FORTEPIANO И рука, приделанная к фортепиано, постепенно отделывается от тела,
точно под занавес овладела состоянием более крупным или
безразличным…
«Томас Транстремер за роялем», Иосиф Бродский *** Эолийская* тьма, скользящая из рояля,
словно а́спидная змея, все никак не замкнет,
в перламутровых водах клавиш резво плескаясь,
уробо́роса* круг, укусивши себя за хвост.
Крик и шепот, визги и стоны, смех и рыдания
(обертоновое сияние северных нот) –
миллион голосов, заключенных под крышкой рояля
(струны – злато алхимиков, прииска звездный мед),
черно-белая полоса падений и взлетов,
тишина ауфтакта*, шубертовских длиннот*,
недописанных композиций и эпизодов
неозвученных, подведенных под эшафот.
Неподкупное время губит талант и тело,
но тебя, наоборот, наделяет своей ценой,
твои клавиши помнят меня лихорадочно смелой,
но теперь нас с тобой разделяет чужой покой,
необъятное чувство усталости, неумелое
собиранье кристаллов музыки по углам,
незвучащее, пустое, закостенелое –
я не вер