Бой у Заброшенной башни
Месяц Юниус, иды; (15.06.102)
Видя всё это, император наконец-то раскрыл рот.
- Даа, - протянул он, а затем, обратившись к графу Россу, добавил, - нам здесь не опасно находиться?
Командующий немного помедлил с ответом.
- Нет, сир, мы в полной безопасности, - наконец произнёс он глухим голосом. Но былой уверенности в нём не было.
Барон Хал в этой сшибке снова был ранен, но в этот раз не очень сильно. Адъютант главнокомандующего, тот самый «павлин», вынужденный вернуться к рыцарям вновь, так же получил рану, чувствительный укол острым орочьим клинком в область груди.
Зеленомордые выиграли во второй схватке подряд, но говорить о полной победе было совсем не уместно. Рыцари хоть и выглядели потрёпанными и даже подавленными этими неудачами, всё же продолжали оставаться грозной силой, с которой нужно было считаться.
К общему несчастью добавилось ещё одно досадное происшествие. Стрелки Икки «Моторолы» дали залп по рыцарскому полу из Искана, так сказать вдогонку, и добавили неразберихи и потерь отважным латникам, спасшим своё княжество в битве при Икиране, в позапрошлом году.
Командиру полка и штабным офицерам с трудом удалось сдержать солдат от подступающей будто приливная волна цунами, паники. Герои Икирана едва не ударились «в бега».
Казалось, всё становиться ясно, и чаша весов склоняется в пользу орков.
В командной ставке у Заброшенной башни висела гробовая и в тоже время напряжённая тишина.
И всё же, каким-то не постижимым образом, имперцы вновь буквально зубами выдрали инициативу из лап орков.
И вновь граф Росс разослал своих ординарцев с приказами. Командующий хотел всего лишь, чтобы рыцарские полки, привели свои ряды в порядок и были по возможности готовы к новым атакам орков и их фланговой стрельбе.
Но даже авторитет барона Хала не мог повлиять на латников. После четырёх сшибок, две последние из которых были явно не в пользу имперцев, рыцари «потухли» и сникли. Праведная ярость и долг, что вели их вначале боя, сменились апатией и неуверенностью, неверием в то, что этих чёртовых зеленорожих на их огромных диких турах вообще можно побить и победить.
Как следствие, орки вновь взяли всё в свои руки. Точнее лапы.
Глад «Пророк» проорал приказ на атаку вождю банды «Симулянту» в самое ухо. Туры застучали копытами, а их всадники заулюлюкали, готовые снова ринуться в бой.
Шаман Локи, малозаметный в этом бою, в этот раз промолчал. Небо над его уродливой, шишковатой головой оставалось чистым и безоблачным.
Людской же маг, наоборот, призвал Ветра магии, чтобы набрать в свой священный кубок ещё мангры, наполнив его до краёв, но явно переусердствовал.
В миг от чародея остался только красный шёлковый балахон да остроконечный фетровый колпак такого же цвета. Мастер Школы Огня, Гавриил Молот, исчез в одно мгновение, как будто его никогда и не было.
Это было очень печально!
- Я думал адепты Школы Огня сгорают изнутри? – немного дрожащим голосом спросил император у графа Росса.
Поражённый произошедшим, командующий почти прошептал в ответ.
- Видимо нет.
К двум часам по полудню имперская армия лишилась единственного в её рядах мага.
Орки, преисполненные варварского оптимизма, рванулись в атаку, но и рыцари, понимая, что, если они встретят врага вновь стоя на месте, то для многих это будет последний бой, так же рванулись им на встречу.
Завязалась пятая по счёту кавалерийская рубка.
Со стороны это выглядело грандиозно и пугающе. Две большие конные массы, одна в слегка потускневших латах и с увядшими плюмажами на шлемах, другая «пышущая» какой-то первобытной, первородной силой и мощью, схлестнулись друг с другом, сминая первые ряды и круша черепа и чресла.
В этот раз бой длился чуть больше времени. Никто не хотел уступать победу в этом поединке.
Наконец противники отпрянули друг от друга, волоча за собой кровавый след, словно сломанный хвост какого-то мифического животного.
Пятая сшибка закончилась вничью. И, как ни странно, это воодушевило рыцарей обоих полков, а орков наоборот вогнало в уныние. Первые, несмотря ни на что умудрились выстоять и сдюжить, вторые же, не сумели «дожать» почти разбитого и сломленного врага, когда победа была так близка.
Вновь, как и в прошлый раз, стрелковая банда Икки «Моторолы» выпустила стрелы по отходящим латниками из полка Искана, но, к счастью, орки не попали, слишком низко опустив луки.
В бою явно назревала смена лидера, и вождь клана, Глад «Пророк», обладая поистине не человеческим предчувствием, решил взять тайм-аут, чтобы немного передохнуть и восстановиться.
Имперцы так же занялись собой: было кому перевязать раны, почистить мечи и копья, привести в порядок амуницию.
В первую четверть после полудня командный штаб людей сместился ещё южнее, заняв холм и разрушенную, заброшенную башню, и теперь оттуда взирал на происходящее.
В тоже время к полку арбалетчиков барона Хала, который наконец-то «пришёл в себя» и вернулся в первую линию, добавились «свежие» силы – стрелки из Ичкира, арбалетчики из полка барона Хасана. Они явно горели огромным желанием впервые сразиться с доселе невиданным врагом – орками.
И всё же общий перерыв в военных действиях пошёл оркам на пользу. Они успокоились, привели свои ряды в порядок, почистили оружие и доспехи и вновь изготовились к схватке.
Так же Глад «Пророк» хотел собрать стрелковую банду, придав ей надлежащий вид перед следующим раундом боя, но Икки не хотел слушать ординарца вождя, Чира Младшего и даже слегка помутузил его, но больше для острастки и поднятия собственного авторитета.
- У нас всё норм, слышь, стручок, - осклабился командир, тощий верзила с соломенными, торчащими в разные стороны волосами.
- Но… - заикнулся было ординарец.
- Всё норм, слышь чудик, - Икки негромко заржал и его дребезжащий смех подхватили рядом стоящие лучники, - Ещё чуток и мы прогоним этих людишек. Один же раз уже прогнали. Да, парни?
Орки неравномерно загудели и загалдели.
- Цыц, - беззлобно рявкнул командир и посмотрел в сторону имперцев.
- И пусть их там уже два полка. Вторым мы тоже скоро покажем, что наши стрелы прочнее и летят дальше, а парни мои вообще бьют без промаха.
Ординарец убрался восвояси несолоно хлебавши, а лучники из стрелковой банды сгрудились рядом с Иккой «Мотороллой», игнорируя любое подобие строя.
Зато конные банды снова приготовились атаковать рыцарей.
По команде Глада «Пророка» обе банды устремились вперёд на врага.
В тот же миг, когда орки сорвались с места, барон Хал, превозмогаю боль в раненном плече и общую усталость, вскинул вверх руку с мечом и прокричал: Вперёд!
Латники обоих полков ринулись по прямой в свою шестую кавалерийскую атаку.
В этот раз переменчивое воинское счастье изменило оркам. Кавалерия зеленого народа неожиданно для себя проиграла эту схватку. Люди оказались сильнее, быстрее, настойчивее.
Банда «Симулянта» покатилась назад, увлекая за собой второй отряд Чира Старшего. К тому же командир первой банды был тяжело ранен, но, как и Чир ранее, так же остался в строю, лишь перехватив кровоточащую рану на бедре ремнём из сыромятной кожи.
Имперцы тоже развернули лошадей, и отошли к своим порядкам. Лица большинства латников светились счастьем. А как же, несмотря на вселенскую усталость, что сковывала все их чресла и на малочисленность рыцарских полков, в этом бою, шестом по счёту, они смогли прогнать орков, смогли доказать прежде всего себе, что ни такие уж они и непобедимые, эти зеленомордые на своих огромных мохнатых животных.
После шестой кавалерийской стычки подразделения обеих сторон, что принимали участия в конфликте, были вымотаны и обескровлены. И орки, и люди, едва держались на ногах. Сомнительно было, что и седьмая схлёстка произойдёт. Конные орочьи банды были прорежены наполовину, у имперцев дела обстояли и того хуже – в полку графа Тахира из Искана способных держать оружие осталось лишь треть. В рыцарском полку из Юргамыша ситуация была чуть лучше, но всё же тоже довольно прескверной.
Глад «Пророк», вождь клана, какое-то время раздумывал, стоит ли вывести вперёд вновь банду Чира Старшего и одним мощным ударом добить разваливающиеся рыцарские полки людишек, а потом уже спокойно покинуть поле боя, уведя и увезя свои заслуженные трофеи с собой.
Но в то время, когда могучий орк с вечно задумчивым выражением на морде прикидывал, как стоит поступить, арбалетчики из полка барона Хасана, «свежие» и стремящиеся как можно скорее вступить в дело, открыли прицельный огонь по банде «Симулянта».
Их точные выстрелы снесли головы некоторым из всадников, что были ближе всего к арбалетчикам и посеяли дополнительную панику в и так измученных сердцах степного народа.
Без приказа, впрочем, какой приказ может быть при повальном бегстве, орки из банды «Симулянта» ринулись назад, оголяя центр и увлекая с собой своего израненного командира.
Воодушевлённые меткой и столь результативной стрельбой «соседей», арбалетчики из Ус, Шиира так же сделали прицельный залп по маячившей перед ними стрелковой банде орков и… о чудо! те так же ринулись назад, не дав в ответ даже оборонительного залпа.
В доли секунды от фронта орочьего клана осталась лишь банда Чира Старшего, да и сам вождь с верным и преданным троллем «Пижоном», ординарцем и почти весь бой молчавшим шаманом Локи.
Выбор у Глада был не большой. Точнее никакого выбора уже и не было. Надо было отступать, спасая награбленное и более двух сотен пленников, захваченных в прошедшем набеге.
Вождь клана приказал отходить единственной банде, которая была ещё в строю. Чир Старший со своими парнями шёл в арьергарде, на случай если кто-то из людишек решит преследовать орков.
Но имперцы остались все на своих местах, одни очень уставшие, чтобы радоваться, другие раздосадованные, что не удалось вступить в дело. Грамотного преследования организовывать было не кем, легко конных полков у графа Росса не было, а относительно свежие мечники барона Хасана всё же уступали в скорости даже уставшим и измученным конным бандам зеленокожих.
Потому люди стояли и смотрели, как под палящим полуденным солнцем на восток уходят остатки одного орочьего клана, забирая с собой всё то, что они успели награбить за два с половиной месяца, что хозяйничали на юго-востоке Империи и, уводя с собой пленников, к которым добавилось ещё полсотни свежих, захваченных во время жарких кавалерийских сшибок этого дня.
Император оставался молчаливым, но очень напряжённым. Его тонкие губы побелели, а на левом виске пульсировала синяя жилка, признак крайнего напряжения.
Арбалетчики обоих полков подбрасывали вверх свои шлемы и ловко ловили их, при этом оглашая окрестности радостными криками. Меченосцы из Ичкира в поддержку первых плашмя стучали по щитам своими прямыми и короткими гладиусами. И лишь рыцари, понуро опустив головы, как и их кони, молчали, не принимая в общем веселье никакого участия.
- Сир, они ушли, – наконец заговорил граф Росс, обозначая очевидное, все в свите командующего и императора видели, что орки скрылись в дорожной пыли.
- Да, - согласился император и, окинув всех внимательным, совсем не мальчишеским взглядом своих чуть раскосых серых глаз, добавил, вглядываясь в лица окружающих его людей, — Это победа. Победа!
Повисло напряжение, но не долго, не более нескольких секунд, а затем один из адъютантов графа Росса, молодой веснушчатый мальчик закричал что есть мочи: По-бе-да!
И вся небольшая армия, даже рыцари, взорвались все как один громогласным «Ура! Победа!»
Напряжение в миг спало. Император подъехал на своей молочно-белой кобыле к графу Россу и крепко пожал ему руку.
Впрочем, когда утихли восторженные крики и все успокоились, занявшись текущими делами, большинство из тех, кто присутствовал в тот день на поле боя, подумали, как им всем повезло остаться в живых.
Император, конечно же, назвал эту невнятную победу громадным достижением имперского оружия. Во все концы его огромной страны в тот же день были посланы курьеры с донесениями ко всем главам провинций, в которых сообщалось о безоговорочной победе и изгнании клятого врага за пределы Империи.
На участников боя посыпались различные императорские милости, в основном финансовые; графу Россу досталось 1000 имперских дублонов, барону Халу и барону Хасану по 500 дублонов, командирам полков по 50, лейтенантам и ординарцам командующего по 25 дублонов, всем же солдатам по 10 золотых монет.
Эта огромная сумма была взята из имперской казны, а награда рядовому почти равнялась его годовому жалованию.
Впрочем, умным людям было ясно, что император, прежде всего политик, а затем уже воин, таким образом, покупает молчание всех тех, кто дрался, да и просто был на поле боя в тот знаменательный день.
Везение на грани поражения назвали великой победой, и Империя гуляла целую неделю, после того как император вернулся в Миргард.
Те же люди, в чьих руках в тот день была возможность разбить орков, крепко задумались, но каждый о своём: барон Хал, будучи приглашённый Араоном в столицу и целый месяц, проведший во дворце под пристальным наблюдением имперских лекарей высочайшей категории и личного эскулапа императора, размышлял о том, что даже закованная в броню, обученная и многочисленная княжеская рыцарская конница не может справиться в прямом столкновении с варварской кавалерией зелёного народа. Он раздумывал о том, что надо искать решение данной проблемы. Ведь Хал не сомневался, что орки вернуться и довольно скоро.
Граф Росс ощущал себя уставшим и старым. Он так же был приглашён императором в столицу, но под благовидным предлогом отказался ехать. Его княжество располагалось в самом центре империи, но и это местоположение не гарантировало его гражданам безопасность. Многие из тех, кто был угнан в плен и в итоге стал рабом в далёкой Мажгории, были из селений и маленьких городков Юргамыша.
Барон Хасан праздновал. Как и весь его народ. Он-то с радостью принял приглашение императора посетить столицу и погостить во дворце.
Пока ещё один герой боя у Заброшенной башни, барон Хал, приходил в себя в лазарете, уроженец Ичкира, пил, ел, с удовольствием танцевал и даже пел, благо и то, и другое он делал отменно.
Обладая гибким, натренированным телом и хорошо поставленным баритоном с мягкими, бархатными нотками, барон Хасан веселил императора и императрицу, как, впрочем, и себя. И после того, как через неделю он покинул столицу, не одно девичье и женское сердце осталось страдать и горевать ещё долгие месяцы по чернобровому красавцу-князю.
Помимо веселья и пиршеств барон Хасан предложил императору в одной из приватных бесед, создать некую воинскую организацию, чтобы она не зависела от княжеств и их правителей, обладала навыками ведения боя, была набрана из ветеранов прошедших битв и сражений и была достаточно мобильна, чтобы в короткий отрезок времени могла оказаться в том месте империи, где нуждались в её боевом потенциале.
Через два дня, когда Араон посетил барона Хала в лазарете, тот предложил ему тоже самое, и даже придумал название для будущей организации.
Император обещал подумать над их почти совместным предложением. И когда барон Хал, подлечившись, почти через месяц покидал Миргард, император напоследок пообещал ему обстоятельно подумать над созданием Корпуса.