— Слушай, у меня к тебе разговор, — Дима поставил на стол две тарелки с гречкой и котлетами, сел напротив жены и замолчал.
Лариса подняла глаза от телефона. По лицу мужа сразу поняла — что-то неприятное. Дима так всегда делал: сначала затевал разговор, потом тянул паузу, словно надеялся, что она сама догадается.
— Ну? — Лара отложила телефон. — Что случилось?
— Лерка поступила в медицинский. На фельдшера. Помнишь, она хотела?
— Помню, — кивнула Лара. — И что?
— Общежития не дали. Мест нет. А снимать... ну ты понимаешь, дорого сейчас.
Лара взяла вилку, помешала гречку. Уже догадывалась, к чему он ведет.
— Мама третий день звонит, — продолжил Дима. — Говорит, может, мы поможем как-то? Ну, у нас же...
— У нас что?
— Ну, твоя квартира пустая стоит. Может, пустим Лерку? Она аккуратная, учиться приехала, не гулять. До июня всего.
Лара опустила вилку. Квартира. Однушка на окраине, которую дед подарил еще до свадьбы. Четыре года назад она там жила, потом они с Димой съехались, взяли ипотеку, а ту квартиру стали сдавать. Деньги шли на досрочное погашение кредита. Последние жильцы съехали в декабре, Лара как раз собиралась размещать объявление.
— Она же совсем чужая мне, — сказала Лара. — Мы виделись от силы раза три.
— Ну как чужая? Сестра моя.
— Тебе сестра. А мне золовка, которую я толком не знаю.
Дима потянулся к своей тарелке, начал быстро есть. Лара знала этот маневр — он отступал, но ненадолго.
— Лар, ну подумай. Жильцов все равно искать надо. А тут свой человек. И Лерка вроде нормальная, не хулиганка. Приедет учиться, вечером дома сидеть будет.
— А коммуналку платить будет?
— Конечно! Мама обещала, что все по-честному. Просто на аренду не тратиться.
Лара вздохнула. Вспомнила Леру — высокая, русая, вечно с телефоном в руках. На свадьбе три года назад девчонка весь вечер что-то фотографировала, смеялась громко, один раз даже вино пролила на скатерть. Полина Вячеславовна тогда шикнула на дочь, но как-то вяло.
Свекровь. Вот кто точно не обрадуется отказу. Полина Вячеславовна и так считала, что Дима женился неудачно. Не говорила прямо, но Лара чувствовала. Взгляды оценивающие, фразы с подковыркой — мол, могла бы и получше за собой следить, и готовить научиться.
— Ладно, — сказала Лара. — Но только до июня. И чтобы квартира была в порядке. И коммуналка вовремя.
Дима просиял:
— Спасибо, Лар! Я знал, что ты не откажешь. Я ей сегодня скажу, она завтра приедет смотреть.
— Погоди. Я сама с ней поговорю. Правила объясню.
— Какие правила?
— Обычные. Порядок в квартире, шум после десяти вечера запрещен, гостей предупреждать.
Дима кивнул, но Лара видела — он не воспринимает это серьезно. Думает, она просто перестраховывается.
***
Лера приехала на следующий день вечером. С ней была Полина Вячеславовна — полная женщина в темном пуховике, с усталым лицом. После смены в продуктовом еще успела дочь привезти.
— Ну, показывай, — сказала свекровь вместо приветствия.
Лара открыла дверь квартиры, пропустила их вперед. Полина Вячеславовна прошла в комнату, окинула взглядом мебель — старый диван, стол, шкаф.
— Для студентки сойдет, — бросила она.
Лара сжала зубы. Сойдет. Как будто она обязана предоставить апартаменты.
Лера тем временем заглядывала в ванную, на кухню. Щелкала фотографии на телефон.
— Вай-фай есть? — спросила она.
— Есть. Пароль на холодильнике написан.
— Круто! А можно подружек иногда звать? Ну, конспекты переписывать, к зачетам готовиться?
— Можно, — кивнула Лара. — Но не каждый день. И до десяти вечера.
— Понятно, — Лера кивнула, но Лара заметила, как девчонка скривилась. Мол, правил понавыдумывала.
Полина Вячеславовна прошла на кухню, открыла шкафчики.
— Посуда есть?
— Все есть. Я специально оставила.
— А постельное?
— Тоже есть. В шкафу лежит.
— Ну ладно, — свекровь повернулась к дочери. — Лерка, собирайся, завтра переезжаешь.
Они ушли через десять минут. Лара закрыла дверь, прислонилась к ней спиной. Внутри копошилось беспокойство. Что-то не так. Но что именно — не могла понять.
***
Первую неделю все было тихо. Лера позвонила пару раз, поблагодарила. Дима был доволен, по вечерам говорил:
— Ну вот, видишь? Я же говорил, что Лерка нормальная.
Лара молчала. Рано радоваться.
На второй неделе, в четверг, позвонила тетя Вера — соседка по площадке. Пожилая женщина, пенсионерка, которая всегда была в курсе всего, что происходит в подъезде.
— Лариса, девонька, это ты квартиру сдала? — голос у тети Веры был встревоженный.
— Не сдала, золовка там живет. А что?
— Да там шумно по вечерам. Музыка играет, смех. Вчера до одиннадцати не унимались. Я уж хотела участковому позвонить, да подумала — может, ты в курсе.
— Спасибо, тетя Вера. Я разберусь.
Лара положила трубку, набрала Лерин номер. Долгие гудки, потом сонный голос:
— Алло?
— Лера, это Лариса. Соседка жалуется на шум. Что там у тебя происходит?
— А? Шум? — девчонка явно не сразу сообразила. — Да нет, это мы с девчонками конспекты переписывали. Анатомию. Там много всего.
— В одиннадцать вечера?
— Ну да, днем пары же.
— Лера, я просила до десяти. Соседка пожилая, ей рано вставать.
— Хорошо-хорошо, извини. Больше не будем.
Лара отключилась. Дима, который слышал разговор, пожал плечами:
— Студенты, Лар. Увлеклись.
— Я тоже студенткой была. Но правила соблюдала.
— Ну ладно, она же извинилась. Не парься.
Лара хотела возразить, но промолчала. Зачем раздувать конфликт из-за одного раза?
***
В субботу утром Лара решила заехать проверить квартиру. Дима был на объекте, она ехала одна. Не предупредила — хотела увидеть все как есть.
Открыла дверь своим ключом. В прихожей сразу почувствовала запах — несвежий, затхлый. На вешалке висело несколько курток, на полу три пары обуви. Лара прошла на кухню.
Картина заставила ее остановиться. Раковина полна грязной посуды — тарелки, кружки, сковородка с засохшими остатками яичницы. На плите пятна от чего-то пролитого. Мусорное ведро переполнено, пакет завязан, но стоит рядом на полу.
— Лера! — позвала Лара.
Из комнаты донеслось сонное мычание. Лара распахнула дверь. На диване спала Лера, рядом с ней, прямо на полу на одеяле — еще одна девчонка. Темноволосая, худенькая.
— Лера, вставай!
Лера открыла глаза, села. Увидела Лару и сразу побледнела.
— Лариса? Ты чего здесь?
— Это моя квартира, между прочим. Вопрос — ты здесь чего творишь?
Девчонка на полу тоже проснулась, села, испуганно огляделась.
— Это кто? — спросила Лара.
— Вика. Подруга. Она... ну, осталась переночевать.
— Почему?
— С парнем поссорилась. Ей некуда было идти.
Лара развернулась, пошла в ванную. Открыла дверь — на бортике ванны сушилось чье-то белье, на полу окурки. Она вернулась в комнату.
— Лера, ты куришь в квартире?
— Нет! Это Вика...
— Мне все равно, кто! Я запрещала курить!
Лера поднялась с дивана, натянула толстовку.
— Извини, ладно? Больше не будем. Вика сейчас уедет.
Лара посмотрела на девчонку, которая торопливо собирала с пола одеяло.
— Так, — сказала Лара жестко. — Лера, убери квартиру. Помой посуду, выброси мусор, проветри. К вечеру проверю. И больше никаких ночевок посторонних. Ясно?
— Ясно, — Лера кивнула, глаза опущены.
Лара ушла. Села в машину, позвонила Диме. Он выслушал, вздохнул:
— Ну, накосячила она. Я вечером с ней поговорю.
— Дима, это не первый раз! Она правила нарушает постоянно!
— Я понял, Лар. Я серьезно поговорю.
Лара отключилась. Внутри закипало раздражение. Дима обещает поговорить. А толку?
Вечером он действительно поехал к Лере. Вернулся часа через два, сел рядом с Ларой на диван.
— Ну как? — спросила она.
— Поговорил. Она обещала больше не косячить. Сказала, что Вика больше не придет.
— И ты ей поверил?
— А что мне делать? Выгнать ее?
— Почему нет? Это моя квартира, я ее пустила, а она разводит тут...
— Лар, ну не кипятись. Она учится, устает, забывает убраться.
Лара резко повернулась к нему:
— Дима, я тоже работаю. Устаю. Но квартиру в бардак не превращаю!
— Ну ладно, ладно. Я же сказал — поговорил.
Лара замолчала. Спорить бесполезно. Дима всегда защищал сестру. Всегда.
***
Через три дня позвонила тетя Вера. Голос встревоженный:
— Лариса, а у тебя там что, несколько девчонок живет?
— Как несколько? Одна должна.
— Так я сегодня трех видела! Заходили с сумками, смеялись.
Лара почувствовала, как внутри что-то сжалось.
— Спасибо, тетя Вера. Я разберусь.
На следующий день она взяла отгул. Приехала в квартиру днем. Дверь открыла незнакомая девчонка — рыжая, в домашних штанах и майке.
— Вы кто? — спросила она удивленно.
— Я хозяйка квартиры. А вы?
— Настя. Подруга Лерки. Проходите, она сейчас придет, на парах.
Лара зашла. Сердце колотилось. В прихожей три пары обуви. На кухне — разложенные продукты, в холодильнике три полки, подписанные маркером: «Лера», «Вика», «Настя».
— Вы здесь живете? — спросила Лара.
Настя замялась:
— Ну... временно. У нас в общаге ремонт, нас выселили. Лерка сказала, можно пару недель пожить. Мы скоро съедем, честно!
Лара прошла в комнату. На полу лежал матрас, рядом спальник. На столе учебники, тетради, косметика.
— Когда вы сюда заселились?
— Неделю назад. Ну, чуть меньше.
Лара достала телефон, набрала Лерин номер. Не брала трубку. Написала сообщение: «Я в квартире. Жду объяснений. Сегодня вечером приезжай».
Настя стояла в дверях, переминалась с ноги на ногу.
— Извините, пожалуйста. Мы правда скоро съедем. Просто деваться некуда было.
— А Лера вас предупредила, что квартира не ее?
— Она сказала, что сестры мужа... Ну, вроде как родственная.
Лара кивнула. Все понятно. Лера решила, что раз квартира «почти родственная», то можно делать что угодно.
***
Вечером Лара сидела дома и ждала. Дима вернулся с работы, сразу заметил ее лицо.
— Что случилось?
— Твоя сестра вселила в мою квартиру двух подруг. Они там неделю живут.
— Что? — Дима опустился на стул. — Как вселила?
— Вот так. Сказала им, что это квартира родственников, можно пожить.
— Погоди, может, она правда помочь хотела? Они же подруги...
— Дима! — Лара повысила голос. — Это МОЯ квартира! Я Лере разрешила жить, а не всему ее курсу!
— Ну хорошо, я понял. Сейчас она приедет, мы все обсудим.
В восемь позвонили в дверь. Дима открыл. Лера зашла, бросила на тумбочку куртку.
— Привет, — сказала она тихо.
— Присаживайся, — кивнула Лара. — Поговорим.
Лера села на край дивана. Лара села напротив.
— Объясни мне, почему в моей квартире живут посторонние люди?
— Ну, они не посторонние. Это Вика и Настя, мы вместе учимся. У них в общаге ремонт начался, их выселили. Им деваться некуда. Я не могла их бросить.
— И ты решила не спрашивать меня?
— Ну, я думала... это же ненадолго. Максимум две недели.
— Лера, ты живешь в моей квартире. Бесплатно, между прочим. Я тебе доверяла.
— Так мы коммуналку платим!
— Коммуналку ты за себя одну должна платить! А сколько вы там втроем воды тратите, света?
Лера опустила голову.
— Извини. Но девчонкам правда некуда идти.
Дима вмешался:
— Лар, ну может, еще недельку дадим? Они же не со зла.
Лара медленно повернулась к мужу. Внутри что-то щелкнуло.
— Она не только сама тут живет, но еще и подруг привела! — голос ее зазвенел от возмущения. — И ты еще ее защищаешь?!
Дима растерялся:
— Я не защищаю, просто...
— Просто что? Просто тебе наплевать, что это моя квартира, мое решение?
Лера вскочила:
— Я не хотела никого обижать! Просто хотела помочь подругам!
— За мой счет! — Лара тоже поднялась. — Ты помогала за мой счет!
— Квартира все равно пустовала!
— Это не твое дело! Я сдавала ее, получала деньги! А теперь трое человек живут бесплатно!
Лера заплакала:
— Я думала, ты поймешь...
— Я поняла. Поняла, что ты решила, что тебе все можно.
— Я позвоню маме! Она скажет Диме, что ты не права!
— Звони, — Лара скрестила руки на груди. — Мне все равно. Завтра твои подруги съезжают. Послезавтра я приеду проверить. Если они там, вызову полицию. И вас троих выгоню.
Лера всхлипнула, схватила куртку и выбежала из квартиры. Дима проводил ее взглядом, потом посмотрел на Лару.
— Может, ты слишком жестко?
— Жестко? — Лара рассмеялась зло. — Дима, она нарушила все правила! Все! И ты на ее стороне?
— Я не на ее стороне, просто...
— Просто ты хочешь, чтобы я закрыла глаза. Чтобы не ругалась. Чтобы твоя мама не обиделась.
Дима замолчал. Лара прошла на кухню, налила себе воды. Руки дрожали.
Через полчаса зазвонил Димин телефон. Он посмотрел на экран, вздохнул. Вышел на балкон.
Лара слышала обрывки разговора:
— Мам, ну погоди... Лара права... Нет, она не обязана... Лера должна была спросить...
Разговор тянулся минут пятнадцать. Когда Дима вернулся, лицо у него было измученное.
— Что мать сказала? — спросила Лара.
— Сказала, что ты жестокая. Что мы с тобой зажрались, а сестре помочь не хотим.
— Зажрались? — Лара криво усмехнулась. — Мы ипотеку платим. Я работаю, как лошадь. Это не зажраться, это называется жить по средствам.
— Я ей так и сказал.
— И что она?
— Положила трубку.
Лара опустилась на стул. Устала. От всего этого. От Леры, от Полины Вячеславовны, даже от Димы.
— Я завтра съезжу, — сказал Дима. — Проконтролирую, чтобы девчонки выехали.
— Спасибо, — Лара кивнула.
Дима подошел, обнял ее за плечи.
— Прости. Я должен был тебя поддержать сразу.
Лара не ответила. Слишком много обид накопилось.
***
На следующий день Дима уехал в квартиру сразу после работы. Лара ждала дома. Нервничала. Ходила по комнате, проверяла телефон.
В девять вечера он вернулся. Лицо мрачное.
— Ну как? — спросила Лара.
— Девчонки уехали. Вика устроила истерику, кричала, что ей теперь ночевать негде, родители в другом городе. Настя просто молчала, собрала вещи.
— А Лера?
— Лера злая. Говорит, что я предатель. Что выгнал ее подруг на улицу.
— И куда они делись?
— У Вики есть парень. Он согласился их приютить.
— Значит, было куда идти, — Лара кивнула. — Просто за мой счет удобнее.
Дима сел рядом, потер лицо руками.
— Я думал, Лерка взрослая уже. Ответственная. А она как ребенок — все для себя, о других не думает.
— Полина Вячеславовна ее так воспитала.
— Мать тут ни при чем.
— При чем, Дима. Она Лере всегда все прощала. Вот и результат.
Дима промолчал. Лара понимала — он не хочет обсуждать мать. Не хочет признавать, что свекровь избаловала дочь.
— Прости, что не поддержал сразу, — сказал он тихо. — Ты права была. Это твоя квартира, твое решение.
Лара кивнула. Обида потихоньку отпускала.
***
Через два дня позвонила Полина Вячеславовна. Лара взяла трубку, услышала холодный голос:
— Лера рассказала, что ты ее выгнала.
— Я не выгоняла Леру. Я выгнала ее подруг, которых она вселила без моего разрешения.
— Студенты все такие! Ты что, святая была?
— Я была аккуратной. И чужое добро уважала.
— Ну и что теперь? Лерка деньги на съемную тратит! Пять тысяч в месяц!
— Это ее выбор. Она могла жить у меня бесплатно. Но нарушила правила.
— Какие правила? Подруг нельзя приводить?
— Нельзя без спроса вселять посторонних людей в чужую квартиру.
— Да что ты к ней прицепилась! Девочка же не хотела плохого!
— Полина Вячеславовна, я не собираюсь это обсуждать. Лера знала правила. Нарушила. Все.
В трубке молчание. Потом короткое:
— Понятно.
И гудки.
Лара положила телефон. Дима сидел рядом, молчал.
— Теперь твоя мать на меня обижена, — сказала Лара.
— Переживет.
— А ты?
— Что я?
— Не обижен?
Дима покачал головой:
— Нет. Ты правильно сделала.
Лара вздохнула с облегчением. Хоть это.
***
Прошла неделя. Лера сняла квартиру вместе с Викой и Настей — маленькую однушку, втроем делили расходы по пять тысяч с человека. Полина Вячеславовна звонила Диме только по делу, разговоры были короткие, сухие.
Лара разместила объявление о сдаче квартиры. Сформулировала жестко: один квартирант, залог в размере двух месяцев, договор найма, проверка раз в месяц. Никаких поблажек, никаких устных договоренностей.
Дима прочитал текст объявления, усмехнулся:
— Как в бизнесе.
— Так и есть, — кивнула Лара. — Доброта — это хорошо. Но не за мой счет.
Позвонила тетя Вера. Спросила, не сдает ли Лара квартиру — у ее племянника как раз поиск.
— Молодой человек, работает на заводе инженером, — говорила соседка. — Порядочный, непьющий. Я за него ручаюсь.
— Хорошо, тетя Вера. Дайте его телефон.
Лара записала номер. В субботу приехал парень — высокий, аккуратный, с документами и рекомендациями. Посмотрел квартиру, согласился на все условия. Подписали договор, внес залог.
— Спасибо, — сказал он на прощание. — Я аккуратный. Обещаю.
Лара улыбнулась:
— Я проверю.
Вечером они с Димой сидели дома. Лара листала договор найма, Дима смотрел новости.
— Все правильно сделала, — сказал он вдруг.
Лара подняла глаза:
— Правда думаешь?
— Правда. Мы помогли Лерке, а она этим воспользовалась. Ты защитила свое. Это нормально.
— А как же родственники? Твоя мать обижена.
— Мать успокоится. А Лерка... надеюсь, она поняла урок.
Лара кивнула. Надеялась тоже. Но не особо верила.
Телефон зазвонил. Незнакомый номер. Лара взяла трубку:
— Алло?
— Здравствуйте, это насчет квартиры. Объявление видела. Можно посмотреть?
— Квартира уже сдана, извините.
— А жаль. Хорошие условия были.
Лара отключилась. Дима посмотрел на нее:
— Еще звонят?
— Да. Но уже поздно.
— Значит, объявление хорошее составила.
— Просто честное.
Лара отложила телефон. Квартира сдана. Новый жилец платежеспособный, с рекомендациями. Все по-честному, все официально.
А Лера пусть учится жить самостоятельно. Без поблажек, без «авось прокатит». Может, тогда поймет, что такое ответственность.
Дима обнял жену за плечи:
— Не переживай. Все правильно.
Лара прислонилась к нему. Устала. Но спокойна. Она отстояла свое. Свою квартиру, свои границы, свое право решать.
Пусть Полина Вячеславовна считает ее жестокой. Пусть Лера обижается. Это ее квартира. Ее правила. И она больше не собирается идти на уступки из-за того, что «родственники».
Родственники — это не индульгенция. Не право делать что хочешь. Это тоже отношения, где есть уважение и границы.
И Лара эти границы защитила.
Но Лара и представить не могла, что через три недели именно эти границы, которые она так отчаянно защищала, станут причиной звонка в половине второго ночи. Голос Димы дрожал: "Лар, ты должна это услышать..."
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...