Глава 8: Встреча с винтиком
Район, где жил Алексей Сомов, был воплощением «нового благополучия» — стерильные жилые модули, зелёные зоны с автоматическим поливом, тишина, нарушаемая лишь шумом беспилотных такси. Идеальная клетка для идеальных сотрудников.
Константин и Эльза наблюдали за его модулем из-за тени разбитого рекламного щита. Они были в потёртых комбинезонах службы «Городская экология» — лучшая маскировка в мире, где никто уже не смотрел в лица обслуживающему персоналу.
— Он выходит в 07:45, следует к станции маглева, — монотонно бубнил Константин, сверяясь с планшетом. — Без отклонений 98 дней подряд. Идеальный ресурс.
— Сейчас он перестанет быть идеальным, — сказала Эльза, проверяя компактный сканер в рукаве. — Юн, ты на связи?
В микрофоне тихо щёлкнуло: «Наблюдаю за тыльным выходом. Чисто».
Ровно в 07:45 дверь модуля открылась, и появился Сомов. Он выглядел точь-в-точь как на фото, только ещё более усталым. Он шаркающей походкой направился к тротуару.
— Пошли.
Они вышли из тени, делая вид, что проверяют мусорный контейнер. В нужный момент Эльза «случайно» столкнулась с Сомовым, выронив папку с бессмысленными бумагами.
— Ой, простите, гражданин!
— Ничего… — автоматически пробормотал Сомов, нагибаясь помочь собрать листы.
В этот момент Константин сзади мягко прижал к его шее сканер, замаскированный под коммуникатор. Прибор тихо пискнул, считав биохимический профиль.
— Готово, — прошептал Константин.
Эльза, поднимая последний лист, посмотрела Сомову прямо в глаза.
— Алексей Игоревич. У вас в крови катализатор CX-11. Вы мечены. Вы в списке на утилизацию или перепрограммирование. Хотите доказательства?
Лицо Сомова стало абсолютно бесстрастным. Годы жизни в системе научили его не проявлять эмоций при странностях.
— Вы… из службы безопасности? У меня все допуски в порядке.
— Мы из службы выживания, — тихо сказал Константин. — И у вас есть три минуты, чтобы решить, хотите ли вы её услышать. Или мы уходим, а вы идёте на работу, где через неделю, максимум две, с вами «случится» несчастный случай. Как с Дугаевым в Москве.
Имя подействовало. В глазах Сомова мелькнул страх. Новость об аварии была повсюду.
— Что вам нужно? — выдавил он.
— Доступ. Ваш доступ. И информация, — сказала Эльза. — Взамен мы дадим вам данные, как нейтрализовать маячок в крови и как скрыться.
— Это… измена.
— Это самооборона, — парировал Константин. — Они уже объявили вас расходным материалом. Вы просто соглашаетесь с их оценкой.
Сомов обвёл взглядом пустынную улицу. Он был как шахматная фигура, которую только что поставили на доску, где игра ведётся не на жизнь, а на право называться живым.
— У меня… есть дочь. Ей пять. Она живёт с матерью в другом кластере.
— Тогда тем более, — голос Эльзы смягчился на полтона. — Вы будете ей нужны живым и в своём уме. Не в качестве зомби-администратора или удобрения.
Сомов закрыл глаза, сделал глубокий вдох. Когда открыл, в них было решение.
— Ладно. Что делать?
— Сегодня, в 14:00, у вас по графику проверка системы вентиляции в секторе 7-Г «Дедала», — сказала Эльза. — Вы проводите нас как ремонтную бригаду. Нам нужно попасть в центральный серверный зал вашего этажа. Там есть физический порт для аварийного доступа. Вы отвлекаете охрану на десять минут.
— Это невозможно! Там камеры, сканеры…
— Со сканерами мы разберемся, — показал Константин устройство, похожее на паяльник. — Оно создаёт помехи для биометрических сенсоров старого образца. На десять секунд. Нам хватит. Камеры в этот промежуток будут получать запись из буфера. Петля. Вы должны быть в кадре, делать вид, что работаете.
Сомов медленно кивнул, его разум уже работал, продумывая детали, ища слабые места в собственном плане.
— А что вы будете делать у порта?
— Скачивать то, что даст нам шанс, — ответил Константин. — И искать одну нашу… сотрудницу. Она могла оставить там цифровой след.
— Хорошо, — Сомов выпрямился. — 14:00. Сектор 7-Г. Я буду ждать у поста охраны. Не опаздывайте. Если что-то пойдёт не так…
— Если что-то пойдёт не так, — закончила за него Эльза, — мы все станем очень заняты. Выживанием. До встречи.
Они растворились в утреннем потоке серых комбинезонов, оставив Алексея Сомова стоять на тротуаре с папкой чужих бумаг в руках и с новым, леденящим душу пониманием собственной жизни.
Вернувшись в подвал, они застали Юна возбуждённым. Он тыкал пальцем в экран нейромонитора Леры.
— Смотрите! Паттерны изменились! Последние два часа идут устойчивые, повторяющиеся сигналы! Это не хаос. Это… структура.
На графике вместо беспорядочных всплесков виднелась чёткая, хотя и примитивная, последовательность: длинный импульс, два коротких, пауза, снова длинный.
— Это похоже на двоичный код, — ахнул Константин. — Примитивный, на уровне азбуки Морзе. Длинный — тире, короткий — точка.
Он схватил блокнот и начал записывать:
_ . . _ . . . _ _ . . _ _ . . .
— Расшифровывается как… «П-Р-О-Х-О-Д»… — он оторвался от бумаги, глядя на Эльзу. — Она повторяет одно слово. «Проход».
— Но какой проход? Где? — Эльза нахмурилась.
— Может, это не место, — тихо сказал Юн. — Может, это… состояние? Условие? Проход для чего-то?
Константин снова посмотрел на график. Повторяющаяся последовательность была как маяк. Как крик в эфире. Лера, запертая в цифровом аду, нашла способ передать одну-единственную идею. Ключевую.
— Она говорит нам не где, а что искать, — предположил он. — В «Дедале» есть не просто порт. Есть «проход». Возможно, скрытый интерфейс. Возможно, бэкдор, оставленный теми, кто создавал систему. То, что ведёт прямо к «Архитектору». Или дальше.
Эльза медленно кивнула, в её глазах загорелся азарт охотника.
— Значит, мы идём не просто за данными. Мы идём за ключом. За тем самым «проходом», который она для нас подсветила. И Сомов — наш билет на порог. — Она посмотрела на часы. — Четыре часа на последнюю подготовку. Проверяем оружие, глушилки, носители данных. И молимся, чтобы наша спящая пророчица продолжала шептать. Потому что без её подсказок мы можем пройти мимо двери в собственное спасение.