто остаётся.
Бывают и другие моменты. Когда осознанность будто выключается. Я живу на автомате, и это тоже часть опыта. Самоосознание здесь в том, чтобы заметить: я сейчас не с собой. Я где-то рядом, но не внутри. И даже это знание уже возвращает кусочек присутствия.
Мне кажется, в этом и есть самая тихая суть. Осознанность это знание о том, что происходит вокруг. Самоосознание это знание о том, что происходит со мной, когда это вокруг касается меня. И между ними нет борьбы. Они как два дыхания. Вдох и выдох. Мир и я. Иногда я больше снаружи, иногда глубже внутри. И мне больше не нужно выбирать.
Я пишу это и чувствую, как пальцы касаются клавиатуры, как спина чуть устала, как в груди спокойно. И это не практика. Это просто жизнь, замеченная чуть внимательнее. Если ты читаешь и ловишь хотя бы одно ощущение в теле, одну мысль, одну эмоцию, которая отзывается, значит мы уже где-то рядом. И этого, честно, более чем достаточно.