Невская битва
Невская битва была первым подвигом юного князя Александра Ярославича, который прославил его на Руси и дал ему имя, с которым он навеки остался в русской истории.
Шведское войско высадилось в устье Невы при впадении в неё реки Ижоры, на территории, принадлежащей Великому Новгороду. По всей видимости, то был не завоевательный поход, а, скорее, грабительский набег. По сведениям, поступившим в Новгород от местного населения, шведы намеревались напасть на Ладогу. В устье Невы они задержались на некоторое время, возможно, для того, чтобы произвести разведку и укрепить в этом месте свой опорный пункт. Скорого появления здесь русских войск они явно не ожидали.
Но новгородская пограничная стража не дремала. Проживающее на Неве финское племя ижора тут же дало знать в Новгород о приходе чужеземцев. Вероятно, сообщили и приблизительные данные о силах, которыми располагали пришельцы.
Новгородский князь Александр мгновенно оценил ситуацию, понял, что нет смысла терять время, ожидая подкреплений из новгородских пригородов и Суздальской земли. С верной дружиной и отрядами новгородских бояр Александр спешно выступил в поход. На пути к его войску присоединились ладожане.
15 июля 1240 года русское войско подступило к шведскому лагерю на берегу реки и внезапно атаковала не ожидавших нападения, не успевших изготовиться к бою, шведов. Тем не менее, шведы оказали сильное сопротивление. Упорный бой кипел с полудня до вечера и завершился победой русских. Шведы не были разгромлены, они отступили в порядке, но понесли серьёзные потери. Забрав и похоронив своих павших, уцелевшие шведы ночью покинули берега Невы и уплыли в своих кораблях.
Сведения о сражении дошли до нас в кратком сообщении Новгородской первой летописи и Повести о житии Александра Невского. Летопись явно преувеличивает масштаб события и шведские планы. Для покорения Новгорода сил шведского отряда было явно недостаточно. По сведениям летописи, в неприятельском войске кроме шведов были мурмане (норвежцы) и подвластные шведам воины из финских племён емь и сумь. Летопись также сообщает о больших потерях шведов, о гибели их воеводы «именем Спиридон». Летописец приводит данные и о русских потерях: в бою пало 20 мужей новгородцев, дружинников и ладожан. Речь идёт о свободных и полноправных гражданах-воинах. Возможно, с учётом их слуг потери были несколько больше. Силы сражавшихся с обеих сторон исчислялись сотнями, а не тысячами воинов.
Некоторые подробности битвы содержатся в Повести о житии Александра Невского. И это тот случай, когда сообщения такого рода источника заслуживают внимания. Повесть датируется не позднее 1280-х годов. Автор сообщает, что лично знал князя Александра Невского. Сведения о битве, по все видимости, записаны со слов очевидцев и участников боя, а возможно и со слов самого князя. Описания боевых схваток реалистичны.
Повесть рассказывает о подвигах шести русских воинов, дружинников Александра и новгородцев. Первый – Гаврило Олексич, который, преследуя шведов, въехал по сходням до самого корабля. Сброшенный шведами в воду, он выбрался невридим и храбро бился посреди вражеского войска.
Новгородец Сбыслав Якунович много раз безстрашно врубался в ряды шведов с одним топором и поверг многих врагов.
Третьим был полочанин Яков, ловчий князя, за свою храбрость заслуживший княжескую похвалу.
Новгородец Миша, сражавшийся пешим с дружиною, потопил три вражеских корабля.
Воин из младшей дружины по имени Савва ворвался в шатёр шведского предводителя и подсёк столб шатёрный. Воины Александра, видя падение шатра, возрадовались и воодушевились.
Шестой – слуга Александра именем Ратмир бился пешим в окружении врагов. От многих ран пал и скончался.
Отличился в бою и сам князь Александр: самому королю възложи печать на лице острымь своимь копиемъ. Это был, конечно, не король, а шведский воевода.
Заслуживает внимания и рассказ ижорского старейшины Пелгусия о видении накануне битвы. Узнав о силе неприятеля, он вышел навстречу князю Александру, чтобы рассказать ему об их станах. Стоял он на берегу моря, наблюдая за обоими путями, и провел всю ночь без сна. Когда же начало всходить солнце, он услышал шум сильный на море и увидел один насад, плывущий по морю, и стоящих посреди насада святых мучеников Бориса и Глеба в красных одеждах, держащих руки на плечах друг друга. Гребцы же сидели, словно мглою одетые. Произнес Борис: «Брат Глеб, вели грести, да поможем сроднику своему князю Александру». Увидев такое видение и услышав эти слова мучеников, Пелугий стоял, устрашенный, пока насад не скрылся с глаз его.
Если то легенда, сочинённая благочестивым автором, то очень красивая. Но, возможно, так оно и было. Реальность потустороннего мира отрицать не стоит. Люди только крайне редко способны воспринимать его своими грубыми органами чувств.
Подведём итог. Каково значение Невской битвы, подвигов князя Александра и его воинов? На первый взгляд, битва была не особенно крупной. Силы сторон исчислялись сотнями. Она не получила отражения в шведских источниках. Незначительный эпизод? Как сказать… Иногда крупные бедствия вырастают из мелких неприятностей, на которые своевременно не последовало должной реакции. Нападение шведов произошло в очень трудный для Руси момент, когда она была опустошена нашествием, а силы её подорваны. Первоначально шведы могли иметь ограниченные цели. Но аппетит приходит во время еды. Не получив отпора, шведы укрепились бы в устье Невы, затем овладели бы Ладогой. И, таким образом, покорили всю Ингрию и Карелию, отрезав Русь от Балтийского моря. Что они и проделали лишь четыре столетия спустя во время русской Смуты.