На дворе был 1961 год страна только оправилась от войны, строились дома, школы, больницы. Елена Сергеевна надела белый халат, через пять минут начнётся приём, больные в коридоре занимали очередь к врачу-терапевту.
Непростой была судьба у девушки Лены. Родители умерли в сороковом, за один год оба, старшая сестра от горя потеряла рассудок, её поместили в специальную больницу. Оставшись одна, Лена долго думала, что же ей теперь делать? Решила так: «Буду поступать в медицинский, давно хотела». Лечить людей была её детская мечта. Девушка подала документы в Днепропетровский медицинский институт, а так как боялась крови, решила стать терапевтом. Обучение давалось легко, хорошая память, энергия молодости, большая работоспособность.
В сорок первом, когда началась война, Елена одной из первых пришла в наспех оборудованный госпиталь. Она много раз падала в обморок при виде повреждённых конечностей раненых, сжалились над ней, поручили ставить уколы.
Раненых привозили всё больше и больше, многих везли вместе с оружием, хотя не все бы с ним справились. Медсёстры, санитарки, врачи не спали сутками. Хирург уснул стоя прямо за операционным столом.
В конце августа в город вошли немцы. Разозлённые яростной обороной бойцов Красной армии, они никого не жалели. Раненых, тех, кто не мог ходить, укладывали штабелем в кузова грузовиков, остальных куда-то увели, госпиталь опустел, но ненадолго. Немцы стали везти своих калек, приехали и немецкие доктора. Весь русский медперсонал оставили работать на благо великой Германии, но с одним условием, что случись чего, пострадают их родственники. Елена делал перевязки, ставила уколы, готовила инструменты к операциям. Ненависть к врагу полностью выгнала из неё страх перед кровью.
Немецкий хирург по фамилии Штраух обратил внимание на юную медсестру. Стал дарить ей подарки. То платье красивое, то конфеты, надо отдать ему должное, насилия с его стороны не было. Через пару месяцев Лена ассистировала ему на операциях. Немцу это нравилось, нравилось потому, что он как бы был учителем для русской фрау. Лена быстро выучила немецкий язык, ведь в госпитале только на нём и разговаривали. В ноябре того же года Лену попросили сесть в машину, нужно было осмотреть раненого немецкого офицера. Воспользовавшись тем, что ей доверяли и отвлеклись, девушка сбежала.
Три дня она просидела в подвале трёх этажного дома, где жила её подруга, такая же, как и она медсестра. Та приносила ей еду, воду. В городе часто проводились облавы, дважды немецкие солдаты спускались в убежище девушки, она пряталась в узком лазе, который был почти завален битым кирпичом. Как-то подруга ей рассказала, что в местных лесах есть партизаны. Лена приняла решение их искать. Подруга помогла ей с вещами, продуктами на дорогу и Лена пошла в лес, совершенно не зная, что её там ждёт.
Зимы в этих краях морозом не отличались, но только не в этот год. Лена мёрзла в лесу, боясь развести костёр, чтобы хоть немного согреться. Совсем обессилев, девушка привалилась спиной к толстой сосне и закрыла глаза, она слышала, что замёрзнуть это лёгкая смерть.
Сквозь дремоту, Лена почувствовала, что её толкают в плечо. «Медведь пришёл, хоть кому-то на пользу буду» - подумала Лена, но услышала человеческую речь. «Мёртвая?» - спросил кто-то. «Жива» - ответили ему. Она чувствовала, что её несут, а ещё чувствовала полное безразличие к своей судьбе.
Очнулась Лена в помещении, в котором пахло хвоёй и дымом. Открыв глаза, увидела женщину лет семидесяти, та внимательно на неё смотрела.
- Раз глаза открыла, значит, жить будешь, - прошепелявила бабуля, - ты тут смирно лежи, а я до командира.
- А я бежать не могу, - едва смогла ответить ей девушка.
Пришёл мужчина в сером тулупе, на его шапке алела звёздочка.
- Как ты? – спросил он, присев рядом.
- Не знаю, - честно ответила Лена.
- Замёрзла ты сильно, так Авдотьевна говорит, она у нас вместо врача. Сама-то кто будешь?
- Я из Днепропетровска, от немцев сбежала. Работала в госпитале.
- Немцев лечила?
- Лечила.
- Поправляйся, потом поговорим по сути.
Прошло три дня, Лена вышла на улицу, белый снег её ослепил, а свежий воздух заставил кружиться голову. Мимо проходили люди с оружием, они с интересом рассматривали девушку, один парень даже подмигнул ей. Ничего не понимая в происходящем, Лена крутила головой ища хоть какую-то подсказку на вопрос, где она? К ней подошёл тот же мужчина в сером тулупе.
- Не рано встала? – спросил он.
- Не рано. Движение для больного лучшее лекарство. Где я?
- Ты в партизанском отряде «Красная звезда», я его командир. Зовут меня Пётр Петрович. Расскажи о себе.
Пётр Петрович помог девушке дойти до наспех сколоченной лавочки, скинув с неё снег, предложил присесть. Лена рассказала о себе всё без утайки. Пётр Петрович её внимательно выслушал.
- Так решим, - подвёл он итог беседы, - пока лечись, а там посмотрим, что с тобой делать.
Прошло ещё три дня, Лена помогала Авдотьевне поить раненых отварами из трав, лекарств почти не было. Как-то вечером в отряд вернулась группа разведчиков, они принесли мальчишку лет четырнадцати.
- Это мой брат, больше у меня родни нет, - говорил Лене партизан с красным околышком на шапке, по его щекам текли слёзы, - вылечишь, на руках носить буду! А нет…
- Мне его осмотреть надо, - перебила его Лена.
Мальчик задыхался, рана на его груди кровоточила, может пуля, а может осколок. Нужно резать, но чем, скальпеля в отряде точно нет, да и обезболить бы не мешало. Лена обратилась к Петру Петровичу, тот её заверил, что через несколько минут всё будет. Один из партизан принёс нож, который был почти до основания сточен и бутыль с самогоном.
- Это всё что у нас есть, - извинился партизан, - ах да, вот три коптилки, вам света много надо будет.
Операция прошла успешно. Остро отточенное лезвие, знал кто-то в отряде толк в этом, легко резало плоть. Лене удалось сделать надрез в правильном месте и вынуть осколок из лёгкого. Перевязку мальчику делала Авдотьевна, было видно, что она поднаторела в этом деле. Лена вышла на улицу, села на скамейку, руки тряслись от волнения.
- Как он? – с тревогой спросил партизан, старший брат мальчика.
- Всё хорошо. Живой, - устало ответила Лена.
- Елена Сергеевна, я обещал!
Партизан подхватил Лену на руки и сделал круг по партизанскому лагерю. С той поры, даже совсем взрослые партизаны называли девушку только по имени отчеству, и исключительно на «Вы», командир отряда в том числе.
- Елена Сергеевна, если Вас кто-то в отряде обидит, вы мне скажите, - попросил её брат мальчика, - я сделаю так, что…
Далее следовал красочный рассказ о том, что обидевший доктора человек будет испытывать проблемы с физиологическими потребностями. Елена Сергеевна улыбалась, ей льстило такое внимание к своей персоне.
Елена Сергеевна проверила медицинский шкаф, новая лаборантка часто забывала принести чистые пробирки для забора крови, спирт, а так же физраствор. Всё было на месте, можно было начинать приём. Первой была бабуля, жаловалась на боль в локтевом суставе правой руки.
- Ранения, травмы были? – спросила её Елена Сергеевна.
- А то как же, войну пережила. Вот в этот локоть меня камнем и ударило, бомбёжка сильная была, это после войны меня сюда дети привезли.
- Мажьте этим, - Елена Сергеевна выписала рецепт.
- А поможет? – недоверчиво спросила старушка.
- Поможет, - заверила её Елена Сергеевна, хотя знала что при таком переломе, когда кости как сухари в мелкие части превратились, а потом срослись, помочь уже нечем.
Прошёл год в партизанском отряде, который уже два раза менял место дислокации. Немцы начали активные действия в отношении партизан, сил и средств на это не жалели. Группы уходили на задания, возвращались с потерями, раненый нёс раненого. Лена делала всё что могла, но очень не хватало перевязочного материала, инструментов для проведения операций, медикаментов.
Однажды утром в отряд вернулась группа партизан, их лица сияли. Почти в торжественной обстановке Лене вручили четыре кофра.
- Что там? – спросила та.
- А Вы, Елена Сергеевна, посмотрите, - сказал один из партизан, он предчувствовал хвальбу.
Елена открыла один из кофров, там были таблетки, ампулы. Во втором медицинские инструменты и прочее.
- Это где же вы такое счастье добыли?! – спросила Лена, понимая, что теперь можно спасти много партизан.
- Мы четыре дня медицинскую машину ждали, и вот!
- Спасибо, ребята! – поблагодарила их Елена.
В июне сорок второго группа партизан ушла в село, там приготовили для отряда продукты. Ушла и не вернулась. Через четыре дня связной принёс новость, что партизаны ранены, находятся в хате бабки Тимофеевны. Командир собрал группу, Лена должна была идти с ними. Собрав сумку, девушка была готова к выходу.
- На рожон не лезь, если что, беги без оглядки! – инструктировал её командир отряда, протягивая ей наган.
- Хорошо, я так и сделаю.
Рано утром подошли к селу, партизаны знали, где находится хата бабки Тимофеевны. Прошли к ней огородами, а тут стрельба! «Бабу не троньте! Кто убьёт, с живого шкуру сниму!» - послышался голос с вражеской стороны. Партизан перебили, а Лену взяли в плен, со страху она даже ни одного выстрела не сделала.
Девушку привели в хату, где старуха ставила чугунок в печь, девочка лет пяти заплетала косички, мирное дело, но Лена знала, что всё не так.
- Садись, - бородатый полицай показал ей на табурет за столом.
- Что с партизанами на помощь, которым я шла?
- Повесили вчера. Мы тебя на них как на блесну ловили. Ты, я слышал, доктор хороший. Наш начальник, а он есть мой брат, болен. Вылечишь – отпущу. Помрёт, виселица тебе раем покажется. Поняла?
- Поняла.
Такой разговор Лена уже слышала, только в партизанском отряде.
- Соврёшь! Не отпустишь! – Лена плюнула в лицо полицая.
Тот утёрся, но психовать не стал.
- Я своё слово всегда держу! Иди, смотри, а пока здесь поживёшь.
В дальней комнате на кровати лежал обнажённый мужчина, его тело было мокрым от пота. Иногда он делал рывки, пытался подняться, но один из полицаев прижимал его плечи к матрасу.
- Что и когда с ним случилось? – спросила Лена, проверяя пульс у больного.
- Два дня назад. Свалился с лошади и в реку, так вода тёплая, не простыл же? – спросил бородач.
- Голову его поднимите, - попросила Лена.
Ей помогли, придержали на весу голову старшего полицая.
- Ударился он головой, вот гематома, сотрясение у него, - сделала Лена заключение,
- Помрёт? – спросил брат полицая.
- В последнее время меня об этом часто спрашивают, - заметила Лена.
- Кто? – насторожился бородач.
- Сейчас неважно. Чаю ему нужно горячего, крепкого, но не травяного. Найдёшь?
- Найду.
Три дня Лена наблюдала за больным. Хорошо запомнила татуировку выше левого соска. Профили Ленина и Сталина были, как художником нарисованы. А ещё была татуировка на верхней части ступни правой ноги, какие-то знаки и крест.
- Что это означает? – спросила Лена полицая, который назвался Митяем.
- Не знаю, брат не говорил, - пожал тот плечами.
На четвёртый день старший полицай встал с кровати, вышел на улицу, умылся в бочке с дождевой водой.
- Митька! Ты где? – крикнул он.
- Иду, братко.
- Куда ходил?
- Так докторшу партизанскую провожал. Она тебя чуть ли не с неделю лечила, и вот ты на ногах…
Удар кулаком начальника полицаев сбил Митьку с ног.
- Она здесь на воротах висеть должна, чтобы я радовался, от того моё выздоровление быстрей пойдёт!
- Прости, но я обещал отпустить её, если ты поправишься.
- Догнать! Су…ы дети!
Лену тогда никто не догнал, она вернулась в отряд, где рассказала командиру, всё что произошло.
Кончилась война, в сорок шестом Лену демобилизовали. Она восстановилась в институте, продолжила учёбу. Летом пятидесятого Елену, после окончания института, распределили в Новосибирскую область, в город Барабинск, там как раз открывали новую поликлинику и больницу. Медперсонал был весь новый, можно сказать со всей страны собирали, люди долго друг к другу присматривались, но сработались. Лена сначала была дежурным терапевтом, а потом стала вести приём.
Шло мирное время, из памяти людей стали пропадать страшные воспоминания о войне, спать стали крепче. Однажды на приём к Елене Сергеевне пришёл мужчина. Он сел на стул предназначенный для посетителей и они минут пять молчали глядя друг на друга. Елене Сергеевне мужчина понравился. Волевой, взгляд до пяток пробирает. Влюбилась! В ходе беседы терапевт выяснила, что пришедший работает в милиции, начальник уголовного розыска, а это вам ни хухры-мухры!
Отношения с Игорем Владимировичем, так звали начальника районного уголовного розыска, продолжились. Елена Сергеевна несколько раз встречалась с ним в парке, они разговаривали о прожитом, хотя чувствовалось, что никто не хочет говорить о сокровенном. Первой решилась Елена.
- Родители умерли до войны, сестра в спецбольницу попала.
- Давайте я узнаю, что с ней. Запишу данные, - выразил готовность помочь Игорь Владимирович.
- Я проверяла после войны, погибла она.
- А мои в оккупации сгинули, - Игорь Владимирович отвернулся.
- Семья?
- Да. Жена, трое детей.
- Счастливы были?
- Конечно. Я детей очень люблю. Жена ворчала на меня, что я их балую, а я ничего с собой сделать не мог.
Ноги Елены Сергеевной подкосились. Она-то знала, что детей иметь не может, а значит, разочарует Игоря Владимировича. Для себя решила: «Хватит романтики!».
Прошло полгода, отношения между Еленой Сергеевной и Игорем Владимировичем не ладились. Нет, он звонил, просил о встречи, а она всё время отказывала, ссылаясь на занятость. Как сказать мужчине, который любит детей, что его женщина бесплодная?
Однажды, когда приём уже закончился, в кабинет Елены Сергеевны вошла взволнованная женщина.
- Доктор, помогите, муж помирает! – сказала она, захлёбываясь слезами.
- А что с ним случилось, почему не пришёл?
- Не знаю что случилось, а ходить он второй день не может! Помогите! Тут на соседней улице, недалеко.
Елена Сергеевна взяла небольшой чемоданчик, в котором находилось всё, что могло экстренно помочь больному.
- Ведите, - приказала она женщине.
Деревянный барак в два этажа выглядел заброшенным, если бы не весящее во дворе постельное бельё и прочие вещи, которые указывали, что люди здесь всё же живут. Женщина провела Елену Сергеевну по шаткой деревянной лестнице на второй этаж, открыла дверь ключом.
- Проходите, доктор, туда, - она показала рукой на вход в комнату.
- А Вы как себя чувствуете? – спросила Елена Сергеевна, понимая, что может быть что-то заразное у заболевшего.
- Я хорошо, каждое утро в магазин хожу. Муж молоко любит, а тут и от него отказался.
Пройдя в указанную комнату, Елена Сергеевна увидела лежащего на кровати мужчину, тот едва дышал.
- Что с Вами, вы можете говорить? – спросила больного Елена Сергеевна.
Мужчина не ответил, ей показалось, что он без сознания, но зрачки двигались, а, значит, слышит. Реагирует на звук. Что-то в лице этого больного показалось Елене Сергеевне знакомым, но не до рассматривания было. Попросила жену откинуть одеяло и вот оно: два профиля Ленина и Сталина над левым соском. Сердце бешено заколотилось. Пытаясь сохранить спокойствие, Елена Сергеевна попросила супругу больного показать ноги, мол есть подозрение на оспу. Так и есть, тот самый крест и символы на правой ноге. Проверила пульс, в норме. Подняла веки, глаза ей ни о чём не сказали, с виду человек здоров. Поставила два укола витаминов, предупредила женщину, что как только её мужу станет лучше срочно надо идти к ней. Неотложку вызывать не стала, заподозрила симуляцию.
Через неделю состоялся визит того больного. Приём уже закончился, он был последним. Усевшись по-хозяйски на стул, бывший полицай, забросил ногу на ногу.
- Узнала? – спросил он.
- Узнала.
- Митька тебя тот раз зря отпустил, я бы повесил.
- Так ведь жизнь тебе спасла. Сейчас что хочешь?
- Ты же молчать не будешь?
- Нет.
- Я так и знал! Вот ведь свела судьба.
- Я так понимаю, что в живых ты меня не оставишь?
- Нет, конечно.
- Тогда я позвоню старшему терапевту, у меня под наблюдением тяжёлый больной. Пусть примет.
- Звони. Что-то доброе напоследок сделаешь.
Елена Сергеевна набрала номер служебного телефона Игоря Владимировича, попросила пригласить его к телефону, пока ждала, думала, что сердце выпрыгнет из груди и этому упырю ничего делать не надо будет.
- Слушаю, - раздался в трубке знакомый голос.
- Игорь Владимирович, у меня в тринадцатой (это был номер кабинета Елены Сергеевны) палате пациент, его надо дополнительно осмотреть. Я не могу отойти, пришёл больной, потребуется много времени. Вы поторопитесь, я обещала ему осмотр к трём часам. Не хорошо человека обманывать.
- Хорошо. Мы с лечащим врачом сейчас выходим, - ответили Елене Сергеевне на том конце трубки.
- Добрая ты. Всем помогаешь. Лечишь. А зачем?!
- А твой брат, зачем тебя спас, когда меня выкрал, убил партизан?
- То родная кровь! Не путай.
- А мне кровь каждого советского человека родная!
- Это не то.
- То! За каждого я билась, пытаясь вернуть к жизни, а знаешь почему? Чтобы, таких как ты на земле меньше было!
- Меньше стало?
- А ты в газетах не видел фотографии повешенных полицаев?
- Видел, поэтому в Сибирь и уехал, думал тут не найдут, и вот здрасти, ты.
Бывший полицай встал, достал из кармана нож, стал приближаться к Елене Сергеевне, та отошла в сторону, оперевшись спиной о медицинский шкаф. Открыв его одной рукой, достала склянку с физраствором.
- Знаешь что это такое? – спросила она полицая.
- Нет. Просвети.
- Соляная кислота, при попадании на кожу вызывает сильные ожоги, без глаз останешься! – предупредила Елена Сергеевна.
- Мне всё равно не жить, а в гроб с глазами или без положат какая разница. Давай быстро управимся и я уйду.
- Давай.
Елена Сергеевна плеснула на лицо предателя безобидный раствор. К её большому удивлению, тот скривился от боли, но всего на минуту. Выпрямившись, он нанёс ей удар ножом в грудь. Свет в глазах Елены медленно потухал.
Глаза не хотели открываться, Елена думала, что увидит что-то ужасное. Решилась, открыла. На табурете рядом с её койкой сидел Игорь Владимирович.
- Здравствуй, - поздоровался он, улыбнувшись.
- Здравствуй, - ответила Елена, - как ты догадался, что нужно срочно ехать ко мне и куда идти?
- Так ты мне на работу ни разу не звонила, а тут столько информации. И ты забыла, где я работаю. Ты почему о нём мне не сказала?
- Не уверена была. Где он?
- В камере, с ним следователь работает. Рассказал, как ты себя вела. Молодец, не каждый мужчина так сможет.
- Когда увидимся? - спросила Елена Сергеевна.
- Я спрашивал, тебя к девятому маю выпишут. Давай в парке.
- Договорились.
Парк благоухал. Цветов у ветеранов было так много, что они перебивали любой запах. Игорь Владимирович шёл по аллеи, ища глазами Елену, а та стояла в стороне, видя его поиски, но молчала. Наконец он её увидел, но не узнал. Красивая причёска это полбеды, а вот ордена и медали на её груди сбили его с мысли.
- Всё твоё?! – спросил Игорь Владимирович.
- Нет, я чужое надела, - Елена Сергеевна улыбнулась.
- Лена, выходи за меня замуж! – сделал предложение Игорь Владимирович.
- Выйду, Игорь.
Игорь Владимирович и Елена Сергеевна прожили долгую совместную жизнь. Усыновили двух мальчиков-близнецов, вырастили и воспитали их. Один пошёл в милицию, второй стал военным лётчиком. Шумно было в квартире людей, которые прошли войну, трое внуков спасу не давали, но старикам это было в радость.