Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Строки фронтовые

«Нас больше, чем тебе кажется»

К вечеру девушки вышли к широкой быстрой реке, через которую предстояло переправляться. На другом берегу горели костры. Суетились фигуры белофиннов. Они подбрасывали хворост, подвешивали к треноге котелок. Однако раздумывать времени не хватало. Документы, захваченные в тылу врага, должны были быть доставлены в срок. Девушки прошли вдоль реки метров двести, не торопясь разделись, оставив на себе только трусики. Марийка положила финские бумаги себе в берет и снова приладила его на голове. Платья связали в узелок, в который уложили и пистолет. Аня плыла быстрее, чем Марийка, и быстрее выдыхалась. Когда берег был уже не так далёк, Аня почувствовала, что силы оставляют её. Кричать - значит выдать себя, и Аня закусила правую руку чуть повыше кисти. Марийка видела, как голова подруги скрылась под водой, затем показалась опять. Рука по-прежнему была зажата зубами. Она попыталась прийти на помощь подруге, но сил не было. А через несколько секунд вода навсегда сомкнулась над головой Ани. ... Час
Великая Отечественная Война 1941-1945, Карельский фронт, Строки фронтовые, РУДН ПОИСК
Великая Отечественная Война 1941-1945, Карельский фронт, Строки фронтовые, РУДН ПОИСК

К вечеру девушки вышли к широкой быстрой реке, через которую предстояло переправляться. На другом берегу горели костры. Суетились фигуры белофиннов. Они подбрасывали хворост, подвешивали к треноге котелок. Однако раздумывать времени не хватало. Документы, захваченные в тылу врага, должны были быть доставлены в срок.

Девушки прошли вдоль реки метров двести, не торопясь разделись, оставив на себе только трусики. Марийка положила финские бумаги себе в берет и снова приладила его на голове. Платья связали в узелок, в который уложили и пистолет.

Аня плыла быстрее, чем Марийка, и быстрее выдыхалась.

Когда берег был уже не так далёк, Аня почувствовала, что силы оставляют её. Кричать - значит выдать себя, и Аня закусила правую руку чуть повыше кисти.

Марийка видела, как голова подруги скрылась под водой, затем показалась опять. Рука по-прежнему была зажата зубами. Она попыталась прийти на помощь подруге, но сил не было. А через несколько секунд вода навсегда сомкнулась над головой Ани.

... Часто и прерывисто дыша, чувствуя, что сердце бьётся где-то словно у горла, Марийка подплыла к берегу, ухватилась обеими руками за корень старой сосны, подтянулась, выползла на берег и встала. Тело её дрожало непрерывной мелкой дрожью. Разглядывая гладь реки, Марийка даже не замечала, что зубы сё стучат.

Вода была тёмной.

- Аня, - тихо сказала Марийка, - так вот ты какая!

Голодная, в одних трусах, Марийка упрямо шла по лесу, пока доставало сил. Лежавшую почти без чувств, её нашли у лесного завала наши разведчики.

Отважная девушка доставила по назначению все сведения и документы, а выздоровев, стала требовать, чтобы её отправили назад в партизанский отряд.

- Я там нужнее, чем здесь! - говорила она.

Наконец, её решили послать для связи в один из партизанских отрядов, действующий далеко в тылу врага.

Вместе с Марийкой отправились ещё трое разведчиков. Одного из них звали Ваней, другого - Виктором, третьего, не промолвившего ни слова за весь путь, Саидом.

На четвёртые сутки, когда уже больше чем полпути было пройдено, они приблизились к деревне. Решили, что Ваня пойдёт дальше и в десяти километрах остановится, чтобы подождать остальных.

- Попробуем достать хлеба. Если через десять часов мы не догоним тебя, иди дальше один, - сказала Марийка.

Двое разведчиков с Марийкой притаились в кустарнике, около деревни, а когда наступили сумерки, осторожно вошли в неё. Ослабевшая от нескольких бессонных, голодных суток, Марийка с трудом поднялась по крутым ступенькам высокого скрипучего крыльца и, потянув щеколду, вошла в тёмные сени. Из горницы раздавались громкие голоса. Марийка вошла в комнату и сразу окинула её взглядом.

Несколько женщин, сидя на лавочке и суча нитки из кудели, оживлённо говорили между собой. Девушка с большой косой налаживала чадившую лампадку. Увидев Марийку, она отставила в сторону лампадку и радостно воскликнула:

- Ты от наших? Правда?

И не успела Марийка промолвить и слова, как все повскакали с мест, обступили её и стали расспрашивать:

- Ну, как там? Да как ты решилась сюда прийти? Где наши сейчас?

Но расположиться тут разведчикам не пришлось: их выдала жительница села, переметнувшаяся к белофиннам. Узнав об этом. Марийка и её путники бросились к лесу. Однако не успели они дойти до него, как оттуда навстречу им вышла группа солдат. С окраины деревни доносились крики, слышались выстрелы. Разведчики были окружены.

Саид лёг в болото. Рядом с ним лежал уже Виктор и целился из автомата. Марийка тоже опустилась на сырую ржавую землю.

Разведчики стреляли метко. Шесть белофиннов, как подкошенные, упали и больше не поднимались. Послышались стоны. Потом всё смолкло и только слышно было, как чавкает болотистая почва. Это вражеские солдаты ползком подбирались к разведчикам.

Неожиданно в двух шагах от Марийки выросла фигура финского солдата. Девушка выстрелила из пистолета. Солдат рухнул на землю, но в то же мгновенье. что-то тяжёлое обрушилось на Марийку сзади и вдавило её в зыбкую землю.

Очнулась она на рассвете, в холодном и тёмном подвале. Голова тяжело ныла. Рассеченная нижняя губа кровоточила, мокрое платье было разодрано.

Рядом во тьме стонал человек.

- Саид? - окликнула его Марийка.

- Ты жива? - спросил Саид, - лучше бы ты уже умерла!

Через несколько часов их вытащили из подвала, вывели на деревенскую улицу и поставили около плетня.

- Ну, девушка, - сказал финский офицер, ты мне сейчас ответишь на вопросы.

Он говорил по-русски. Марийка ответила по-фински, чтобы все стоящие поблизости солдаты понимали разговор.

- Смотря какие вопросы будешь задавать...

- Так ты финка? - удивился офицер. - Ну, тогда другой разговор!

- Я карелка.

- Это тоже неплохо! Одним словом, твоя жизнь в твоих руках. Откуда вы пришли? Сколько вас?

Марийка поняла, что офицер ничего не знает про Ваню. И от этого сознания ей стало легко и радостно, словно не смерть сё ждала сейчас, а большая удача. Офицер продолжал допрос.

- Сколько вас было? Трое?

- Нас? Нет! Нас не только трое! Нас много. Больше, чем тебе кажется!

- Не обманешь! - усмехнулся офицер. - Один из вас в болоте лежит - осталось двое, а теперь, - он вытащил из кобуры пистолет и выстрелил прямо в лоб Саиду, - теперь ты одна осталась! Если будешь хорошо вести себя, мы дадим тебе возможность жить и радоваться!

Но вместо ответа в её широко открытых глазах офицер увидел жгучую ненависть и несгибаемую волю. Подняв пистолет, он выстрелил в Марийку.

...Ваня дошёл до отряда и выполнил то, что было поручено. От него мы узнали, как умерла Марийка. Ему рассказали об этом жители деревни, которые похоронили погибших девушку и её товарищей. Рассказ этот был подтверждён показаниями взятого в плен финского солдата, который присутствовал при последнем допросе и был свидетелем последних минут жизни Марии Мелентьевой...

Пройдут тоды. Забудется боевая страда. Но имена простых карельских девушек - Анны Лисицыной и Марии Мелентьевой - навсегда останутся в памяти советских людей, как имена подлинных героев, отдавших свою молодую жизнь за свою родину, за свой народ.

Геннадий ФИШ

Карельский фронт, Красноармейская газета «В БОЙ ЗА РОДИНУ», №232 от 02 октября 1943 год.

Подпишитесь 👍 — вдохновите нас на новые архивные поиски!

© РУДН ПОИСК

При копировании статьи, ставить ссылку на канал "Строки фронтовые"

Партнер проекта: Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (ЦАМО)