Знаете, в три часа ночи недостроенный элитный дом выглядит честнее, чем днём. Днём здесь суета, прорабы орут в рации, краны вертятся, как сумасшедшие цапли, а на заборе висит огромный баннер: «Ваша новая жизнь начинается здесь». Красивая такая картинка: счастливая семья, золотистый ретривер, зелёный газон. А сейчас, когда я обхожу периметр с фонариком, ничего этого нет. Есть только сырой запах бетона, арматура, торчащая из земли, как рёбра какого-то доисторического зверя, и лужи, в которых отражается мигающая лампа у моей будки.
Странное дело. Раньше я бы посмотрел на этот баннер и подумал: «Вот бы и мне так. Надо поднажать, заработать, потерпеть ещё немного, и тогда...» Тогда наступит оно. Светлое будущее. Тот самый мифический день, когда все проблемы исчезнут, спина перестанет ныть, а в душе воцарится вечный покой.
Но сейчас я смотрю на этот плакат, освещённый моим карманным фонарём, и чувствую только... облегчение. Потому что я перестал ждать.
Я точно помню момент, когда это произошло. Не было никакой драмы, грома среди ясного неба или философских озарений под музыку Баха. Всё случилось буднично, почти незаметно.
Это было пару месяцев назад, в ноябре. Слякоть тогда стояла страшная. Я сидел в своей бытовке, грел руки о кружку с чаем — самым дешёвым, в пакетиках, который на вкус как заваренный веник, но горячий, и это главное. Смотрел в окно на дождь, который смывал грязь с колёс грузовика. И вдруг поймал себя на мысли, что я всё время живу в режиме черновика.
Всю жизнь я говорил себе: «Сейчас тяжело, сейчас не то, но это временно. Вот закончу институт — заживу. Вот выплачу ипотеку — выдохну. Вот дети вырастут — начну для себя». Я всё время откладывал счастье на потом, как праздничный сервиз в серванте, который достают только по великим поводам. А поводы всё не наступали, или наступали, но радости от них было меньше, чем ожидалось.
И вот я сижу, мне пятьдесят три, я работаю охранником на стройке чужой мечты, и понимаю: сервиз-то запылился. А светлое будущее — это не пункт назначения. Это горизонт. Ты к нему идёшь, а он отодвигается.
Помню, как в молодости мы все бредили прогрессом. Нам казалось, что ещё чуть-чуть — и технологии нас спасут, общество станет справедливым, а мы — свободными. Мы читали фантастику и верили, что в 2020-м будем летать на Марс, а не сидеть в телефонах, листать ленту новостей и бояться каждого уведомления.
Здесь, на стройке, это чувствуется особенно остро. Я вижу, как создаётся эта иллюзия будущего. Днём приезжают покупатели — молодые, амбициозные, с горящими глазами. Менеджеры в белых касках водят их по грязи и показывают руками в пустоту: «Здесь будет парк, здесь — зона воркаута, здесь — ваше счастье». И люди кивают, они уже живут там, в этом нарисованном мире. Они платят миллионы не за бетонные коробки, а за обещание, что там, в будущем, всё будет иначе.
А я вижу изнанку. Я вижу, как экономят на утеплителе. Вижу, как рабочие, уставшие до черноты, курят, сидя на мешках с цементом, и у них в глазах нет никакого «светлого завтра», есть только желание дожить до аванса и выспаться. Я вижу трещины, которые замазывают штукатуркой перед приходом комиссии.
И знаете, что? Когда я перестал верить в эту красивую картинку, мне стало легче дышать.
Отказ от веры в «светлое будущее» звучит как приговор, как капитуляция. Многие скажут: «Ну вот, дед сломался, стал пессимистом». Но это не пессимизм. Это, чёрт возьми, трезвость.
Когда ты перестаёшь ждать, что завтра будет лучше, ты начинаешь замечать, что происходит сегодня. Вот прямо сейчас.
Я перестал бежать. Я больше не пытаюсь построить карьеру — поздно, да и не нужно мне это уже. Я не пытаюсь накопить на «достойную старость», потому что кто знает, будет ли она вообще. Вместо этого я научился ценить тишину ночной смены.
Вы когда-нибудь слушали, как звучит остывающий город? Это особенная музыка. Гул машин стихает, и остаётся только ветер, гуляющий в пустых оконных проёмах, да редкий лай собак. В этом есть какая-то честность.
Я наливаю чай из термоса. Пар поднимается к потолку бытовки. У меня есть старый радиоприёмник, который ловит джаз. Есть книга, которую я перечитываю уже третий раз, и каждый раз нахожу что-то новое. И есть этот момент. Никакого «потом». Только «сейчас».
Моя личная антиутопия наступила не тогда, когда мир вокруг стал жёстче или сложнее. Она наступила тогда, когда я понял, что мы добровольно загнали себя в клетку ожиданий. Мы живём в кредитном рабстве у будущего. Мы отдаём ему своё время, свои нервы, своё здоровье, надеясь на проценты, которые никто нам не гарантировал.
Посмотрите на этот дом, который я охраняю. «Умный дом», «Эко-система», «Безопасная среда». Слова-то какие. А по сути — те же стены, тот же потолок. Если ты не умеешь быть счастливым в хрущёвке, ты не будешь счастлив и в пентхаусе с панорамными окнами. Ты просто перевезёшь свою тревогу и своё вечное ожидание на новый этаж, повыше.
На днях тут случился забавный эпизод. Забрёл ко мне на пост бродячий пёс. Обычный такой дворняга, ухо рваное, взгляд хитрый. Я ему бутерброд отдал. Он съел, хвостом вильнул и лёг у меня в ногах. Ему плевать на котировки акций, на геополитику, на то, сдадут этот дом в срок или заморозят стройку. Ему тепло, сыто, и рядом человек, который не пнёт. Вот у кого учиться надо. У него нет концепции будущего. У него есть только настоящее.
Может быть, это и есть выход? Перестать строить воздушные замки и начать обживать ту реальность, которая есть. Даже если она не идеальна. Даже если это бытовка два на два метра посреди грязи и арматуры.
Я больше не надеюсь, что мир вдруг станет добрым и справедливым. Я вижу, что происходит, я не слепой. Технологии, которыми нас пугали в книжках про антиутопии, уже здесь. Камеры на каждом столбе, алгоритмы, которые знают о нас больше, чем мы сами. Мы стали прозрачными, но при этом ещё более одинокими. «Одиночество в толпе» — так, кажется, писали? Ну вот, оно самое.
Но мой отказ от веры в «светлое будущее» — это не отчаяние. Это мой личный бунт. Моё маленькое сопротивление.
Система хочет, чтобы я боялся. Чтобы я бежал за морковкой, висящей перед носом. Чтобы я чувствовал себя неудачником, потому что у меня нет того, что нарисовано на рекламном щите. А я не боюсь. И не чувствую. Я просто выхожу из этой гонки.
Я смотрю на бетонный скелет этого дома и вижу не «элитное жильё», а просто конструкцию. Временную, как и все мы. И в этом понимании временности столько свободы, что кружится голова.
Вчера ночью был сильный ветер. Сорвал край того самого рекламного баннера. Теперь «Ваша новая жизнь» полощется на ветру, открывая кусок серого неба. И знаете, это небо мне нравится больше. Оно настоящее.
Иногда мне кажется, что мы все — как эта стройка. Вечно в лесах, вечно в пыли, вечно что-то достраиваем, переделываем, планируем. А жить-то когда? Может, пора уже снять леса, убрать мусор и просто попить чаю в тишине? Пусть даже стены не оштукатурены. Зато чай горячий. И джаз по радио хороший играет.
А рассвет всё равно наступит. Не «светлое будущее», а просто новый день. Обычный серый вторник или среда. И в нём будут свои заботы, своя грязь, но и свои маленькие радости. И мне этого, честно говоря, вполне достаточно.
Интересно, а тот парень с плаката, с белозубой улыбкой... он вообще существует? Или он тоже просто ждёт, когда его напечатают?