А чтобы помолиться, побыть в редкие свободные минуты наедине с Богом и своей совестью, приходилось уходить далеко в лес. Такова уж жизнь тех, кто ещё в начале подвига – не иметь своего личного места для молитвы, и это, как показывает практика – самое ужасное испытание для тонких душ.
Когда будущий старец Анатолий Оптинский Старший работал на кухне, то не оставалось времени даже на сон, да и спать приходилось на дровах. А чтобы помолиться, побыть в редкие свободные минуты наедине с Богом и своей совестью, приходилось уходить далеко в лес. Такова уж жизнь тех, кто ещё в начале подвига – не иметь своего личного места для молитвы, и это, как показывает практика – самое ужасное испытание для тонких душ.
