Стыд быть женщиной - как подавляется женственность
Женщина чувствует своё тело, чувствует желание быть красивой, желанной, живой, но тут же глушит это внутри, убирает яркость, прячет притягательность, делает себя нейтральной. Не потому что не хочет быть женщиной, а потому что стыд научил её простому правилу: проявлять женственность опасно, это значит быть доступной и виноватой.
Ей было девять лет, когда она начала двигаться плавно и грациозно, бабушка одёрнула: не крутись, ведёшь себя как танцовщица. Девочка замерла и запомнила, что быть женственной стыдно. Ей было шестнадцать, когда она надела яркое платье и почувствовала себя красивой, одноклассники засмеялись: куда вырядилась, за кем охотишься? Она вернулась домой и больше не надевала ничего яркого. Ей было двадцать пять, когда мужчина сказал, что она слишком чувственная, слишком притягивающая внимание, и она поняла: проявлять женственность означает быть осуждённой.
Стыд за собственную женскую природу оседает в области таза, бёдер и низа живота как оцепенение, которое невозможно растопить желанием. Бёдра зажимаются автоматически, движения становятся угловатыми и резкими вместо плавных, походка теряет мягкость и превращается в маршировку.
Когда женщина стыдится своей женственности, её тело буквально отказывается быть женским: талия исчезает под напряжением, грудь прячется, голос становится жёстким, жесты сухими.
Подавленная женственность видна телом: женщина двигается как солдат, сидит с зажатыми коленями, носит одежду без форм, избегает украшений и яркости, её голос звучит строго даже когда она говорит о чём-то приятном. Это не выбор стиля, это защита от стыда быть слишком женственной, слишком привлекательной, слишком живой.
Эту проблему нельзя решить сменой гардероба или курсами женственности. Потому что пока внутри сидит стыд за саму суть быть женщиной, тело будет подавлять любые проявления мягкости, чувственности и притягательности снова и снова. Вернуть себе право быть женщиной можно только одним способом: позволить себе быть уязвимой со своим стыдом. Это значит признать вслух, что годами женщина убивала в себе женственность, что её тело научилось быть жёстким, чтобы не быть обвинённой в том, что оно слишком живое.
Неспособность женщины проявлять женственность это не про характер или предпочтения, это история о том, как её с детства наказывали за любое проявление чувственности и мягкости. Но эту защиту можно снять, когда женщина даёт себе разрешение быть женщиной полностью, с телом, которое движется плавно, с желанием быть красивой, с правом чувствовать удовольствие от собственной живости.
Если откликнулось сохрани.
Здесь я пишу про тело, эмоции и то, что никто не говорит вслух.
