Роман «Грозовой перевал» Эмили Бронте вышел в 1847 году и до сих пор остается волнующим и своей эмоциональной частью и темой. Словно законсервированные навсегда переживания любви и жестокости. Сегодня принято считать, что писательство терапевтично для писателя, но это неправда: у настоящего писателя в процессе обостряются чувства, накаляется душа до предела, и этот накал остается навсегда запечатанным в слова, а мы, читатели, снова и снова переживаем его в первозданном виде.
Такого рода романы требуют диссертаций и книг, в которых подробно будет рассмотрена каждая сцена, каждая деталь, отслежены все линии внешние и внутренние, потому что композиционно и структурно это настолько богатое поле для изучения, что в этой статье мы сможем рассмотреть лишь самые общие моменты. (Должна предупредить, кадры из фильма имеют мало отношения к тексту разбора романа, но они такие красивые, что сердце замирает от восторга, делюсь с вами).
Сюжет
В поместье "Грозовой перевал" хозяин Эрншо привозит найденыша Хитклифа. Хитклиф растет с господскими детьми Кэтрин и Хиндли. Все унижают и обижают Хитклифа, Кэтрин его любит и защищает. Когда хозяин умирает, Хиндли становится владельцем поместья, Хитклифа лишает образования, возможности быть с Кэтрин, выгоняет из господского дома на ферму. Кэтрин выходит замуж за Эдгара Линтона, милого молодого человека из соседнего поместья. Хитклиф уезжает, а затем возвращается богатым. Он вводит Хиндли в карточные долги, Хиндли проигрывает поместье Хитклифу. Хитклиф и Кэтрин любят друг друга до сих пор.
Второй поколение: у Кэтрин и Эдгара рождается дочь Кэтрин (старшая Кэтрин умирает). У Хиндли есть сын Гэртон, которого Хитклиф низводит до работяги на ферме. У Хитклифа и сестры Эдагара рождается сын Линтон Хитклиф. Теперь среди детей разыгрывается та же драма: Гэртон любит мл.Кэтрин, Кэтрин любит Линтона за его "благородство". Хитклиф всех использует, женит Линтона на Кэтрин обманом и силой, чтобы отомстить, чтобы всех обитателей поместий лишить счастья, любви и денег.
В конце Гэртон и Кэтрин обретают любовь.
У меня также есть видеоформат этой статьи
Роман контрастов. Прием «двойной рассказчик»
В «Грозовом перевале» события и эмоции раскачивают крайности. На категоричной контрастности создаётся мощное драматическое полотно.
Первое, что бросается нам в глаза ‒ приём двойного рассказчика, словно автор уводит читателя подальше от накала страстей, что бушуют среди персонажей. Некий молодой человек приезжает в поместье «Грозовой перевал», сталкивается с мраком, грубостью его обитателей и выпытывает у Нелли Дин, служанки и няни, их историю. Сам рассказчик никоим образом не вовлечен в события, никак на них не влияет и мы не знаем его чувств. Это важное замечание, потому что читатель наиболее полно переживает повествование через реакции героев на события, через их психологию. Тем страннее, что нас, читателей, так категорично отстраняют на расстояние в двух рассказчиков, второй из которых, Нелли, лишь частично участвует и также сохраняет определенную долю холодности. О чём же их рассказ?
О дикой, неуправляемой ярости, жажде мести, о безудержной безумной любви, об унижении и жестокости. Действующие лица погружены в хаос чувств. Хитклиф полон злобы и тоски по умершей Кэтрин. Младшая Кэтрин, её дочь, надменна, насмешлива и своенравна и за это постоянно терпит побои и издевательства. Гэртон жаждет любви и предан, но он груб, невежественен и мстит за насмешки над его положением. Линтон Хитклиф, сын Хитклифа, которого тот ненавидит и презирает, ноет, жалеет себя, предает единственное любящее его существо ‒ Кэтрин. Сама Кэтрин, пока была жива, была настолько поглощена Хитклифом, что забыла мужа и приличия. Одним словом, все эмоции персонажей выкручены на полную громкость. Ни один из этих персонажей не может поведать нам историю поместья «Грозовой перевал», ведь эмоции искажают объективную картину происходящего. Мы бы просто прониклись персонажем, вжились бы в его шкуру, и вся его представление стало бы для нас нормальным. И только взгляд со стороны незаинтересованного лица вполне рисуют весь ужас отношений внутри поместья, этот нездоровый, тёмный мир. В итоге мы получаем этот странный приём двойного рассказчика.
Примечание: Хочу отметить, что автор использует такую форму повествования не ради интересности и оригинальности, а ради вполне определенной цели. Цель ‒ выразить нужные ей смыслы и чувства. Отмечаю для современных авторов, которые очень часто заигрывают с формой, не имея значительной цели и необходимого смысла, который нужно выразить этой формой.
Роман контрастов. Жестокость и любовь
Контраст создают конфликты. А конфликты ‒ это противоположности, которые находятся в непрерывной борьбе. Всё произведение ‒ это конфликты: психологические, которые составляют динамику героя, возможность его изменения (например, мы ждём, что Хитклиф одумается, послушает Нелли или в нём проснётся хотя бы жалость, если не доброта, потому что в нем есть любовь и жестокость, как единое динамическое целое его личности). Какие еще конфликты? Сюжетный: месть Хитклифа и его борьба с любовью и светом. Смысловой: борьба света и тьмы в человеке. Конфликт отношений самых разных персонажей: между Нелли и Джозефом, между Кэтрин и Хиклифом, Кэтрин и Гэртоном и т.д. Конфликт присутствует в каждой сцене, в каждом соприкосновении героев. В романе «Грозовой перевал» противоположности, составляющие конфликт, ‒ это полюса, крайности. Нет ничего умеренного, бытового, психологически адекватного. Поэтому, разбирать контрасты этого произведения ‒ дело бесконечное, они воплощены во всем.
Мы с вами посмотрим общий расклад.
Что бросается в глаза при прочтении? В произведении все персонажи озлоблены. Насилие, оскорбления, унижение, месть, подлость, грубость задают характеристики каждому персонажу. Хитклиф ‒ месть. Линтон, его сын, ‒ подлость. Джозеф ‒ фарисей, Гэртон ‒ невежество, младшая Кэтрин ‒ надменность. Эти персонажи несут тьму и злобу, и они создают впечатление, что ничего другого и нет больше. Почему?
Потому что от их поведения и действий зависит развитие сюжета, именно они его создают. Не будь в них этих сторон, не было бы новых сюжетных витков, не было бы истории и вовсе. Эти персонажи создают сюжет, это история их внутренней тьмы. Из-за этого вся книга, вся история наполнена непроглядной, жуткой, человеческой, психологической тьмой.
Но чтобы подчеркнуть темноту, нужен свет. Чтобы создать накал эмоций, чтобы читатель смог ощутить невыносимость положения, нужна противоположность.
И у нас есть ряд «светлых» персонажей, которые, обратите внимание, очень четко составляют противоположность. Нелли, рассказчица, своей рассудительностью противостоит страстям других персонажей. И она понимает других, в то время как «темные» персонажи не способны выйти за пределы своих чувств и хотя бы попытаться понять. Эдгар Линтон, муж Кэтрин, и его чистая, лишенная подозрений любовь, его всепрощение, что опять же ровно противоположно многолетней мести Хитклифа. Гэртона Хиклиф лишил положения, образования, воспитания, и тем не менее, Гэртон обожает Хитклифа и почитает его за отца, а также любит младшую Кэтрин, несмотря на её насмешки.
Светлых героев мало и все они с изъяном. Во-первых, они просто противостоят тьме, но не меняют её и не пытаются. Любовь Эдгара Линтона бездеятельна. Нелли в зависимом положении, у неё нет рычагов влияния, и она потакает младшей Кэтрин. Гэртон лишь носитель света, он прячет его за грубостью и невежеством.
Без этого слабого света в книге в книге не было бы того напряжения, того накала эмоций, что мы чувствуем при чтении. Потому что динамику создает конфликт ‒ борьба противоположностей. В итоге мы получаем и общий, единый для всех конфликт, и конфликт каждого персонажа. И обратите внимание, как основной конфликт распределяет персонажей и задает им место в повествовании, а также как четко он сталкивает их между собой.
Да, сюжетно мы наблюдаем, как другие персонажи пытаются освободиться от козней Хитклифа, словно попавшие в сеть его мести мухи, они бьются и трепещут, но выход из тьмы один ‒ любовь, свет, прощение. И как бы не подсказывала Нелли остальным, как бы не пытался Гэртон проявить свой свет, как бы не был нежен Эдгар, этого достаточно лишь для того, чтобы читатель надеялся, что вот-вот и случится чудо. Чтобы раскачивался конфликт, чтобы читателя и персонажей кидало из крайности в крайность. Качается сюжет, вместе с ним каждый, кто в него вплетен ‒ идеальный, с точно подогнанными друг другу частями, механизм истории.
В конечном итоге, чудо случается, младшая Кэтрин находит в себе прощение, понимание и любовь, что в свою очередь раскрывает Гэртона, ее спрятанный глубоко внутренний свет. К этому чуду нас вели долго, лишая раз за разом надежды, нагнетая тьму: умирает Эдгар, проявляет ненависть Гэртон, ещё больше озлобляется Хитклиф и колотит Кэтрин. Сюжет иллюстрирует битву света и тьмы в душе человека, автор умело ведет нас к кульминации.
Каждый персонаж хоть и проявляет себя либо «темным», либо «светлым», конечно же, содержит в себе конфликт ‒ то есть, две противоположности. У Хитклифа на втором плане его образа ‒ любовь. У младшей Кэтрин ‒ забота. У Нелли жесткость. И так далее. Наиболее ярко проявляют обе стороны младшая Кэтрин, Гэртон и Нелли, неудивительно, что в конце они находят в себе силы выбраться из тьмы.
Хорошее произведение хочется разбирать долго во всех подробностях, потому что в хорошем произведении очень много сокровищ, приёмов и много деталей мелких и крупных, которые составляют всю эту ткань, всю эту гармонию, всю эту эмоциональность текста. Мне постоянно говорят: «вот вы заставляете писателей создавать нечто правильное с точки зрения литературы, это скучно, получается выхолощенный и бездушный текст». Я не понимаю, о чём идёт речь. «Грозовой перевал» — правильное произведение. Правильное с точки зрения красоты приёмов, их точности, с точки зрения работы механики, которая позволяет автору наиболее полно выразить задумку, чувства, напряжение и тему. Так создаётся история, которая волнует нас уже на протяжении не одного века. Вот что такое правильное произведение. А что имеете в виду вы, когда говорите о правильном произведении?
О чём роман «Грозовой перевал»?
В истории есть сюжет, события, которые случаются с персонажами. Сюжет, событийность являются иллюстрацией того замысла, который хотел донести писатель (не каждый писатель имеет, что сказать, кто-то ничего кроме сюжета ничего и не создает).
Сюжет не равен теме произведения. Он ‒ лишь метафора темы. Что путает тех, кто видит в художественном произведении лишь сюжет, а затем разводит руками: автор ничего не хотел сказать, это просто история. Ведь нет прямого указания, о чём книга. Когда мы анализируем предложенные ситуации, видим цель, куда ведет нас автор, то есть выстраиваем художественную логику ‒ куда развивается сюжет, мы можем сделать вывод, что иллюстрируют эти сюжетные события, ведь они всегда будут об одном и том же. Выше я показала, что в основе романа «Грозовой перевал» столкновение света и тьмы человеческих душ, что подтверждается и внешними, и внутренними конфликтами каждого персонажа, и их отношениями.
Но битва света и тьмы ‒ слишком общие слова, так можно о многих произведениях сказать. Сначала мы изучили расстановку сил, теперь начинаем конкретизировать. Что конкретно под светом, и что под тьмой подразумевала Эмили Бронте?
Давайте думать, что на стороне света, какие детали? Очень часто это книги. Все держатся за свои книги, даже Джозеф, книги дарятся и жгутся, отсутствие книг, как заточение в темнице страшной реальности, обретение книг, словно послабление уз, книги становятся символом примирения мл.Кэтрин и Гэртона. Образование, судя по всему, важный элемент выхода из зла. Также, словами Нелли автор проговаривает основную идею спасения: понимание других, умение выйти за пределы собственного «я», иными словами, христианское сострадание. Она уговаривает Линтона встать на сторону Кэтрин, она разъясняет Хитклифу положение Гэртона, Эдгара и других, она объясняет Кэтрин чувства Гэртона. К состраданию присоединяется прощение и любовь: Кэтрин прощает себялюбивому, подлому Линтону его поведение и заботится о нём. Она же прощает Гэртона и сама винится перед ним. Эдгар прощает любовь Кэтрин к Хитклифу. Одним словом, эти небольшие вкрапления света в текст создают нам дорожку их хлебных крошек к определенному ответу.
Что создает тьму? Снова и снова подчеркивает автор жестокое обращение с детьми. Опять же, жестокость ‒ понятие слишком общее. И когда мы начинаем конкретизировать, отслеживая повторяющиеся мотивы, мы увидим, что жестокость прежде всего порождена социальным неравенством. Когда маленького, умирающего подкидыша Хитклифа хозяин привез в поместье, никто не был к нему добр. Ведь в нем нет ни капли благородной крови. И за это неравенство его избивали, были равнодушны, унижали, в итоге после смерти хозяина Хитклифа вышвырнули из хозяйского дома (лишив положения), сделали рабочей скотиной. То же самое Хитклиф проделал с Гэртоном, сыном того, кто это сделал с ним: низвел до ранга грубой рабочей скотины. Автор напрямую нам сообщает, что тяжелый труд лишает человека света в душе, стремлений, делает его грубым, приземленным. Что социальное неравенство проводится не только социумом, званиями, но и родом занятий, образом жизни.
И эта же проблема создает основу сюжета романа: из-за того, что Хитклиф, хотя его и любила Кэтрин, даже не рассматривался Кэтрин, как претендент на роль мужа, из-за его положения и отсутствия состояния, которого вдобавок ко всему лишили возможности подняться, наоборот, ещё сильнее втоптали в грязь. Хитклиф не смог быть с единственным человеком во всем мире, который любил и берег его с детства - его Кэтрин. У него нет любви, у него больше ничего нет, кроме желания отомстить за свою судьбу и всех богачей низвести до ничто, лишить всего.
Жестокость порождает классовая ненависть и инстинктивное чувство несправедливости: лишать человека возможностей развития души, получения образования все равно, что держать его взаперти, на цепях, во тьме.
Жестокость, чем бы она не была вызвана, ведёт к ответной жестокости, это проиллюстрировано всеми отношениями. Выхода из этого круга не предвидится. Не случайно структурно история показывает два поколения: отцов и детей, которые повторяют сценарий отцов.
Но Эмили Бронте пошла дальше и не остановилась на столь очевидных вещах. Она снова создает контраст, отчетливо проговаривая: «да, жестокое обращение порождает тьму души, и человек уже во взрослом возрасте выбирает сторону дьявола, зла», и тут же в противоречие себе она рассказывает историю Гэртона, которого воспитывали, унижали, лишили точно также, как Хиклифа, положения, но Гэртон при этом сохранил в себе любовь, преданность, свет, в отличие от Хитклифа. Гэртон ‒ потомок благородного рода, а Хитклиф ‒ найденыш, дитя неизвестного рода.
Как будто Эмили Бронте не столько даёт четкий ответ на вопрос, а что же является злом, сколько размышляет и прикидывает различные варианты. Наследственность, обстоятельства, в которых рос ребенок, отношение взрослых к ребенку, отсутствие образования и воспитания. Линтон Хитклиф, сын Хитклифа, хоть он при этом наполовину сын и благородной дамы Изабеллы, и воспитывался соответствующим образом вдалеке от жестокости, тем не менее, отвратителен и жалок. Он получил любовь матери, заботу, как и Кэтрин, дочь Эдгара, но он вырос себялюбивым, эгоистичным, а Кэтрин надменной и заносчивой. Какой мы можем сделать вывод? Снова речь идет о классовом превосходстве, как источнике зла. Или речь идет о влиянии наследственности. Линтон умер жалким. А Кэтрин нашла в себе свет, ведь она ‒ дочь благородных родителей. Но это лишь один из вариантов ответов.
А быть может, речь идет о божественной искре в нас ‒ о душе, которую сложно сломать жестоким обращением и отвратительными условиями, которая не зависит от наследственности и воспитания, которая может внезапно вспыхнуть в нас и изменить нашу жизнь. Как это случилось в кульминации романа с героями.
Интересно, что вера и церковь в вопросах добра и зла, света и тьмы не играют сколько-нибудь значительную роль, хотя отсылки есть. При власти Хитклифа из округа исчезает священник, церковь, прихожанам некуда ходить молится, остается лишь часовня. Что довольно символично, согласитесь? Хитклиф отрекается от веры, от богослужения во время похорон, утверждая, что его рай ‒ Кэтрин. А Джозеф хоть и читает Библию и богословские книги, хоть и честит всех за отступничество, тем не менее олицетворяет бездушное следованию догматам церкви, при том, что поступки его ‒ зло. При этом в конце ни Кэтрин, ни Хитклиф не получают рая христианского, они призраками бродят по земле, беспокоя живых. Здесь перекличка с Мастером и Маргаритой и их любовью, которая не нуждается ни в свете, ни в тьме. Эмили Бронте словно и утверждает веру, и отбрасывает за ненадобностью.
Мы можем гадать, но у нас нет цели найти ответ, есть лишь цель увидеть мысль автора и то, как она ее ставит, как ведет, как иллюстрирует сюжетом. Читатель может всего этого и не видеть, но не сможет не чувствовать драматичность истории, проявленную во всем, даже в постановке вопросов и противоречивости ответов.
Кульминация, как ответ на проблему завязки
Кульминация в произведении в идеале ‒ это основная мысль автора, выраженная в сцене, в поступках героев. В завязке автор ставит проблему, обрисовывает образно, эмоционально в поступках персонажей, в действиях героев. В конце произведения мы видим решение проблемы. Проблема сюжетная, как я уже говорила, связана с местью Хитклифа и его сетью манипуляций и интриг для воплощения этой мести. Но проблема произведения ‒ жестокость, зло в душе человека, неспособность вырваться к свету. Сюжетом автор показывает причины возникшей проблемы, её развитие, попытки решить, препятствия в решении, усугубление. К кульминации мы уже в диком напряжении, нам уже жадно нужно узнать, так что же предпримут герои, так будет ли решена задача. В кульминации любого произведения автор создает ситуацию, которая иллюстрирует его позицию: если можно решить проблему, то он показывает как, при этом мы не знаем, смогут ли герои осуществить выход, предложенный автором, или их неспособность осуществить, вернет нас к сути проблемы.
Итак, персонажи и мы вместе с ними испытали все формы нелюбви за сюжет. Но вот в конце младшая Кэтрин делает шаг навстречу Гэртону. Она просит прощения. Она даёт любовь. Она приносит книгу, чтобы помочь Гэртону выбраться из тьмы невежества. Она преодолевает неравенство, делая ставку на человечность. Она делает то, чего так долго добивался Хитклиф, чего он жаждал. Выше я писала о проблеме этой истории, которая была поставлена в завязке. Смотрите, как четко на нее отвечает автор, произведение получает цельность, завершенность.
У Хитклифа мутится разум, он наконец видит призрак Кэтрин, своей Кэтрин. К нему приходит его любовь, и он не обращает внимание на любовь младшей Кэтрин и Гэртона. Он счастлив в своем безумии
В какой-то мере такой поворот событий выглядит совершенно внезапным, притянутым за уши. Раз, и Кэтрин переменила свое поведение. Раз и Хитклифу привиделась его любовь. Это ответ на все страдания, на все вопросы, на все проблемы, которые автор поставила произведением ‒ возьми и выйди из тьмы, попроси прощения, прости, постарайся понять другого, люби. Сделай шаг. Вот так вдруг. Нет другого выхода.
После всех мытарств такое облегчение, такое счастье, что уже не сдержать слез. От контраста, от напряжения, от нагнетаемого отчаяния. Выход есть. Любовь.
Хитклиф не изменился. Он остался в своей тьме, злобе, невежестве. И не случайно автор не даёт им покоя, как я уже писала, рай он не заслужил, Бога не обрел.
И этот двойной конец: для отцов круг замкнулся навсегда, но для детей, для нового поколения есть надежда: любовь родителей, но в строгости воспитания, в рамках образования. И Нелли, рассказчица, с ее строгим подходом, с ее умеренным выражением любви в сочетании с требованиями и наказаниями, пример того, как надо. Неслучайно её уважает и слушает даже Хитклиф.
Контекст, в котором создавался роман
Любое произведение оценивается через контекст эпохи, доминирующих философских идей, политической ситуации, технического и социального прогресса. В таком ракурсе зачастую становится понятно, что поставленная автором проблема сама по себе оказывается довольно громким высказыванием. Неслучайно писатели прошлых столетий с таким вниманием относились к поиску темы произведения, ведь тема создавала не только историю, сюжет, но и становилась высказыванием, определяющим позицию автора, его место в литературе.
Имеет смысл отметить, что Эмили Бронте (1818-1848) родилась в эпоху, когда женщинам еще не полагалось иметь мнение, участвовать с этим мнением в общественной жизни, критиковать мужское и противопоставлять ему свое. Конечно, к тому времени, как родилась Эмили и её сестры на тему женской доли уже высказались Монтескьё и Вольтер, блистала Анна Редклифф, были редкие, но все же высказывания авторов-женщин и первые идеи о возможном равенстве проникли в книги, в литературные журналы.
Эмили, как и ее сестры, Шарлотта («Джейн Эйр») и Энн Бронте («Агнес Грей», «Незнакомка из Уайлдфелл-Холла») довольно смело высказываются и поднимают спорные темы. Шарлотта Бронте пишет о зависимом положении женщины и ясно указывает, что дай женщине возможность, и она могла бы выбирать, мыслить и влиять на ход событий. Энн Бронте в романе «Агнес Грей» выводит жестоких детей, что вызывало шок у общественности, ведь дети ‒ ангелочки, которых портит неподобающее воспитание и социум. Также Энн пишет о насилии над женщинами в романе «Незнакомка из Уайлдфелл-Холла» и отсутствии у женщин возможности защитить себя. Эмили в «Грозовом перевале» высказывается о социальном неравенстве.
Эмили Бронте родилась после смерти Жан-Жака Руссо, чьи идеи оказали значительное влияние на отношение к детям, к пониманию развития. Например, он считал, что не надо портить детей воспитанием и обучением, природа человека изначально чиста, лишь общество, ограничения, научение портят её. Если бы людям было позволено следовать своей природе, то и общество очистилось бы от неравенства и насилия. И вот ведь как интересно, что Эмили Бронте словно берёт постулат Руссо и показывает его слабость. Идеи Руссо критиковал Вольтер и Дидро. Период с 1700-1800 дал таких великих философов, как Кант, Гегель, Юм, Шеллинг, Беркли. Изучали ли их труды сестры Бронте, следили ли за битвой идей, неизвестно, да и по поднимаемым в их произведениях темах нельзя сказать, что они так глубоко мыслили. Тем не менее, развлекательной литературой назвать «Грозовой перевал» или другие книг одной из сестер, никак нельзя.
Одним словом, не будучи частью коллективного движения, которое бы подпитывало решимость Эмили и её сестер, они позволяют себе вскрывать пороки общества, восставать против идеализации «слабого пола» и «милых ангелочков», рассуждать о путях развития психики, причинах добра и зла, социального устройства и его несправедливости, очень точечно подсвечивая больные места, вступая тем самым в диалог с мужчинами.
Заключение
Здесь ещё многое можно разбирать, посмотреть внутренние и внешние конфликты персонажей, как они сочетаются между собой, рассмотреть сетку персонажей, почему герои, в сущности, отыгрывают одно и то же на своих ветках, почему это важно для целостности произведения. Можно рассмотреть диалоги и то, как выстроены сцены, как автор использует героев для того, чтобы высказаться. Я всегда рекомендую писателям читать с карандашиком, чтобы усвоить все богатство, что кроет в себе хорошо скроенная история. Для того, чтобы разбирать произведение, нужно понимать, из чего состоит структура произведения, на что надо смотреть. Иначе мы так и будем просто погружаться в события и проживать их словно собственную жизнь, что и добивался автор. В своей книге «Выньте картон из персонажа» я даю чёткую структуру, опираясь на которую, вы тоже можете отслеживать вот эти внутренние линии, кости произведения.