1. Вначале здесь не было ничего. [Все] это было окутано смертью или голодом, ибо голод — эго смерть. Он [—зовущийся смертью — пожелал]: «Пусть я стану воплощенным» — и сотворил разум. Он двинулся, славословя, и от его славословия родилась вода. «Поистине,— [сказал] он,— когда я славословил, появилась вода. Поэтому природа ее — арка. Поистине, радость приходит к тому, что знает природу воды арка.
2. Поистине, вода — арка. То, что было пеной воды, затвердело, и это стало землей. Он изнурил себя. И от него, изнуренного и воспламененного, возник блеск, его сущность, который есть огонь.
3. Он разделился на три части: треть — солнце, треть — ветер. Он же — и дыхание, разделенное на три части. Восток— его голова, та и другая стороны — передние конечности, запад — хвост, та и другая стороны — бедра, юг и север — бока; небо — его спина, воздух — брюхо, эта [земля] — грудь. Так твердо стоит он в водах. Кто знает это, твердо стоит там, куда он идет.
4. Он пожелал: «Пусть второе тело родится от меня». И разумом он — голод или смерть — произвел сочетание с речью. То, что было семенем, стало годом. До этого не было года. Он растил его столько времени, сколько длится год, и затем выпустил его. Когда он раскрыл рот, чтобы съесть рожденного, тот произнес: бхан (1). И это стало речью.
5. Он подумал: «Если я его убью, у меня будет мало пищи». Тогда той речью и тем телом он сотворил все, что существует здесь: ричи, яджусы, саманы (2), заклинания, жертвоприношения, людей, скот. Все, что он произвел, он решил пожрать. Поистине, он поедает все, поэтому природа смерти — адити. Кто
знает природу смерти — адити, тот становится поедателем всего, что существует, и все становится его пищей.
6. Он пожелал: «Пусть я снова принесу жертву, еще большую». Он стал изнурять себя, он воспламенился подвижничеством. И от него, изнуренного и воспламененного, возникли слава и сила. Поистине, слава и сила — это жизненные дыхания. Когда возникли дыхания, тело стало возрастать. И в
его теле был разум.
7. Он пожелал: «Пусть это [тело] будет пригодно мне для жертвы и пусть я воплощусь с его помощью». Тогда [оно] тало конем; возросши, оно сделалось пригодным для жертвы, поэтому жертвоприношение коня зовется ашвамедха (3). Поистине, кто знает это, тот знает ашвамедху. Оставив его на свободе, он стал думать [о нем] и по истечении года принес его в жертву самому себе, а [других] животных отдал богам. Поэтому и приносят в жертву Праджапати освященного [коня] принадлежащего всем богам. Поистине, ашвамедха — это то, что излучает тепло; его тело — год. Этот огонь — арка; эти миры — его тела. Итак, их двое — жертвенный огонь и жертвоприношение коня. И опять же, они — одно божество: смерть. Тот, [кто знает это], побеждает вторичную смерть, смерть не настигает его, смерть становится его телом, он становится единым с теми божествами.
Ключевые термины:
1. Бхан (Bhāṇ)
Значение: Это звукоподражательный, передающий звук, который издает творение (год/время), когда Смерть (Праджапати) раскрывает рот, чтобы его съесть.
Контекст в тексте:
- Это первичный звук, который становится основой для членораздельной речи (вак). Это переход от безмолвия к слову, от хаоса к порядку.
- Звук «Бхан» считается прото-словом, из которого рождается вся речь и все священные тексты (Веды). Он символизирует сам акт творения через звук/вибрацию (позже эта идея разовьётся в концепцию «Нада-Брахман» — Брахман как звук).
- Символически: Это крик новорождённого мироздания, его первое самовыражение перед лицом поглощающего его принципа времени и смерти.
2. Ричи (Ṛc), Яджусы (Yajus), Саманы (Sāman)
Это три из четырёх основных собраний (самхит) Вед, священных текстов, составляющих основу ведийской религии.
- Ричи (Гимны):
Стихотворные гимны, предназначенные для громкого возглашения во время ритуала.
Составляют Ригведу (Веду гимнов) — древнейший и главный текст.
Прославляют богов (Агни, Индру, Варуну и др.), призывая их на жертвоприношение. - Яджусы (Жертвенные формулы):
Прозаические формулы, произносимые шёпотом при совершении конкретных ритуальных действий (возлияние масла в огонь и т.д.).
Составляют Яджурведу (Веду жертвенных формул).
Их суть — не восхваление, а точное, техническое сопровождение обряда, его «инструкция». - Саманы (Напевные гимны):
Те же гимны Ригведы, но распетые на особые мелодии.
Составляют Самаведу (Веду напевов).
Исполнялись специальными жрецами-певцами (удугатри) под аккомпанемент инструментов. Считалось, что именно мелодия придает гимну магическую силу.
В контексте упанишады: Перечисление Ричей, Яджусов и Саманов (четвёртая Веда, Атхарваведа, здесь, видимо, подразумевается под «заклинаниями») означает, что Праджапати создаёт всю структуру священного знания и ритуала. То есть сакральный порядок (дхарма) и инструменты его поддержания рождаются одновременно с физическим миром.
3. Ашвамедха (Aśvamedha)
Дословно: «Жертвоприношение коня» (aśva — конь, medha — жертва, жертвенный обряд).
Внешний, ритуальный уровень:
- Царский обряд невероятной сложности, длительностью целый год. Царь выпускал священного коня на волю, и тот свободно бродил по землям, сопровождаемый войском. Все территории, которые он пересекал, должны были подчиниться власти царя-заказчика или вступить в бой. Через год коня возвращали и приносили в жертву в ходе грандиозной церемонии.
- Цель: утверждение абсолютной власти царя (чакравартина), процветание царства, обретение потомства и побед.
Философский и символический уровень (важный для упанишады):
- Конь — это символ всей вселенной, космических сил и самого года (как мы видели в Первой Брахмане).
- Ашвамедха — это символическое принесение в жертву всего мироздания Высшему Началу.
- Тот, кто «знает ашвамедху» в этом эзотерическом смысле, понимает, что весь мир — это жертва, а его собственное «я» должно быть принесено в жертву Высшему «Я». Это внутреннее, духовное действие, ведущее к освобождению. Ритуал становится аллегорией духовного пути.
4. Праджапати (Prajāpati)
Дословно: «Владыка (пати) сотворённых существ (пражā)».
Эволюция понятия:
- В поздневедийский период: Праджапати становится верховным бог-творцом, отцом богов и всех существ. Он персонифицирует созидательную силу, стоящую за мирозданием.
- В Брахманах и упанишадах (как в нашем тексте): Его роль углубляется. Он — первое существо, возникшее из первозданных вод или космического яйца, которое затем приносит себя в жертву, чтобы из его тела возник мир. Он — и жертвователь, и жертва, и результат жертвы.
- В философском контексте: Праджапати часто выступает как предшественник и персонификация понятия Брахман. Он — личностный аспект безличного Абсолюта на стадии творения. В некоторых текстах он прямо отождествляется с годовым циклом, временем и самой жертвой.
В контексте Второй Брахманы:
- Праджапати — это и есть та изначальная Смерть-Голод, которая всё создаёт и всё пожирает.
- Он совершает ашвамедху над самим собой: приносит в жертву своё тело-вселенную (коня) самому себе. Это высший акт самопознания и самопреодоления.
- Таким образом, Праджапати здесь — олицетворение самого творческого и одновременно деструктивного принципа мироздания, который в основе своей един.
Итог для понимания текста:
Когда упанишада говорит, что Праджапати, раскрыв рот, услышал звук «Бхан», создал Ричи, Яджусы и Саманы, а затем совершил Ашвамедху, она рисует единую картину: Абсолют (Праджапати) творит мир через звук (Бхан), структурирует его через священный закон и знание (Веды) и, наконец, воссоединяется с собой через величайший акт самопожертвования (Ашвамедха). Цель мудреца — понять это и повторить внутренне, чтобы «победить вторичную смерть».
Ключевой персонаж: кто такой "Он"?
Вся брахмана начинается с тайны: "Вначале здесь не было ничего". Но это "ничего" уже окутано чем-то — Смертью (Мритью) или Голодом (Асаной). Именно эта изначальная сила, "зовущаяся смертью", становится творцом. Это не просто уничтожение, а потенция, жажда бытия, ненасытное желание. Голод — это метафора фундаментального стремления к существованию, которое предшествует самому существованию. Этот первоначальный принцип в конце текста назван Праджапати ("Владыка существ").
Этапы творения (стихи 1-5)
- Рождение Мысли/Разума (Манас): Из голода/желания рождается первый элемент — разум. Это тонкая, организующая сила.
- Рождение Воды из "славословия" (Арка): Двигаясь и "славословя" (совершая внутреннюю работу), Смерть производит воду. Арка (Arka) — ключевое слово. Это не просто "вода", а жизненная сила, энергия творения, сияние, жертвенное возлияние. Тот, кто знает, что вода = арка, получает радость — то есть причастен к источнику жизни.
- Рождение Земли и Огня: Пена воды твердеет — рождается земля. Затем творец "изнуряет себя" (тапас — аскетический жар) — и рождается огонь как его сущность и блеск.
- Первое тело (Тело Времени): Огонь разделяется на три части: солнце (форма), ветер (движение) и дыхание (жизненная сила в существах). Из описания видно, что это тело — первичное космическое существо, вселенский конь или пуруша (сравни с описанием коня в первой брахмане). Оно "твердо стоит в водах" — сознание утверждается в стихии жизни.
- Рождение Речи и Времени: Творец желает "второе тело". Он сочетает разум (манас) с речью (вак). Их семенем становится год — то есть рождается циклическое время как форма существования. Раскрыв рот, чтобы съесть своё творение (время), творец издает звук "Бхан" — и это становится речью. Здесь скрыта идея: время и речь (логос, закон) рождаются вместе и подлежат "пожиранию" — всё преходяще.
- Созидание через пожирание: Поняв, что если съест время сразу — пищи будет мало, творец использует речь и тело, чтобы создать весь мир: священные гимны (Риг, Яджур, Сама), ритуалы, людей, животных. Всё это он создал, чтобы поедать. Здесь звучит фундаментальный закон бытия: всё есть пища, всё подвержено смерти, всё преходяще. "Природа смерти — Адити". Адити — обычно "безграничность", мать богов. Здесь это значит: смерть безгранична, она всё объемлет и всё возвращает в себя. Знающий это сам становится "поедателем всего" — то есть выходит за рамки съедаемого временем.
Кульминация: жертва как самопреодоление (стихи 6-7)
- Новая аскеза и рождение жизненных сил: Не удовлетворившись, творец вновь совершает тапас. Рождаются слава и сила, которые суть жизненные дыхания (праны). С ними тело (космос) возрастает, и в нём утверждается разум.
- Превращение в жертвенного коня (Ашвамедха): Чтобы это тело стало "пригодным для жертвы", оно становится конём. Ашвамедха — это не просто ритуал, а космический процесс. Конь — это само тело творения (время-год), "излучающее тепло" (огонь жизни).
- Высшее откровение: Праджапати (творец) приносит коня в жертву самому себе. Это ключ!
Он жертвует своё творение (всю вселенную) самому себе.
Других животных (частные проявления) он отдаёт богам (частным силам).
"Они — одно божество: смерть" — жертвенный огонь (пожирающее начало) и жертвенный конь (пожираемое творение) суть одно. Это два аспекта единой Реальности.
"Победа над вторичной смертью" — это цель. "Вторичная смерть" — это цикл перерождений, зависимость от закона кармы. Познавший, что он не является ни пожираемым (конём), ни лишь пожирающим (огнём), а самой основой этого процесса (единым божеством Смерти-Творца), выходит за пределы смерти. Смерть становится его телом — он овладевает всем преходящим миром, не будучи им связан. Он становится единым с божествами.
Главные философские идеи этой брахманы:
- Бытие из Не-бытия, но через Желание: Начало — не абсолютная пустота, а динамическая потенция (голод, желание).
- Жертва как основа мироздания: Мир создаётся, поддерживается и уничтожается через акт жертвы. Творец жертвует собой, чтобы стать миром, и жертвует миром, чтобы вернуться к себе.
- Тождество творца и творения, пожирающего и пожираемого: Высшая реальность едина, но в ней есть внутренняя динамика самоограничения (творение) и самообогащения (пожирание).
- Познание как освобождение: Знать природу воды (арка), смерти (адити) или ашвамедхи — значит не просто иметь информацию, а отождествиться с описываемым космическим принципом, выйти из роли объекта процесса в роль его источника и хозяина.
- Ритуал как модель спасения: Ритуал Ашвамедхи — это не магический обряд для получения благ, а символическое воспроизведение и личное проживание космогонического акта само-преодоления Праджапати. Исполняя его с пониманием, жрец повторяет путь творца и достигает того же освобождения.
Вторая брахмана — это мистическое откровение о том, что наша вселенная есть гигантский, непрерывный акт самопожертвования Абсолюта, а освобождение (мокша) есть осознание себя этим Абсолютом, а не его преходящим творением. Это один из самых мощных текстов, ведущих от ритуализма Вед к абсолютному монизму Упанишад.