Дачный сезон в нашей стране - это не просто время года. Это, если хотите, национальная религия, культ, требующий регулярных жертвоприношений. И чаще всего в роли жертвенного агнца выступает зять, у которого есть машина, две руки и, к несчастью, совесть.
Моей теще, Нине Петровне, шестьдесят пять лет. Она женщина старой закалки, педагог с сорокалетним стажем, которая привыкла, что ее слово - закон, а возражения - это признак невоспитанности и дурного тона. Мы с женой, Мариной, живем отдельно, работаем много, ипотеку платим исправно. Я работаю ведущим разработчиком в IT-сфере, жена - аудитор. Наш график - это часто работа по 10-12 часов, включая выходные, когда нужно закрывать проекты.
Отношения с тещей у нас были ровные. До того самого воскресного обеда, когда на столе появилась банка соленых огурцов, ставшая яблоком раздора.
Она меня подкармливала
Мы приехали к родителям жены на семейный обед. Стол ломился: пироги, салаты, картошечка с укропом и, конечно, они - соленья. Нина Петровна действительно делает божественные огурцы. Хрустящие, с чесночком, в меру острые. Я съел один, похвалил. Съел второй.
-Вкусно? - прищурившись, спросила теща.
-Очень, Нина Петровна. У вас золотые руки, - искренне ответил я.
Она довольно улыбнулась, подложила мне еще и как бы невзначай произнесла фразу, от которой у меня кусок застрял в горле:
-Вот и славно. Значит, в следующие выходные жду тебя, Сережа. Надо шесть соток под картошку перекопать. А то отец совсем спиной мучается, а ты молодой, здоровый. Огурчики-то любишь трескать, значит, и поработать надо. Ты мне обязан помочь, раз запасы мои уничтожаешь.
В комнате повисла тишина. Мой тесть, Виктор Иванович, уткнулся в тарелку. Жена напряглась.
Я медленно прожевал огурец. Слово "обязан" резануло слух.
-Нина Петровна, - начал я спокойно. - Я в следующие выходные не могу. У нас релиз проекта, я буду работать из дома, скорее всего, и в субботу, и в воскресенье.
-Какой релиз? - всплеснула она руками. - За компьютером сидеть? Это не работа, а баловство. Глаза портить. А тут свежий воздух, физический труд! Полезно! И вообще, как тебе не стыдно отказывать? Я для вас стараюсь, спину гну, закатываю, а ты...
Тут я понял нечистое
Я понял, что обычные отговорки не сработают. Нина Петровна из тех людей, для которых труд - это только когда ты вспотел, испачкался и устал до полусмерти. Интеллектуальный труд для нее - абстракция.
-Давайте так, - сказал я, отодвигая тарелку. - Вы сказали, что я обязан копать, потому что ем ваши соленья. То есть, мы переводим наши отношения в рыночную плоскость: товар (огурцы) в обмен на услугу (вскапывание огорода). Верно?
-Ну... можно и так сказать, - растерялась она. - Совесть-то надо иметь.
-Отлично. Давайте посчитаем. Марина, дай калькулятор.
Я достал телефон.
-Нина Петровна, сколько стоит такая банка огурцов в магазине? Хороших, фермерских?
-Ну, рублей триста, наверное. А мои - бесценные! Там душа!
-Допустим, 350 рублей за банку. За зиму мы с Мариной съедаем, ну пусть, банок десять. Итого: 3500 рублей. Это стоимость потребляемого мной "продукта".
Теща смотрела на меня как на сумасшедшего, но молчала.
-Теперь посчитаем стоимость моего труда, - продолжил я. - Чтобы перекопать шесть соток лопатой (а культиватора у вас нет, вы его не признаете), мне, непривычному к такому труду человеку, нужно два полных дня. С утра до вечера. Плюс дорога туда-обратно, бензин, амортизация машины. Итого два дня.
Моя зарплата в месяц составляет N рублей (я назвал сумму, которую они примерно знали, но старались не озвучивать). В месяце в среднем 22 рабочих дня. Значит, один мой рабочий день стоит около 7 500 рублей. Если я трачу выходной на огород, я теряю возможность либо заработать эти деньги (взяв подработку), либо отдохнуть, чтобы эффективно работать в понедельник.
Я показал ей экран калькулятора.
-Смотрите. Два дня моей работы стоят 15 000 рублей. Плюс бензин - еще 1000. Итого, поездка к вам на "картошку" обходится моему бюджету в 16 000 рублей. Вы предлагаете мне обменять ресурс стоимостью 16 000 рублей на огурцы стоимостью 3500 рублей. С точки зрения экономики, это крайне невыгодная сделка. Убыток составляет 12 500 рублей.
-Ты... ты деньгами все меряешь?! - задохнулась от возмущения теща. - Родной матери счет выставил?!
-Нет, Нина Петровна. Это вы выставили мне счет. Вы сказали "обязан, раз ешь". Я лишь свел дебет с кредитом. Если вопрос в том, чтобы помочь вам с картошкой, я готов оплатить наемного рабочего. Местные мужики с трактором вспашут вам эти шесть соток за 3-5 тысяч рублей. Я дам вам 5 тысяч. И мы будем в расчете: огород вскопан, я не сорвал спину и заработал свои деньги, а вы получили помощь.
-Не нужны мне твои подачки! - Нина Петровна встала из-за стола, бросив салфетку. - Чужой человек сделает плохо! А тут свое, родное... Тьфу! Пошли, Витя, нечего слушать этого капиталиста.
Обед был окончен. Мы уехали. Теща не разговаривала со мной месяц. Но самое интересное произошло потом.
Что было дальше
Через неделю я, как и обещал, перевел тестю на карту 5000 рублей с пометкой "На вспашку огорода". Виктор Иванович, человек практичный и уставший от грядок, деньги принял. Он нанял соседа с мотоблоком, который за два часа превратил их поле в пух.
Нина Петровна сначала ворчала, что "не так вскопали", "души нет". Но потом, когда пришло время сажать, она признала, что земля мягкая, и спина у отца не болит.
Огурцы нам больше не передавали. Принципиально.
-Раз ты такой богатый, покупай в магазине! - заявила она. Мы и покупаем. Или берем у моей мамы, которая давно засадила дачу газоном и сажает три куста огурцов "для салата".
Сейчас наши отношения с тещей перешли в стадию "холодного мира". Она больше не просит меня копать, но и не угощает своими "золотыми" запасами. Я считаю это победой. Я сохранил свою спину, свои выходные и, главное, чувство собственного достоинства. А огурцы... В конце концов, в "Пятерочке" они тоже неплохие, и продаются без морализаторства в нагрузку.