Ссылка на вторую часть второй главы.👆 — Западнее справа — слепые псы, — рассуждал как бы сам с собой Штопор. — Чуть левее — одинокая плоть, а блокпост… Блокпост пустой, на первый взгляд. Военные бы точно кого-нибудь поставили! Убрав бинокль в нагрудный карман, он поднялся с колена, повернулся к Кильке и сказал:
— Идем быстро, почти бежим, нам нужно как можно скорее преодолеть открытый участок! — серьезно сказал Штопор.
— Я тебя понял, значит, пробежимся, — уверенно ответил новичок.
— Тогда двинули! — С этими словами проводник, огибая валун с западной части, где росли ели, зашагал твердой и уверенной походкой. Килька поскакал за ним… «Сто пятьдесят метров до дороги на свалку. Все спокойно. Главное — пройти пропускной пункт без происшествий», — где-то на подкорках сознания рассуждал Штопор, сосредоточившись на дороге. Килька заметно нервничал, хоть и всячески старался это скрыть. Толстяк шел за проводником молча, озираясь по сторонам. Он думал о том, как давно хотел пойти в свою первую,
Глава 2. Первый шаг. Часть 3.
Ссылка на вторую часть второй главы.👆
— Западнее справа — слепые псы, — рассуждал как бы сам с собой Штопор. — Чуть левее — одинокая плоть, а блокпост… Блокпост пустой, на первый взгляд. Военные бы точно кого-нибудь поставили! Убрав бинокль в нагрудный карман, он поднялся с колена, повернулся к Кильке и сказал:
— Идем быстро, почти бежим, нам нужно как можно скорее преодолеть открытый участок! — серьезно сказал Штопор.
— Я тебя понял, значит, пробежимся, — уверенно ответил новичок.
— Тогда двинули! — С этими словами проводник, огибая валун с западной части, где росли ели, зашагал твердой и уверенной походкой. Килька поскакал за ним…
«Сто пятьдесят метров до дороги на свалку. Все спокойно. Главное — пройти пропускной пункт без происшествий», — где-то на подкорках сознания рассуждал Штопор, сосредоточившись на дороге. Килька заметно нервничал, хоть и всячески старался это скрыть. Толстяк шел за проводником молча, озираясь по сторонам. Он думал о том, как давно хотел пойти в свою первую, а теперь получается, возможно, и последнюю ходку. Килька хотел верить, что у него все получится. Он хотел доказать деду, доказать себе, а главное — всем, что он может пройти этот путь, на другой конец Зоны, через все ее опасности, и вернуться живым. Он много читал и слушал рассказы бывалых бродяг, разбирал оружие и вообще любил сталкерское дело. Но когда он один раз попросил взять его в ходку, лагерь над ним рассмеялся. Даже самые «зеленые сопляки», приехавшие сюда только неделю назад, готовы были, извините, описаться от смеха. Килька тогда всю ночь рыдал в своей комнате, но об этом узнал Сидорович. Молодой, хоть и крупный парень, рассчитывал, что родной дед поддержит внука. Он действительно хотел измениться. Стать нормальным человеком, а не мажором-пережёром. Старик сначала рассмеялся над ним, а потом еще и наорал. И парень, которому торговец запретил выходы за пределы лагеря, стал работать барменом, всячески раздражая обитателей бара, зная, что за это ему ничего не будет. Сидорович всем говорил, кто его тронет, дел с ним иметь не будет. А как без торговца выжить на Кордоне? Вот и не трогали. В душе он просто забитый с детства из-за своего лишнего веса, добрый и веселый пацан, у которого всё было, но не было друзей. По ночам парень изучал виды оружия, детекторов, медикаментов и прочего барахла. Знал он и об артефактах — какие-то видел сам, а какие-то в ПДА деда. Много читал про мутантов, рассматривал их сильные и слабые стороны. О группировках знал мало, так, в общих чертах. В баре в основном были одиночки, ну и реже — военные. Витя, так по-настоящему его звали, верил в свои теоретические силы, хоть и дальше АТП он не заходил…
Штопор машинально поднял согнутую руку вверх и присел на одно колено. Килька чуть с опозданием тоже присел. Справа залаяли собаки. Проводник достал бинокль и посмотрел в сторону лая. Собаки, глядя в сторону дальнего забора КПП, агрессивно тявкали. Никого не было. В окнах здания тоже было чисто. Даже костер не горел. Лай прекратился. Штопор еще раз примкнул к биноклю. Всё чисто, собаки на месте, вроде успокоились. Они встали и начали понемногу приближаться к пропускному пункту. До него оставалось около тридцати метров. Вот она — табличка «Стой, огонь на поражение!». Вышка. Внутри никого нет. Проводник увеличил шаг. Вот и знак «СТОП» и перегородка. Ну и, наконец, помещение КПП. «Как же не хочется туда идти», — думал новичок. Штопор тоже хотел пройти напрямую через ворота. Но на воротах висел замок. Пройти без шума не получится — наверху «колючка». Придется идти через здание, — рассуждал сам с собой проводник. И только он хотел повернуться к напарнику, как почувствовал холодный ствол у своей головы…
— Замри! Стволы на землю! — скомандовал грубый, прокуренный голос. Штопор услышал характерный звук — соприкосновение металла и бетона. Это свой «Винторез» положил Килька, понял Штопор.
— Пошевеливайся! — повторил некто, сильно ткнув дулом ему под ребра. Пришлось повиноваться. Он аккуратно снял с себя винтовку и положил у ног.
— Медленно повернулись! — продолжал давить незнакомец. — Медленно!
Повернувшись, Штопору открылась такая картина: перед ним стояло трое бандитов. Все в масках, в черных плащах. Тот, что в метре от Штопора, державший в руках «Абакан», — вероятно, у них старший. Здоровый бугай. Кильку взяли чуть проще. Два доходяги, вооружившись ПМ, обошли молодого с обеих сторон.
— Ну и откуда вы такие красивые? — спросил у Штопора бандит.
— От Сидоровича, особое задание! — ответил он.
— Так, а за проход надо платить! Я Боба, отвечаю за этот участок, а это — он указал на своих коллег — мои кореша. Нам покушать что-то надо, выпить опять же! — никак не унимался здоровяк.
— Ребят, мы заплатим, сколько скажете! — влез в разговор Килька. Судя по лицу Штопора, очень зря.
— А че, много есть? — разузнав жертву, повернулся к Кильке бандит.
— Ну, не то что бы много, ну… сколько за проход без всяких проблем? — неумело вел разговор молодой.
— Лимон! — грозно ответил Боба. Килька опешил с такой подачи. — Че ты глазки тут жмуришь, лимон давай! — грозно напирая и глядя в глаза Кильке.
— Ребят, вы чего? У нас нет таких денег, да ни у кого в Зоне нет, — начал Килька, но бандит его прервал.
— Заткнись, на! Ну, как рюкзак давай к осмотру, жирный! — сказал он, а те, что стояли сзади, начали заламывать ему руки.
Стащив с него рюкзак, они вытянули его содержимое: патроны, элитные аптечки, деньги, офицерские сухпайки.
— Ля, вот нам и попёрло, — сказал один из худощавых.
— Да можно теперь неделю не выходить с базы, да ещё и братву поить! — ответил его напарник.
Боба, подойдя к Штопору, вопросительно уставился на него. Затем, ударив его в солнечное сплетение, спросил:
— Вы кто такие, откуда такое богатство?
Переводя дух и жадно хватая губами воздух, Штопор прохрипел:
— Я же сказал, задание у нас от Сидоровича! Документы надо в лаборатории разыскать, — на ходу начал сочинять Штопор.
— Вот с этим вот в лабораторию? — он указал пальцем на сидящего на коленях Кильку. — Че ты мне гонишь, на Кордоне с такой снарягой ходят либо мастера, либо богатые лохи, на них вы как раз и смахиваете. — С этими словами он еще раз ударил проводника и, не дождавшись, пока он ответит, направился к Кильке.
— Ну, толстопуз, говори, кто такие и что вы здесь делаете! — занося руку для очередного удара, спросил Боба.
— Мы задание Сидоровича выполняем, — дрожащим голосом сказал Килька, — снарягу он сам дал, в лаборатории нечисти много, а документы нужны, для этого он нас так и упаковал.
И тут последовал удар в челюсть, от которого Килька потерял сознание.
— Ну что, Шиша, — спросил молодой, — хабар перебираем, этих… — указав на сталкеров, — прикопаем.
— Да ты че, болван? Их хабар дорого стоит, бугор узнает — сам нас порешит. Засовывай вещи к нему в рюкзак и тащим их на базу, — ответил старший.
— Ну, может, хоть пятак на троих поделим, заслужили же, — поддержал напарника второй новичок.
— Ты у своих крысить собрался? Ты че, мля? Всё на обшак, постанова бугра, — грозно посмотрев на новичка, сказал Боба.
— Как этого то тащить? Он тонну весит, — подал голос второй бандит.
Боба снял с себя рюкзак и, немного покопавшись в нем, достал тюбик с какой-то жидкостью. Открыв ее, атмосфера вокруг них наполнилась зловонным запахом. Это был нашатырь. Поднеся тюбик к носу Кильки, тот через пару секунд очнулся, смотря на бандита очумелыми глазами.
— С добрым утром, жирдяй! — сказал Боба, убирая тюбик в рюкзак, и стал одевать его на плечи. — Встали, за нами шагом марш, и без фокусов, башка сразу продырявится. Взяв их винтовки, новички-бандиты встали замыкающими, а Боба занял первое место, за ним — Штопор.
Килька, пошатываясь, поднялся, надел рюкзак и неспешно зашагал за проводником, чувствуя за спиной неодобрительные взгляды бандитов.
Замок на воротах висел лишь для вида. С обратной стороны торчала шпилька; вытащив её, цепь упала к ногам Бобы.
Они шли по разбитой асфальтированной дороге, и через пять минут перед ними открылись огромные горы техники и всякого хлама. Это была свалка…
«Что теперь будет с нами? Нас убьют?» — думал Килька. Слева показалась стоянка техники, полностью оккупированная бандитами. На вышке стоял часовой. Ещё двое бойцов охраняли главный вход. Всего по периметру было около пятнадцати бойцов. Группа из трёх человек выставила свой пропускной пункт перед вторым проходом на свалку, находившимся немного западнее.
— Че за лохи с вами, пацаны? — поинтересовался бандит на вышке.
— Да полные лохи, братан! Ещё и при деньгах все! — довольный собой молодой бандит, смачно пиная Кильку под зад, ответил часовому.
— А ну, тогда сегодня вечером посидим, как сменимся! — закуривая сигарету и с ухмылкой смотря на сталкеров, подключился третий бандит у центрального входа.
— По-любому, брат, по-любому! — отвечал всем бандит, всячески пугая свою жертву. Они прошли пять минут через небольшой пролесок и вышли к большому ангару. Слева красовался уже заржавевший локомотив с вагонами. Часть вагонов уходила в далёкий тоннель, который был до жути напичкан аномалиями. Поговаривали, что те немногие, уверенные в себе бродяги, что проходили этот тоннель, выходили к Припяти и находили там то самое поле артефактов. Но полностью теряли память и сходили с ума. Их встречали потом знакомые — а те, как зомби, мычат что-то, в глазах вроде что-то есть, а сказать не могут ничего. Обниматься лезут, артефакты суют, деньги дают, а поговорить нельзя с человеком. То ли не понимает, то ли говорить разучился.
Напротив тоннеля располагалась база бандитов.
Огромный ангар, окружённый высоким кирпичным забором. Перед ангаром стояли огромные ящики, служившие укрытием. У больших железных ворот стояло трое бандитов: один по центру, двое с флангов. Укрытием им служили железные листы, приколоченные к деревянным брусьям. Вооружены они были обрезами двустволки, а одеты в простые куртки чёрного цвета с капюшонами на головах. Сам ангар являлся штабом. Наверху патрулировали часовые с «гадюками».