Глава 7 из 7-ми
Анастасия Петровна заварила крепкий чай и села обдумывать ситуацию. Рыбаков на свободе — это плохо. Но, может, это даже к лучшему? На свободе он может совершить ошибку, которая его и погубит.
Позвонила Корнееву:
— Коля, а что, если мы сами понаблюдаем за Рыбаковым? Вдруг он к сообщникам поедет или еще что-то предпримет?
— Настя, ты с ума сошла? Он же опасный! Одного уже убил, другого в больницу отправил.
— Но мы же не будем к нему приставать. Просто посмотрим издалека, куда ездит, с кем встречается.
Корнеев помолчал:
— Знаешь что, идея не такая уж плохая. Только осторожно и с участковым координировать надо.
Петров идею поддержал неохотно:
— В принципе, граждане имеют право наблюдать за кем угодно в общественных местах. Только если что — сразу звоните, сами ничего не предпринимайте.
К обеду они уже сидели в машине Корнеева напротив дома, где остановился Рыбаков. Обычная пятиэтажка, съемная квартира на втором этаже.
— Вон он, — шепнула Анастасия Петровна, хотя кричать было некому.
Из подъезда вышел высокий мужчина в дорогом пальто. Даже на расстоянии был виден шрам на левой щеке. Сел в черную иномарку и поехал в сторону центра.
Корнеев завел машину:
— Поехали за ним. Только не близко.
Следующей остановкой стало кафе в центре города. Рыбаков сидел за столиком у окна и разговаривал по телефону. Говорил долго, жестикулировал.
— Жаль, что не слышно, о чем речь, — вздохнула Анастасия Петровна.
Около четырех часов Рыбаков поехал к офису Седова. Припарковался, но в здание не заходил — просто сидел в машине и смотрел на окна.
— Проверяет, на месте ли Седов, — догадался Корнеев. — Наверное, боится, что тот уже арестован.
Через полчаса из офиса вышла секретарша Лена. Рыбаков выбрался из машины и подошел к девушке. Разговор был коротким, но напряженным. Лена качала головой, пятилась, явно боялась.
— Вот это уже интересно, — сказала Анастасия Петровна. — Давай подъедем поближе.
— Осторожно. Если он нас заметит...
Они медленно подъехали к противоположной стороне улицы. Рыбаков все еще разговаривал с Леной, та плакала.
Вдруг девушка резко развернулась и побежала обратно в здание. Рыбаков постоял, покачал головой и сел в машину.
— Ну что, поедем дальше следить? — спросил Корнеев.
— Нет, давай с Леной поговорим. Пока она напугана, может, правду расскажет.
Они дождались, когда Рыбаков уехал, и подошли к офисному зданию. Лена сидела в холле на диванчике, глаза красные от слез.
— Леночка, что случилось? — участливо спросила Анастасия Петровна.
— Этот человек... он угрожал мне. Сказал, что если я буду говорить про Бориса Анатольевича, то пожалею.
— А что конкретно говорил?
— Что знает, где я живу, где учится младшая сестра. Что всякое может случиться с неосторожными девочками.
Корнеев нахмурился:
— Лена, а Седов где сейчас?
— Утром уехал в командировку. Сказал — срочные дела, вернется через неделю. А я думаю, он просто прячется.
— А этот человек к вам приходил после нашего разговора?
— Да, позавчера был. Тогда с Борисом Анатольевичем разговаривали за закрытыми дверями. Кричали оба, но я не слышала, о чем.
Анастасия Петровна достала блокнот:
— Лена, а вы не помните, что именно он сегодня требовал?
— Чтобы я никому ничего не рассказывала про их дела. И еще спрашивал, говорила ли я с милицией.
— И что ответили?
— Сказала, что не говорила. Но он не поверил. Сказал, что все равно узнает и накажет.
— Леночка, вам нужно в милицию, заявление писать. Это угрозы, за это сажают.
— Я боюсь! У меня сестра маленькая, мама больная. Если с ними что-то случится...
Корнеев положил девушке руку на плечо:
— Лена, если вы молчите, он все равно вас боится. Значит, может что-то плохое сделать. А если заявление напишете, его арестуют.
— Но он же под залогом! Вдруг опять отпустят?
— Не отпустят. Угрозы свидетелю — это серьезно. Особенно если есть запись разговора.
— Какая запись?
Анастасия Петровна указала на камеру видеонаблюдения над входом:
— Вот эта камера, наверное, звук тоже записывает. А мы видели ваш разговор своими глазами.
Лена вытерла глаза:
— Хорошо. Поедем в милицию. Только вы со мной, я одна боюсь.
В отделении их встретил участковый Петров. Выслушал рассказ Лены, записал показания.
— Отлично, — сказал он. — Теперь у нас есть основания для повторного ареста. Угрозы свидетелю — это нарушение условий залога.
— А когда его задержите? — спросила Анастасия Петровна.
— Сегодня же. Группа уже выезжает.
Домой Анастасия Петровна вернулась уставшая, но довольная. День прошел не зря — появились новые улики, свидетель согласился дать показания.
Вечером позвонил Петров:
— Рыбакова задержали. На этот раз под залог не выйдет — нарушение условий содержания под стражей.
— А что он говорит?
— Пока молчит. Но адвокат уже прибежал, будет версию придумывать.
— А Седова найдете?
— Ищем. Но он, похоже, действительно сбежал. Квартиру снимал помесячно, вещи забрал.
— Жаль. Он же тоже свидетель.
— Найдем, никуда не денется. Таких дельцов долго на свободе не держат.
После разговора Анастасия Петровна сделала себе горячий чай с медом и устроилась в любимом кресле у окна. На улице уже стемнело, горели фонари.
Достала из тумбочки фотографию Михаила. Улыбнулся с карточки, молодой, красивый. Вот бы он сейчас был рядом — подбодрил бы, посоветовал что-нибудь умное.
— Мишенька, — тихо сказала она фотографии, — дело-то мы почти довели до конца. Убийца в тюрьме сидит, квартиру Зинаиде Ильиничне вернут. Только жалко, что Василий Петрович этого не увидит.
За окном падал снег. Крупные хлопья медленно кружились в свете фонарей. Красиво. А она тут сидит одна, чай пьет, с покойным мужем разговаривает. Не жизнь, а сплошная тоска.
Но сегодня почему-то не грустно было. Наоборот — гордость какая-то появилась. Не зря прожила день, не зря силы потратила. Помогла человеку, правду восстановила.
Позвонил Корнеев:
— Настя, как дела? Не грустишь?
— Нет, Коля. Странно даже — должна бы грустить, а мне хорошо. Будто что-то правильное сделала.
— Так и есть! Мы молодцы, Настя. Настоящие сыщики получились.
— Ха! В нашем-то возрасте сыщики. Соседи смеяться будут.
— А пусть смеются. Зато мы живем по-настоящему, а не телевизор с утра до ночи смотрим.
— Это правда. Знаешь, я думаю — может, нам еще кому-нибудь помочь? Наверняка есть люди, которым справедливость нужна.
— Еще как есть! Вот только отдохнуть сначала надо. А то я уже не молодой, устаю быстро.
Анастасия Петровна засмеялась. Корнеев всегда умел поднять настроение. Хороший человек, верный друг.
Утром ее разбудил телефонный звонок. Звонила Зинаида Ильинична из Тулы:
— Анастасия Петровна! Я из новостей узнала — этого Рыбакова арестовали! Значит, все правда оказалась?
— Правда, Зинаида Ильинична. Теперь будет суд, а потом квартиру вам вернут.
— Ой, и не верится! А то я уже думала — придется всю жизнь по чужим углам мотаться.
— Нет, не придется. Домой возвращайтесь, опасность миновала.
— А Генка как? Выжил?
— Выжил. Сейчас на поправку идет. Ему, конечно, срок дают, но не пожизненный. Смягчающие обстоятельства есть — сам признался, жалеет о содеянном.
— Все равно жалко его. Дурак был, а не злодей.
После разговора Анастасия Петровна почувствовала какую-то опустошенность. Дело закончилось, адреналин кончился, а жизнь опять потекла обычным чередом.
Настя убралась в квартире, постирала белье, сходила в магазин. Обычная пенсионерская рутина. Только теперь она казалась особенно скучной.
К вечеру не выдержала, позвонила участковому Петрову:
— А как дела у Рыбакова? Признается?
— Частично. Говорит, что действительно знал про документы от деда, хотел их получить. Но убивать не собирался.
— А как же Громов? Кто его подговорил?
— Тут интересно. Рыбаков утверждает, что просто рассказал Громову про документы, а тот сам додумался до убийства.
— И следователь верит?
— Пока не очень. Слишком удачно все сложилось — Громов как раз препарат достал, как раз дозировку рассчитал. Без помощи не обошлось.
— А документы нашли?
— Нет. Рыбаков говорит, что уничтожил их, когда понял, что дело раскрыто. Но мы думаем, что продал уже.
— За сколько?
— Он говорит, за триста тысяч. Немалые деньги для пенсионера, правда?
Анастасия Петровна положила трубку и задумалась. Триста тысяч... Для таких денег люди действительно на многое готовы.
А она сидит дома и скучает. Может, действительно стоит поискать еще кого-то, кому помощь нужна? В городе наверняка полно несправедливостей, которые исправить можно.
Включила компьютер, зашла на городской форум. Почитала жалобы жителей, истории про коммунальные проблемы, обманутых дольщиков, незаконные сносы.
Вот, например, пишет какая-то Валентина Ивановна: "Помогите! Соседи захватили мою долю в наследственном доме, документы подделали!"
Или вот: "Управляющая компания ворует, берет деньги за несуществующие услуги, а жаловаться некому!"
Сколько же проблем у людей. И многим просто некому помочь — денег на юристов нет, связей тоже.
А у неё теперь есть опыт. И Корнеев помогать будет. И участковый Петров — хороший человек оказался, не отмахнулся от пенсионеров.
Анастасия Петровна выключила компьютер и улыбнулась. Завтра обязательно позвонит этой Валентине Ивановне. Расспросит подробнее про её проблему.
Жизнь только начинается.
Предыдущая глава 6:
Оставляйте свои комментарии и ставьте лайки, дорогие мои читатели!🙏💖 Не забывайте подписываться на канал!✍
И еще одно хорошее известие: на днях возобновим новый канал. Пока не знаю, что там будем публиковать. Может Вы мне подскажете, какие темы раскрывать, какой жанр? Здесь мы читаем про Кравцову и небольшие короткие рассказы. В Телеграм читаем про Алексея Злобина и Григория Малышева. А в новом канале что будем читать? Напишите в комментариях.✍