До меня только сейчас стало доходить. Не боль, нет. Шок заморозил чувства.
- И когда у вас началось? - спросила я хрипло. Из-за гула в ушах мне казалось, что я говорю шепотом. Но Лена услышала...
- Когда заболел его отец, - ответила она спокойно, как будто бы рассказывала, что сломала какую-то незначительную мелочь, а не мою жизнь. Ее голос звучал глухо и устало. - Он и раньше ко мне подкатывал, но я отказывалась. А когда ты пришла и сказала, мол, давай закрываться... Понимаешь, я была в отчаянии. У нас только-только все стало получатся... Я не могла остановиться. Я побежала по банкам. Я готова была повесить на себя еще один кредит. Под любые проценты. Я готова была на все, чтобы идти дальше. Но банки мне отказали. У нас с тобой, - она усмехнулась, - очень нехорошая кредитная история. И тогда я пошла к Кириллу... У меня не было выбора, Вер...
- Был, - не поверила я. - Ты могла бы не спать с моим мужем. Или хотя бы сказать мне об этом.
Когда я встала, голова закружилась. Чтобы не упасть, пришлось вцепиться в столешницу. Немного покачавшись, нашла точку равновесия. Но прежде чем сделать шаг, замерла на мгновение...
- Я хотела сказать тебе... - Лена смотрела на меня. Ее глаза были сухими, хотя по голосу казалось будто бы она плакала. - Но не смогла. Ты такая хорошая, Вер. Настоящая. А я... - она всхлипнула, хотя не проронила ни единой слезы. - Прости... Когда ты вернулась на работу, я думала смогу все исправить. Я готова была отдать тебе половину всего бизнеса. Но Кирилл сказал, что это глупо. Что лучше тебя не брать на работу, вообще. Но я не смогла. Все эти годы я каждый день мучилась от того, что делаю. Но теперь я и сама хочу, чтобы тебя здесь не было... Эти два месяца были такими спокойными. Понимаешь?
Я помотала головой. Как такое можно понять?
- Нет... Но я не понимаю, почему, если у него есть ты, - я прикусила губу. Сказать такое оказалось гораздо труднее. - почему тогда в моей квартире другая?
- Потому что кроме меня у него всегда были другие. Я всегда это знала. Но меня это устраивало. Я же не собиралась за него замуж. - Она невесело усмехнулась. - Не дай Бог такого мужа, Вер. Тебе повезло, что ты избавилась от него.
И снова закрыла лицо руками. Как будто бы хотела спрятать слезы. Но я знала, это просто игра... Ложь... Как и вся та дружба, которая была между нами. И мне вдруг невыносимо захотелось на воздух. Выйти, подышать. Выпустить всю ту боль, что распирала изнутри...
- Мне пора, - пробормотала и, выбежав из кабинета, схватила пальто.
Я пыталась засунуть руку в рукав, но он куда-то потерялся. И каждый раз моя ладонь скользила по подкладке, промахиваясь мимо... Перед глазами все плыло. Голова гудела, как котел в деревенском доме. Как будто бы там пылали сотни газовых горелок. Я захлебывалась спертым офисным воздухом, который казался мне отравленным ядовитым враньем моей подруги и моего мужа.
- Вера? - его голос прозвучал, как сквозь толстый слой ваты. - Что ты здесь делаешь?
Он не чувствовал себя виноватым. Он смотрел на меня так же, как всегда. Спокойно и ровно. Как будто бы ничего не было. Ни его смс-ки. Ни боли, которую он причинил мне. Ни предательства... Как будто бы он вернулся домой тридцать первого декабря, а я тут стою с гусем, обложенным яблоками, и жду мужа, чтобы впервые за много лет встретить новый год вдвоем...
Я уронила пальто на пол и сделала несколько шагов к нему... Остановилась совсем рядом. Взглянула в глаза. Холодные серые глаза, которые когда-то смотрели на меня с теплотой. Когда-то давно. Так давно, что я уже и не помню, когда это было.
Все произошло так быстро, что я не успела ни о чем подумать. Моя рука будто бы сама собой взлетела и с размаху ударила Кирилла. Шлепок получился оглушающе громким. И я увидела, как на его бледной с мороза щеке расцвел красным пламенем отпечаток моей ладони. Такой же яркий, как моя тихая ярость. В его глазах появилось удивление. Как будто бы я не обманутая им жена, а внезапно заговорившая лошадь.
Вторую пощечину я влепила вполне осознанно. С другой стороны. Для симметрии. И в этот удар вложила все, что бурлило во мне в поисках выхода.
Кирилла качнуло. Он с трудом удержался на ногах, теперь я была для него не просто говорящей лошадью, а говорящей лошадью в синем берете ВДВ... И это внезапно рассмешило меня.
Я расхохоталась. Подняв пальто, с первого раза попала куда надо. Не спеша надела берет, поправив перед зеркалом волосы. Повесила на плечо сумочку и вышла, оставляя бывшую подругу и ошалевшего бывшего мужа в офисе моей бывшей компании...
- Вера! - Кирилл выбежал вслед за мной. При дневном свете отпечатки моих ладоней на его лице стали еще ярче. - Вера, подожди!
Я остановилась. Развернулась.
Кирилл замер передо мной. Удивление в его взгляде сменилось. Теперь там был интерес. Как будто бы он впервые увидел меня. Смешно.
Фыркнула, пытаясь сдержать смех.
- В понедельник я подам документы на развод. Квартиру можешь оставить себе, я теперь все равно не смогу там жить, но ты должен выплатить мне половину ее стоимости. Срок две недели. А еще я обращусь в суд с иском о поиске имущества купленного в браке. Что-то подсказывает мне, - я усмехнулась, - что ты все эти годы скрывал от меня истинный размер своих доходов. Я-то думала, у тебя едва хватает денег на семью, а ты умудрялся содержать целую армию любовниц. Мразь! - выругалась я, обозвав Кирилла впервые за все двадцать лет нашей жизни.
- Вера, ты все неправильно поняла... Нам нужно поговорить.
У меня вырвался смешок. Да неужели?
- Нет, - качнула головой. - Я, наконец-то, все правильно поняла. И нам больше не о чем разговаривать, Кирилл. Все кончено. Навсегда.
Развернулась и зашагала к остановке. В сумочке оглушительно звонил телефон. Кажется, уже давно. Но я услышала его только что.
- Вера!
Я даже не повернулась. Достала телефон, мельком отметив, что звонила Ника, и приложила его к уху.
- Алло...
- Мам! - Ника радостно смеялась. - Представляешь, какой конфуз?! Ты ведь уже поняла, да, что сегодня не понедельник, а суббота? Семка совсем заработался и запутался в днях недели! Представляешь?! И еще нас с тобой сбил. А я еще еду в колледж и ничего понять не могу... Почему автобусы пустые. Представляешь?! Заваливаюсь в колледж, тут на меня охранник смотрит, как на дуру. Выходной же, говорит, чего приперлась?! Я думала Сему сразу прибью!
- Да, Ника,- ответила я. - Это на самом деле смешно...
Я старалась скрыть от дочери свои чувства, но, видимо, получилось плохо. Она что-то услышала и встревожилась:
- Мам? Что-то случилось?
- Нет, - соврала я. - Все хорошо... Ну, почти... Я хотела попросить вас отвезти меня обратно в деревню. У меня есть еще две недели, чтобы отдохнуть и прийти в себя.
- Мам?! Но почему?!
- У меня больше нет работы, - призналась я. Это оказалось гораздо легче, чем не думалось. - Но есть и хорошие новости. Через две недели у меня будут деньги на покупку своей квартиры...
- Папа? - догадалась дочь.
- Папа, - подтвердила я.
- Хорошо, мам... Как скажешь...
Голос Ники потерял всю ту радость, с которой она говорила. Дети в любом возрасте тяжело переносят развод родителей. И, хотя я не собиралась рассказывать все, им придется принять наше решение.
- Вера, - Кирилл схватил меня за руку. Все это время он, оказывается шел вслед за мной и слушал наш разговор, - ты ей не сказала... Это значит, что еще ничего не решено, да?
Я с тяжелым вздохом стряхнула его руку. И еще раз, взглянув в глаза, честно ответила.
- Все решено, Кирилл. Я могла бы простить тебе одну измену. Ну, всяко бывает, потерял голову, девица залетела, а ты как благородный человек взял на себя ответственность за случайного ребенка. Ради наших детей я продолжила бы общение с тобой. И, может быть, даже сохранила семью. Но вот то, что ты спровадил меня носить судно твоим умирающим родителям, а сам развлекался с Леной... Этого я никогда не смогу тебе простить. Никогда...
- Вер, но это же ничего не значит!
Я пожала плечами. И больше не оглядывалась. Кирилл наконец-то отстал, хотя я еще долго чувствовала спиной его взгляд. Медленно шла по улицам, заглядывала в витрины и думала. Не о прошлом, а о будущем. Пожалуй, впервые за много лет я думала не о прошлом, а о будущем.
О том, что вернусь в деревню. Схожу к Василию Петровичу и приму его предложение. Получится у меня составить проект так, чтобы ему понравилось, или нет, не знаю. Но ведь попытка не пытка. Может быть не зря судьба подкинула мне эту возможность так вовремя? Предоплату брать не буду. На всякий случай. Чтобы потом отдавать не пришлось. Того, что Петрович не рассчитается со мной, если ему все понравится, я не боялась. Не похож мой первый клиент на человека, способного обмануть из-за мелочи.
Когда Кирилл отдаст деньги, а я теперь была уверена, что он не станет провоцировать меня, устраивая себе проблемы, куплю квартиру. И буду жить одна... или не одна?
Заберу Ваську с фермы, когда подрастет... Может быть Ника права, не все кошки пакостливые животные? И все завит от того, как ты их воспитаешь?
Моя мама всегда говорила: все, что ни делается, — к лучшему. После их гибели, я перестала верить в ее слова. Но вдруг она была права? Пусть и не всегда, но все же довольно часто. Как сейчас.
Если Семен и удивился, что ему пришлось отвозить меня обратно в деревню сразу после возвращения, то виду не подал. И не спрашивал ничего. Как и Ника. И я была им за это благодарна. Мой запал слегка поутих, и потихоньку меня снова начали одолевать сомнения. Нет, не о том, что делать с Кириллом, Леной, беременной дурочкой, которую я теперь даже жалела, и всеми остальными его любовницами. Я начала сомневаться в том, что идти на поклон к Василию Петровичу и затевать всю ту историю с дизайном было умной затеей.
Но я знала, кто может мне помочь вновь обрести уверенность в себе. Или просто за шкварник вытащить на встречу с будущим клиентом. Анфиса — моя деревенская соседка. Да, расстались мы не очень. Но я извинюсь. И помогу ей сделать ремонт на кухне. Я даже заехала в строительный магазин и купила обои с крупными фиолетовыми цветами, очень похожими на те, что «цвели» на клеенке. Если ошкурить старенький гарнитур и покрасить в нежно-розовый под цвет цветочных серединок, обновить фартук и заменить обивку на кухонном уголке, то должно получиться очень красиво и уютно. Простенько, но со вкусом.
- Мам, ты уверена, что хочешь остаться? - Ника смотрела на меня с жалостью. Она все понимала. Иногда мне казалось, что только она и понимала меня. Мои старшие дети, сын и дочь, были так похожи на отца... Такие же спокойные, холодные и равнодушные. Хотя, возможно, они просто росли совсем в другой атмосфере и ничего не замечали. И только Ника, как маленький теплый огонек согревала меня, давая надежду, что все будет хорошо.
- Уверена, - улыбнулась я. Вдохнула свежий воздух, пахнущий легким ароматом приближающейся весны. Сема таскал мои вещи обратно в дом, а мы с Никой стояли у ворот, возле машины. - Уезжайте. И не переживай обо мне. Все будет хорошо.
- Мы можем остаться с тобой до завтра...
- Не стоит. Я хотела бы остаться одна.
- Мам! - голос Ники задрожал, - ты же не станешь делать глупости?
Я рассмеялась и обняла дочь.
- Не стану, Ника. Не переживай. У меня очень большие планы на будущее. И я не собираюсь от них отказываться. Только не сейчас.
- Но ты должна мне пообещать: если что-то пойдет не так, ты первым делом позвонишь мне.
- Хорошо, - кивнула. - Обещаю. А теперь езжайте. Я и так вас замучила. То туда вези, то сюда...
- Ничего вы нас не замучили, - вмешался в разговор Сема. - Теть Вер, что же мы идиоты бесчувственные что ли. Мы же все понимаем. Если хотите, я готов вас по три раза в день туда-сюда возить. Да, Ник?
- Да, мам, - кивнула Ника, отвечая почему-то мне, а не своему мужу. - Сема прав.
- Кирилл Владимирович еще пожалеет, что поступил так с вами. Это я вам, теть Вер, как мужчина говорю, - убежденно тряхнул головой мой младший зять. - Такие женщины, как вы и моя Ника на дороге не валяются. Я вот, как Нику увидел, сразу понял, что никого лучше за всю жизнь не найду. Хотя это и было на школьной линейке, когда мы в первый класс пошли. - - Ой, да ладно, Сем, - Ника смутилась, - что ты такое говоришь? Какие семь лет? Да, я тебя класса восьмого, вообще, не замечала.
- Это ты не замечала, - рассмеялся Сема, обнимая жену. А я невольно залюбовалась этой парой. Моя Ника была маленькой, тоненькой и хрупкой, тогда как Сема был выше на целую голову, в два раза шире и, вообще, казался просто огромным рядом с ней. - А твой роскошный белый бант, который ты с трудом удерживала на своей крохотной голове, портфель с зайчиком и букет красных роз, стебли которых были с тебя ростом, сразу поразили меня в самое сердце.
Он рассмеялся.
Ника тоже.
И даже я не могла сдержать улыбки.
- Сем, - Ника развернулась в его объятиях и фыркнула, - ты знаешь, что ты дурак?
- Ага, - радостно согласился зять. И отпустив Нику, открыл перед ней двери Кириешки. - Прыгай, моя умница. Поехали домой.
- Мам?? - Ника обернулась.
- Езжайте, - снова улыбнулась я.
Ника вздохнула и села в машину. Сема захлопнул дверцу и поднял на меня взгляд. На его лице больше не было улыбки.
- Теть Вер, может все же с нами? - Я отрицательно помотала головой. - Ну, тогда звоните, если что. Я тут же примчусь. Вы же знаете, вы мне как мама...
- Ты, - улыбнулась я.
- Ты, - послушно повторил зять. - Ты мне как мама, теть Вер.
Он шагнул и обнял меня своими лапищами. Медведище...
Когда дети уехали, я, глядя на зад машины, смахнула слезу. Слова Семы растрогали меня. Нике повезло с мужем. Я была уверена, он никогда не поступит с ней так же, как Кирилл со мной.
Проводила взглядом машину и решила, что незачем тянуть время просто так. У меня его совсем мало. Всего две недели. А дел столько, что придется впахивать с утра до ночи.
Через пару минут, я уже вошла во двор Анфисы. Теперь я знала, в деревне никто не стучится в уличные ворота. Стучать надо в дверь дома...
- Что ты здесь делаешь?
Я обернулась. Возле крыльца стояла моя соседка и хмуро смотрела на меня. Она как обычно была в длинной куртке, накинутом поверх цветастого фланелевого халата, валенках на босу ногу и без шапки. Ее черные волосы, собранные в пучок, выбились из прически и трепетали на тихом, еле заметном ветру. В деревне было гораздо холоднее чем в городе. Там снег уже вовсю таял, на дорогах стояло месиво из снега и воды, а здесь сугробы все еще сохранили своей первозданный вид.
В руках Анфиса держала ведра с землей...
- Пришла извиниться, - вздохнула я. - Снова... Прости, я в последнее время сама не своя. И иногда несу такую чушь, что мне потом самой становится стыдно.
- Ладно, - пожала плечами соседка. - Извинилась... А теперь уходи.
Она сделала шаг на крыльцо, выдвинув вперед ведро, как будто бы таран.
- У меня есть две недели. Если мы будем работать вдвоем, то успеем сделать ремонт на кухне. Такой, какой ты хочешь... Я уже купила обои, но если они тебе не понравятся, то мы можем съездить в город и купить другие...
- Какие обои? - хмуро переспросила Анфиса.
- Красивые, - улыбнулась я, - с такими же фиолетовыми цветами, как и твоя клеенка.
- Так это ты для меня что ли? - в ее голосе слышалось недоверие.
- Конечно для тебя. У меня-то кухня еще новая совсем. Зачем ее переделывать.
Анфиса на секунду задумалась. А потом тряхнула головой.
- Ладно, входи... поговорим...
И улыбнулась тоже.
Глава 6
Глава 8
Друзья, на Дзене можно прочитать и другие мои книги