8 февраля 1250 года в дельте Нила, у города с говорящим названием Эль-Мансура («Победоносная»), разыгралась драма, достойная пера Шекспира, если бы Шекспир писал исторические боевики. Это был кульминационный момент Седьмого крестового похода — последнего по-настоящему масштабного и организованного «крестового туризма» европейских монархов на Восток.
В главной роли — король Франции Людовик IX, человек такой святости, что его канонизировали всего через 27 лет после смерти (для католической церкви это спринтерская скорость). В роли антагонистов — Айюбиды, а затем и мамлюки, ребята жесткие, профессиональные и, как выяснилось, очень не любившие незваных гостей.
История битвы при Эль-Мансуре — это классический пример того, как блестящий план может рассыпаться в прах из-за горячности одного человека, и как армия, которая шла побеждать, оказалась в роли заложников, за которых пришлось платить выкуп, сравнимый с ВВП небольшого средневекового государства.
Пролог: Святой на троне и его «турне»
К середине XIII века дела у крестоносцев шли, мягко говоря, не очень. Иерусалим снова потерян (в 1244 году), Латинская империя дышит на ладан. Папа Иннокентий IV на Лионском соборе 1245 года призывает к новому походу. Но желающих мало. Европейские монархи заняты своими разборками.
Единственным, кто откликнулся с энтузиазмом, был Людовик IX. Этот французский король был уникальным персонажем. Он носил власяницу под королевскими одеждами, мыл ноги беднякам и искренне верил, что его миссия — вернуть Гроб Господень.
Подготовка была идеальной. Людовик потратил годы и горы золота. Он построил порт Эг-Морт специально для отправки флота, заготовил припасы на Кипре (горы зерна и вина, которые, по словам хронистов, напоминали холмы). Целью был выбран Египет. Логика железная: Египет — житница и кошелек мусульманского мира. Убьем змею в голову — тело (Иерусалим) достанется нам само.
В июне 1249 года французы высадились в Дамьетте. И тут им сказочно повезло. Гарнизон города, запаниковав, просто сбежал. Крестоносцы вошли в ключевой порт без боя. Людовик, наверное, подумал: «Бог с нами, дальше будет так же легко». О, как он ошибался.
Пауза, которая убила
Вместо того чтобы сразу идти на Каир, пока враг в шоке, Людовик застрял в Дамьетте на полгода. Ждали разлива Нила, ждали подкреплений, ждали, пока спадет жара. За это время султан ас-Салих Айюб (который был при смерти, умирал от туберкулеза, но голову сохранял ясную) успел собрать войска.
Айюб умер в ноябре 1249 года. Это был критический момент. Смерть султана могла развалить армию. Но тут на сцену выходит женщина — Шаджар ад-Дурр («Жемчужное дерево»), вдова султана. Она скрыла смерть мужа, подделывала его подписи на указах и фактически управляла страной, пока наследник Туран-шах не приехал из Месопотамии. Это была железная леди Востока.
Битва при Эль-Мансуре: Атака безумца
В феврале 1250 года крестоносцы наконец подошли к Эль-Мансуре. Город прикрывал путь на Каир. Между армиями лежал канал Ашмум (рукав Нила).
Людовик был осторожен. Он строил насыпи, осадные башни, пытался переправиться по правилам. Но египтяне сжигали его постройки «греческим огнем». Хронист Жан де Жуанвиль с ужасом описывал эти летящие огненные бочки с хвостом, «как у дракона», которые превращали ночь в день.
И тут нашелся предатель (или просто корыстный местный житель), который показал брод.
8 февраля авангард крестоносцев перешел канал. Командовал им брат короля, граф Робер д’Артуа. С ним были тамплиеры и английский отряд Уильяма Лонгеспе (Длинного Меча).
Приказ короля был четким: «Переправиться и ждать основных сил». Но Робер д’Артуа, человек горячий и, видимо, не очень умный, решил, что славой делиться не стоит. Увидев лагерь мусульман, он, не слушая уговоров магистра тамплиеров (который кричал: «Ты что творишь, идиот?!»), бросился в атаку.
Сначала ему повезло. Внезапный удар смял египтян. Командующий Фахр ад-Дин, который в это время принимал ванну (или красил бороду хной, по другой версии), выскочил без доспехов и был убит.
Робер, опьяненный успехом, решил ворваться в саму Эль-Мансуру. Тамплиеры пытались его остановить, но граф обозвал их трусами. Для рыцаря это было нестерпимое оскорбление. Они поскакали за ним.
В городе их ждала ловушка.
Командование принял Бейбарс — мамлюкский эмир, будущий султан и легенда исламского мира. Он приказал открыть ворота и запустить рыцарей внутрь.
Узкие улочки Эль-Мансуры стали могилой для тяжелой кавалерии. С крыш на рыцарей летели бревна, камни и горшки с нечистотами. Мамлюки заблокировали выходы и начали методично вырезать французов. В этой мясорубке погиб Робер д’Артуа (по легенде, он пытался спрятаться в доме), погиб Уильям Лонгеспе и почти все тамплиеры (спаслось всего пятеро).
Авангард перестал существовать.
Пиррова победа и «Греческий огонь»
Тем временем основные силы Людовика переправились через канал и вступили в бой. Битва кипела весь день. Людовик, несмотря на свою святость, махал мечом как заправский рубака. Ему удалось отбить атаки мамлюков и удержать позиции у реки.
Формально поле боя осталось за крестоносцами. Но это была катастрофа. Авангард уничтожен, город не взят, а армия застряла на вражеском берегу, отрезанная от снабжения.
Начался ад. Египтяне, используя разборные корабли (которые перетащили на верблюдах), перекрыли Нил ниже по течению. Снабжение из Дамьетты прервалось. В лагере крестоносцев начался голод и эпидемии (цинга и дизентерия).
Жуанвиль описывает жуткие сцены: солдаты ели своих лошадей, у людей выпадали зубы, а куски мертвой плоти приходилось срезать с десен, чтобы человек мог проглотить хоть что-то. А по ночам прилетал «греческий огонь».
Король в цепях
В апреле Людовик принял решение отступать. Это был марш смерти. Больного короля, который уже не мог сидеть в седле, везли, но он отказывался бросить своих людей.
У Фарискура остатки армии были окружены и капитулировали.
Это был шок для Европы. Король Франции, самый могущественный монарх христианского мира, попал в плен к «неверным». Вместе с ним в плену оказались тысячи рыцарей.
Султан Туран-шах (который к тому времени прибыл и успел всех достать своим высокомерием) потребовал колоссальный выкуп. Людовик проявил королевское достоинство. Он сказал: «Я не буду торговаться за свою жизнь. За себя я отдам город Дамьетту, а за моих людей — 400 тысяч ливров (по другим данным — 800 тысяч безантов)». Султан был так впечатлен, что даже скинул часть суммы.
Рождение Мамлюкского султаната
Пока шли переговоры, в египетском лагере случился переворот. Мамлюки, те самые элитные воины, которые спасли Эль-Мансуру (Бейбарс и компания), поняли, что новый султан Туран-шах хочет их задвинуть. Они решили проблему радикально: ворвались к султану во время обеда. Туран-шах пытался бежать, прыгнул в Нил, но его добили в воде.
Так закончилась династия Айюбидов и началась эпоха Мамлюков — военной касты, которая будет править Египтом веками и остановит монголов.
Людовика освободили. Он провел еще 4 года в Святой Земле, укрепляя крепости (Аккра, Кесария), но Иерусалим так и не увидел. Он вернулся во Францию поседевшим, грустным и еще более набожным.
Седьмой крестовый поход стал уроком: на одном религиозном энтузиазме войну не выиграть, особенно если твой противник — Бейбарс, а твой брат — Робер д’Артуа. А Эль-Мансура осталась в истории как место, где рыцарская гордыня разбилась о мамлюкский профессионализм.