Жизнь сложнее сценария, а чья-то жизнь ещё и дороже остальных.
"Вавилону" 20 лет. Теперь фильм с Библейским названием воспринимается как документ эпохи, зафиксировавший устройство мира начала XXI века.
Это совместная работа писателя Гильермо Арриаги и режиссёра Алехандро Гонсалеса Иньярриту. Фильм построен из нескольких сюжетных линий, разворачивающихся в разных точках мира.
Марокканская деревня и случайный выстрел.
Мексиканская няня, пересекающая границу с чужими детьми.
Японская девушка, живущая в изоляции мегаполиса.
Американская пара, привыкшая к комфорту, но оказавшаяся беспомощной вне привычной системы.
Эти истории не пересекаются напрямую, но существуют в одном пространстве последствий.
В «Вавилоне» нет главных героев.
Главный герой здесь — причинно-следственная связь.
Музыка аргентинца Густаво Сантаолальи звучит как фоновый пульс мира — неровный, тревожный, и... равнодушный. Такой же, как и сама глобальная реальность, в которой мы живем.
Что изменилось за эти двадцать лет?
Вопрос миграции стал ещё острее.
Северная Африка по-прежнему остаётся для западного мира размытой точкой на карте, где Марокко легко путают с абстрактным «Востоком».
Статистика суицидов в Японии не стала меньше — одиночество никуда не исчезло.
И даже белые североамериканцы, всегда находящиеся в привилегированном положении, в сегодняшней реальности теперь растеряны и уязвимы — как в этом кино.
Через сотни лет человечество (или то, что от него останется) в условиях глобалистского мира и мультикультурализма сможет увидеть в «Вавилоне», какими разными мы были.
В силе и бессилии, в жадности и великодушии, в глупости, одиночестве и любви. «Вавилон» - свидетельство нашего времени.
Он стал последним фильмом так называемой «Трилогии смерти», в которую входят не менее пронзительные картины - «Сука любовь» и «21 грамм».
После выхода "Вавилона" творческий союз мексиканцев Гильермо Арриаги и Гонсалеса Иньярриту распался.
Подробнее об этом поговорим в следующий раз.