Неадекватное, яркое, пугающее поведение-разве оно может быть нормальным? Любой нормальный, здоровый человек поймет, что подобные проявления нужно глушить и подавлять, подбирать правильные тормозящие медикаменты, чтобы успокоить подопечного и окружающих. Давайте разберемся всегда ли данное утверждение верно, и почему так важна правильная и адекватная врачебная поддержка.
Каждый кто хотя бы относительно близко соприкоснулся со сферой психиатрических недугов и их нейрокоррекции знает, что медикаментозное лечение может назначать только врач, а психокоррекцией заниматься специалист с дипломом клинического психолога или логопеда. Обычные логопеды и психологи с настоящей психиатрией работать не умеют и не должны. Добавлю, что официально в психиатрию у нас отнесена алалия (сенсорная, моторная и сенсорно-моторная), аутизм, расстройства личности и поведения, более грубые расстройства мышления такие как шизофрения. Иногда ко мне прилетают удивленные вопросы от подписчиков. "Почему о определенных видах нарушений мышления у моего ребенка я узнаю из статьи в интернете, а не от платного специалиста, что смотрел его лично"? Потому что специалист, что смотрел ребенка лично скорее всего работал в области педагогической системы, и все что он по праву мог диагностировать и с чем мог работать это острое нарушение речи, нарушения фонетического развития (восприятия звуков), нарушение восприятия морфемы речи (что отражается в грамматике и склонении окончаний) и заикание. Все, господа,- это весь перечень услуг, которые может оказать ребенку стандартный логопед-педагог. Ни о каком даже ЗПР речь в его квалификации и близко не идет. Именно поэтому такие специалисты в основном ищут места звука в слове, ставят эти самые звуки и отрабатывают и автоматизируют правильное произношение в том числе и грамматическое. Почему подобные специалисты решили, что с наличием стандартного багажа знаний они могут расширить перечень услуг до более тяжелых диагнозов, это большой вопрос. Но добавлю, что чаще всего специалисты данной группы тяжелых и сложных детей просто не берут в работу. А родители получают не до конца диагностированный диагноз и полное не понимание с какой стороны подойти к коррекции проблемы. К счастью есть дефектологи в области аутизма и в области ЗПР и УО, но к сожалению по пед задаче их главная цель не восстановление процесса мышления, а социализация с тем, что есть. Увы, но с таким подходом вытянуть ребенка и дать стойкую динамику развития интеллекта и понимания просто нереально. До системы клинического подхода добираются не все, а кто добирается, тот четко знает свое место в данной иерархии.
Итак, как же взаимодействуют между собой психиатр и кинические специалисты? Начнем с того чем занимаются клинические логопеды и психологи? Они при помощи специальных нейропсихологических приемов обеспечивают правильный запрос для развития функции головного мозга. Ну самый простой пример здесь ребенок с эхолалией. Вот он бессвязно толдычит слышимый поток не фиксируясь на нем и уходя в бессвязное эхо. Клинический логопед концентрирует внимание ребенка на слышимом, учит строить суждение и давать простой, но осознанный ответ. Постепенно патологическое проявление речи сходит на нет уступая место адекватным речевым конструкциям. А какого в данной работе место психиатра? Он выпишет правильные медикаменты, чтобы возбуждение происходило равномерно мог осуществить обучающую деятельность и воспринять работу клинического логопеда или психолога. Здесь всегда возникает тонкая грань, загрузить, но не перегрузить иначе в противном случае работа клинического специалиста сойдет на нет. Увы, но родителе часто воспринимают за негативную симптоматику наоборот позитивные аспекты болезни, и предъявляют для психиатров неверные жалобы. Опытный врач умеет отличать симптомы и никогда не назначит лишнего. Увы, но опытные далеко не все врачи. Сама лично на своем канале сталкивалась с психиатром, что совершенно ничего не понимает в процессе формирования и развития мышления и естественно не может отличить формируемую клиническим специалистом патологическую симптоматику, являющуюся этапом коррекции, от нарастающих проявлений болезни.
Начнем с базы. В психиатрии существует два типа симптомов болезни положительные и отрицательные. Что мы отнесем к положительным симптомам? Сюда можно отнести активное бессвязное фантазирование, вспышки эмоций и агрессии, активный речевой салат, полный бессвязности, эхолалию дикую и лишенную всякого понимания. -Не поверите, но все это "хорошие" черты психиатрического недуга. Да-да именно "хорошие" я не ошиблась в выбранной терминологии, те которые специалисты часто целенаправленно формируют, те что станут этапом и трамплином к созданию функции, те с которыми можно работать.
(Добавлю что речь идет не о психозе с потерей ориентации, не об уходе в манию, естественно, эти состояния требуют контроля и подавления. Речь о общем психическом состоянии, текущем поведении на уровне разрушенной системы мышления. Когда ребенок или взрослый не вот вдруг ушел в бессвязность и речевой салат, а в принципе живет с ним всю жизнь. Не буквально за 2 дня превратился в буяна, а с рождения показывает истерики и валяния на полу по любому поводу. Разница здесь в работе нейромедиаторов, в момент психоза или мании их баланс неверен и мозг испытывает острый стресс и клетки его умирают прямо сейчас. Во втором варианте жизни с эхолалией мозг не прибывает в остром стрессе, проявление недуга скорее отражает нам картину неверной работы уже пораженных болезнью участков головного мозга, без резкого регресса в моменте.)
Что же такое негативная симптоматика? Проще назвать ее тишиной. Негативная симптоматика дает вот это ощущение покоя. Наш больной больше не буянит, он пассивен во всех сферах деятельности. Он выполняет все данные ему команды не задумываясь о них, у него пропадает воля и желание мыслить. Он не строит логические параллели суждений, пусть и некорректные как в варианте выше, он просто плывет по течению. Его патологическая речевая активность сходит на нет и совсем пропадает, уходят эмоции, происходит разрыв мышления и сознания, а затем такой пациент вообще превращается в удобный, лежачий овощ.
Сейчас развею общепринятый миф, что такими пассивными пациентов делают медикаменты. Не стоит демонизировать психиатров. Из разряда увезли пациента в стационар с манией, а вернули овощем. В момент психоза и мании, клетки головного мозга активно страдали и умирали. Если приступ был слабый, то из больницы наш пациент вернется с эхолалией и логорей, но хоть с какой-то пусть и патологической, но активностью. А вот если приступ был очень сильный, то пациент может приехать безвольным и отрешенным, потерявшим волю и желание контактировать. И это не вина врачей, что пытались спасти мозг и остановить распад, а вина самого недуга, что дал чрезмерную нагрузку и убил слишком много клеток.
Важно рассмотреть два варианта течения болезни. Возьмем за пример шизофрению и аутизм. И так пусть пациент с шизофренией будет подростком. До старта болезни это был вполне себе адекватным человеком. Да, шизоидный тип личности проявлялся, и это был замкнутый подросток без друзей, но в целом он жил обычной жизнью. В 16 лет случился психоз, с бредом и неадекватной симптоматикой, его погасили в стационаре. Врач назначил медикаментозное лечение, ребенок был загружен, но таблетки не помогали, психозы за несколько лет стали постоянными спутниками данного подростка. На выходе наш пациент полностью растерял способность к пониманию речи и контакту, лицо его стало маской, он стал пассивный и ведомый, безразличный ко всему. Со временем и количеством психических эпизодов мозг страдал все больше и наш больной окончательно ушел в себя. Представим, что разрушив мозг пациента болезнь все-таки стабилизировалась и к работе подключился клинический психолог. Клинический психолог мог пытаться работать и в процессе острого распада, но чаще всего динамика и эффект от его работ крайне минимален. А вот когда регресс остановлен, его деятельность становится более заметной и эффективной. Что специалист будет делать в первую очередь? Растормаживать речь, возвращать пациента к позитивной психической симптоматике, чтобы через нее вернуться к нормальному процессу адекватного мышления.
А вот Вам другой вариант. Ребенок с аутистическими чертами давшие свое проявление еще в раннем детстве. Наш малыш не устраивал никаких психозов, он с рождения не говорил и не понимал речь. Или вариант когда распад речи произошел в 2 года и наш пациент стабилизировался к 4-5 годам. Вот он сидит в углу и начинает перебирать узелочки. Он тихий и удобный. Он не лезет по шкафам, не изучает пространства и совершенно ничего не говорит. Тишь, да гладь-покой. Идет куда его ведут, сидит где посадят столько соколько надо. Но нужно ж как-то лечить. Мама приглашает клинического специалиста, а тот начинает вызывать ту самую позитивную симптоматику. Растормаживает речь. На старте она всегда неадекватна и полна странных проявлений. Начинает учить ребенка мыслить, а это провоцирует истерики и валяние на полу в момент отстаивания своего мнения и позиции настолько насколько ребенок может ее осознать и донести. Мама привыкшая, к покорному и тихому ребенку ждала, что ее сложный сын или дочка сходу, с пол пинка сразу станет адекватным и "нормальным" вот этот этап ( вполне адекватный и нормальный в процессе коррекции) она никак не ожидала, и никто ей не сказал, что он будет, никто не подготовил к нему. К сожалению, многие специалисты идущие методом тыка выходящие на подобную симптоматику часто сами пугаются ее. Что же желает мама? Она идет к психиатру и начинает жаловаться на неуправляемость. И тут уже все зависит от уровня психиатра, сможет ли он четко оценить этап коррекции специалиста и уровень понимания проблемы мамой. Очень часто такой "вдруг неудобный" ребенок получает пачку загружающих препаратов на которых снова откатывается до стадии овоща. Да, теперь он удобный и не пугает маму, но сама коррекционная работа тут же либо полностью сходит на нет, либо сильно тормозится. Ведь клинический специалист формировал базу нужных запросов, растил дендриты растормаживал вот этот позитивный неадекватный когтель. Теперь запрос на сигнал проходит с трудом, а выращенные дендриты стремительно умирают, мы получаем откат навыка. На фоне чего был выстроен откат? На фоне неготовности мамы принять саму болезнь и ее течение... Увы, но это очень частая картина.
А теперь приведу несколько примеров позитивной психиатрической симптоматики, что пугает родителей:
1 Если ребенок после логомассажа стал неадекватно вытягивать язык, трогать рот и губы- это не отрицательная, а положительная реакция. Ваш ребенок начал чувствовать рот.
2. Если Ваш ребенок, что раньше молчал, но все понимал, теперь заговорил эхолалией и потерял понимание речи-это тоже положительная симптоматика, и ни в коем случае не надо попугайную эхолалию ничем глушить. Понимание речи постепенно восстановится, а с ним встанет и активная речь, важно продолжать правильно выстраивать систему запросов на функцию.
3. Если вчера Ваш малыш сидел в углу и крутил веревочки, а сегодня несется не разбирая дороги к ярким предметам, это тоже положительная динамика. - Ее лучше корректировать минимизацией сложных ситуаций, чем медикаментозным подавлением.
4. Если ребенок валяется на полу в магазине и громко рыдает, но Вы вполне можете объяснить причину его слез в виде некупленной конфеты. -Это нормальная реакция с учетом его речевых и психических возможностей, и способности донести свою мысль и желание более понятным языком.
5. Еси еще вчера вы ходили куда хотели и Вашему ребенку было все равно, а теперь он начал отслеживать маршрут и истерить-это тоже положительная динамика!
А вот что действительно требует обязательной медикаментозной поддержки и лечения:
Варианты истерик и неадекватного поведения при потере контакта с реальностью. Когда адекватных причин истерить у ребенка нет и Вы не понимаете причину его поведения. Когда Ваш ребенок смотрит сквозь Вас. Бьется ночью головой об стену до крови, происходят любые варианты потри контакта и дезориентации сознания. Если есть риск возникновения ЭПИ активности или ауры перед приступом. Когда резко меняется тонус тела и ребенок замирает и не реагирует на Вас, даже когда данные замирания краткосрочные необходимо записать ЭЭГ. Если после истерики ребенок крепко засыпает. Еще сюда можно отнести стимы в виде крылышек, вокальных стимов, эхопраксии, усиливающихся в момент стресса.
Важно. Если выбирать между загрузкой препаратов эпилепсии и ее рисками однозначно лучше препараты. Сильный ЭПИ статус может дать откат в развитии намного сильнее чем медленная динамика на занятиях.
Реабилитация всегда должна быть командной работой. Она должна быть слаженной и контролироваться врачом. Все должно быть выверено и сбалансированно, увы, но, к сожалению, идеальный баланс не всегда удается создать и картина всяческих неуместных перекосов так же часто встречается в системе работы со сложными детьми.
А как Вы относитесь к медикаментозной поддержке, и помогла ли она Вам?
БЕСПЛАТНАЯ ДИАГНОСТИКА ПАТОЛОГИЙ МЫШЛЕНИЯ ЗДЕСЬ 👇
https://annapolyakovalogoped.ru/diagnostika
1 КУРС КОРРЕКЦИИ ЗДЕСЬ 👇 ( Напоминаю, что курс разбит на блоки и в 1 блоке 11 уроков!)
https://annapolyakovalogoped.ru/1-kurs-razvitie-ot-ponyatiya
Я в социальных сетях.
ВК https://vk.com/logoped_anna_polyakova?from=groups
Телеграмм https://t.me/logoped_anna_polyakova
МАКС https://max.ru/logoped_anna_polyakova
Подписывайтесь на канал и ставьте лайки, буду Вам очень признательна.