Первое, что бросается в глаза, когда оцениваешь Орловскую битву, - это чёткое взаимодействие наших частей. Артиллеристы, лётчики, танкисты, сапёры, миномётчики и стрелки всюду действовали, как единый организм. В этом одна из основных причин нашего успеха. Но самое отрадное явление нашего наступления на Орёл - действия пехоты. То, что именно трём нашим пехотным дивизиям - 5-й, 129-й и 380-й приказом Верховного Главнокомандующего присвоено победное наименование Орловских дивизий, показывает величие и значение пехоты.
Пехота царит на поле боя. Она штурмует вражеские позиции, освобождает сёла и города. Стрелки научились быстро закрепляться на захваченных рубежах, отбивать яростные контратаки немцев, изматывать врага и вновь двигаться вперёд. От 11 до 20 контратак, поддержанных солидными группами танков и авиации, приходилось отражать в день нашим наступающим частям. Отразив контратаки, они сразу же предпринимали атаки и добивались поразительных успехов.
Несокрушимый порыв войск вперёд я объясняю прежде всего тем, что за два года отечественной войны окрепло и возмужало советское офицерство.
Советский офицер 1943 года вполне уверен в своих силах, ощущает всю власть единоначальника и умеет применять её инициативно, с пользой для дела. Приведу пример. По соседству с батальоном капитана Тимофеева шёл ожесточённый бой. Капитан пристально следил за развитием событий и намечал план своей помощи. Разведка и собственные наблюдения убедили его в том, что немецкое командование, cocредоточив численно превосходящие силы против соседа, оставило без прикрытия фланги. Этим и воспользовался капитан Тимофеев. Он ударил по флангам немцев и внёс замешательство в их ряды. Поддержанный Тимофеевым, батальон также перешёл от обороны к атаке. Враг был разбит и обращён в бегство. Наши подразделения, преследуя врага, нанесли ему серьёзный урон и освободили ряд населённых пунктов.
Идея окружения и истребления сил противника проникла в сознание всех наших офицеров и бойцов, воплотилась в конкретные дела. В планах наших командиров то и дело фигурируют боевые задачи, рассчитанные на обход, охват, окружение врага.
Манёвр имеет успех только в том случае, когда обеспечено полное и чёткое взаимодействие всех подразделений, взаимопомощь всех бойцов. Взаимная выручка в бою - закон. Его наша пехота придерживается и должна придерживаться свято.
У нас в стрелковых частях выработался тип воина, который прошёл все испытания войны. Ему сам чорт не страшен. Однажды я наблюдал за боем в стереотрубу с наблюдательного пункта. На гребень высоты выскочили два танка «тигр». И вдруг я увидел, что несколько мелких групп наших стрелков двинулись в атаку на вражеские танки. Они шли на расстоянии 8-10 метров друг от друга, без всякого прикрытия, прямо на танки.
«Тигры» открыли по ним огонь. Пехотинцы немедленно отползли в лощину, рассредоточились и снова поползли к немецким танкам. Ползли они мастерски. В это время открылся люк одного «тигра», и гитлеровцы стали суетиться вокруг машины. Видимо, в танке что-то было испорчено. Второй «тигр», как и всегда бывает у немцев в подобных случаях, развернулся и ушёл за гребень высоты. Совершенно неожиданно для немецких танкистов около них выросли наши бойцы. Несколькими выстрелами они уложили гитлеровцев и, помахав пилотками своим, обошли мёртвую теперь чёрную тушу танка и двинулись дальше.
У наших бойцов появилось чувство законной гордости своим высоким званием пехотинца. У них выработалось самолюбие воинов, которые знают, что для них нет ничего непреодолимого. И в самом деле, советский пехотинец - он и стрелок, и гранатомётчик, и мастер штыкового удара. Он и автоматом владеет, и ручной пулемёт знает, и окоп умеет отрыть быстро и правильно. Наш пехотинец не только на себя работает, но и на другие рода войск. Наблюдая непрерывно за полем боя, он диктует сапёрам и артиллеристам их задачи, вместе с артиллерией взламывает оборону противника, прокладывает путь танкам, облегчает работу авиации, указывая ей передний край обороны противника и объекты, которые надо уничтожать с воздуха.
Говоря о достижениях нашей пехоты, было бы вредным обойти один существенный недостаток, обнаружившийся в ходе боёв за Орёл. В некоторых подразделениях до сих пор не усвоили, что отделение и взвод для боя развёртываются в цепь с интервалом между бойцами при движении 6-8 шагов. Скученность на поле боя ведёт к ненужным потерям, мешает всюду действовать всеми огневыми средствами, нарушает требования максимального и одновременного участия в бою пехоты и её огневых средств от начала до конца боя. Все без исключения советские офицеры должны иметь своей первой заботой соблюдение боевых порядков. По тому, как ведут себя бойцы на поле боя, надо судить о командирской зрелости офицеpa.
У одного красноармейца в самом начале Орловской битвы спросили:
- Как, товарищ боец, по-вашему: справимся с немцами? Вы лично не боитесь гитлеровцев?
- Нет, - твёрдо ответил он. - Я советский пехотинец. Обучен воевать не числом, а умением. Пехота своё возьмёт, дайте только начать.
Его ответ не был пустым бахвальством. Он отражал сознание собственной силы.
Мы вправе гордиться нашей пехотой - стойкой в обороне и решительной в наступлении. В боях за освобождение Орла, получивших блестящую оценку товарища Сталина, пехота преумножила славу советского оружия. Нет почётнее профессии пехотинца!
Генерал-майор Б. Антропов
Карельский фронт, Красноармейская газета «В БОЙ ЗА РОДИНУ», №280 от 19 ноября 1943 год.
Подпишитесь 👍 — вдохновите нас на новые архивные поиски!
© РУДН ПОИСК
При копировании статьи, ставить ссылку на канал "Строки фронтовые"
Партнер проекта: Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО)