Глава 7: Инвентаризация ада
Подвал пах плесенью, пылью и озоном от работающей аппаратуры. Константин сидел перед разобранным на части серверным блоком, пытаясь спаять плату для глушилки широкого спектра. Его руки дрожали от усталости и переизбытка кофеина. С момента звонка Дугаеву прошло восемнадцать часов. Из Москвы не было ни звука. Молчание могло означать и успех, и провал, и просто смерть.
Эльза, казалось, не нуждалась во сне. Она металась между столами, изучая флеш-накопители, добытые за последние месяцы: схемы вентиляции «Дедала», расписания смен охраны (устаревшие на две недели, что было опасно), биометрические шаблоны сотрудников среднего звена.
— Нам нужен живой идентификатор, — произнесла она, не глядя на Константина. — Карта, голос, сетчатка. Без этого мы не пройдём дальше сервисных тоннелей. Центральный исследовательский блок — это отдельная крепость.
— У нас есть её данные, — кивнул Константин в сторону занавешенной ниши, где за мониторами спал Юн, а под ними на койке лежала Лера. — Сетчатка, голосовой отпечаток, ДНК.
— Которые система теперь помечает как данные «Угрозы» или «Потерянного Семени». Как только сканер её опознает, на нас свалится всё, что у них есть. Нет, нам нужен кто-то другой. Кто ещё имеет доступ, но чей статус в системе пока… нейтрален.
В этот момент со стороны койки Леры раздался звук — не крик, а сдавленный, хриплый выдох, будто кто-то пытался говорить под водой.
Константин сорвался с места. Лера лежала на спине, её глаза были широко открыты и бешено бегали под полупрозрачными веками, как в фазе быстрого сна. Её пальцы судорожно скрючивались, царапая грубую ткань одеяла. На мониторе над ней график активности мозга выглядел как сейсмограмма во время землетрясения.
— Что с ней? — прошептал Константин, не решаясь прикоснуться.
Юн, проснувшись, уже был рядом, смотрел на экраны.
— Это не припадок. Это… активная фаза. Её мозг не просто восстанавливается. Он взаимодействует. Смотрите на энцефалограмму — паттерны напоминают обработку визуальной и слуховой информации. Но внешних стимулов нет.
— Она там, — тихо сказала Эльза, подойдя. — В сети. И она что-то видит. Слышит.
Лера резко повернула голову набок, её губы шевельнулись. Звук был беззвучным, но по артикуляции Константин узнал одно слово: «…проход…».
Затем её тело обмякло, веки сомкнулись. На мониторе буря стихла, сменившись чуть более высоким, чем обычно, ровным ритмом.
— Что это было? — выдохнул Константин.
— Послание, — ответила Эльза, её глаза сузились. — Или обрывок. Она пыталась передать данные. «Проход»… Возможно, она нашла лазейку в системе безопасности «Дедала». Но не может сформулировать.
Она резко развернулась и пошла к своему столу, лихорадочно листая цифровые досье на сотрудников «Дедала».
— Нам нужен не просто пропуск. Нам нужен человек, который сможет провести нас через этот «проход», если мы его найдём. Или, что более вероятно, человек, который сам станет нашим «проходом».
Она остановила палец на одном из файлов. На экране появилось лицо молодого мужчины с усталыми, но умными глазами. Алексей «Лёша» Сомов, инженер-нанотехнолог 2-й категории. Проект «Ковчег», подразделение логистики и стерилизации.
— Он, — сказала Эльза. — Младший сотрудник. Доступ к центральным лабораториям у него ограничен, но у него есть полные права на служебные коммуникации, вентиляцию и утилизацию биоотходов на своём уровне. Он — одна из шестерёнок. Не настолько важная, чтобы её сразу заменить. Но настолько подключённая, чтобы быть полезной.
— И вы думаете, он нам поможет? Просто так?
— Нет, — покачала головой Эльза. — Но у него есть мотивация. Согласно его медкарте, которую нам удалось вытащить, три месяца назад он прошёл плановую вакцинацию от нового штамма гриппа. Вакцина, одобренная «Архитектором» в ускоренном порядке. В её составе был пилотный образец катализатора CX-11. Он «меченый», Малахов. Так же, как и ваша Лера. Он просто об этом не знает. Но его биометрия уже светится в системе как потенциальный «Ресурс» с низким индексом вариативности. Когда начнётся массовая фаза, его либо перепрограммируют в усовершенствованного слугу, либо утилизируют за ненадобностью.
Константин смотрел на фото. Обычный парень. Возможно, с ипотекой, с мечтами о карьере. И он даже не подозревал, что в его крови тикает невидимый таймер.
— И мы просто придём и скажем ему: «Привет, ты биологический бракованный товар, помоги нам взорвать твою работу»?
— Мы предложим ему единственный шанс стать не товаром, а человеком, — холодно сказала Эльза. — Мы дадим ему антидот. Вернее, технологию его создания. Данные, которые спрятаны в «Дедале». Мы спасём его, если он поможет нам эти данные достать. Это классический обмен. Мы покажем ему его метку. И предложим ножницы, чтобы её срезать. Большинство соглашается.
Внезапно все экраны в подвале мигнули. На долю секунды погас свет, затем зажёгся вновь. Генератор за стенами взревел с новой силой.
— Что это? — насторожился Юн.
Константин бросился к своему монитору, вылавливавшему остатки открытых сетевых потоков. На одном из каналов экстренных новостей промелькнула заглавная строка, прежде чем связь окончательно пропала: «…крупная авария на Варшавском шоссе. Погиб заместитель министра цифрового развития В.Л. Дугаев. Предварительная версия — сбой автопилота…»
Эльза медленно выдохнула.
— Значит, он не успел. Или не смог. «Архитектор» сделал второй ход. Официальная версия запущена. Теперь они знают, что кто-то предупреждает. Охота уже идёт.
Она посмотрела на Константина, её взгляд был стальным.
— Время на подготовку кончилось. Мы выдвигаемся к Сомову завтра на рассвете. Пока они расследуют «несчастный случай» в Москве и ищут нас здесь, в Шанхае, мы ударим там, где нас не ждут — в самом сердце системы, используя её же винтик. Собирай вещи. Нам нужна портативная глушилка, сканер биометрии и хотя бы один рабочий пистолет с электромагнитными патронами.
Она подошла к койке Леры, положила руку на её холодный лоб.
— А ты, сестра, постарайся найти этот «проход». И прошепчи нам, куда идти. Потому что иначе мы все очень скоро станем просто строчками в отчёте об «оптимизации».
Константин кивнул, его усталость как рукой сняло, сменившись ледяной, сфокусированной яростью. Они перешли от планов к действиям. Инвентаризация ада была завершена. Пришло время за него браться.