Признавайтесь, вы тоже иногда заходите в зал с современным искусством, видите там, условно, ведро ржавых гвоздей на белом постаменте и чувствуете легкую панику? В голове крутится: «Что это? Я что-то не понимаю? Это вообще искусство?». А вокруг — люди с серьезными лицами, которые что-то тихо обсуждают. И кажется, что ты один не в курсе великой тайны.
Знакомая ситуация? Я через это прошла. Меня современное искусство долго раздражало. Казалось, это такой закрытый клуб для избранных, где все делают вид, что видят императорскую одежду, а на самом деле там просто голый король.
Пока я не сменила подход. Перестала спрашивать «Что это?» и «Красиво ли это?». Вместо этого я начала спрашивать: «Почему автор это сделал? В ответ на что? О чем он со мной говорит?».
И мир заиграл совершенно другими красками. Оказалось, что за самыми странными, на первый взгляд, объектами стоят истории, ирония, протест и очень понятные человеческие мысли. Давайте пройдемся по самым известным примерам без этого давящего чувства, что «надо срочно выглядеть умным».
Пример 1. Писсуар, который перевернул всё
Что мы видим: Обычный белый фаянсовый писсуар. Да-да, самый что ни на есть сантехнический предмет. Автор — Марсель Дюшан. Работа называется «Фонтан», 1917 год.
Что обычно думаем: «Да ладно, это же просто шутка/хулиганство/лениво. Я и сам так могу — купить в магазине и подписать».
А что на самом деле хотел сказать автор? Дюшан в то время был как тот парень на вечеринке, который задает неудобный, но гениальный вопрос. В начале XX века искусством считалось только то, что сделано рукой мастера (картина, скульптура), требует невероятного мастерства и обязательно «прекрасно».
Дюшан взял готовый предмет (он назвал такие объекты «реди-мейд»), подписал его псевдонимом и отправил на выставку. Своим «Фонтаном» он кричал: «Стоп! Ребята, искусство — это не в материалах и не в умении рисовать как Рафаэль. Искусство — это идея и контекст! Я, как художник, сказал, что это искусство, поместил это в галерею, и теперь вы вынуждены это обсуждать. Я переношу творческий акт из руки в голову».
Его вопрос был прост и радикален: «А кто вообще решает, что есть искусство?». С этого писсуара, по сути, началось очень многое в искусстве XX века. Это был не хулиганский поступок, а интеллектуальная бомба.
Пример 2. Банки супа, ставшие иконой
Что мы видим: Полотна с изображением банок томатного супа «Кэмпбелл». Много-много одинаковых банок. Автор — Энди Уорхол, 1962 год.
Что обычно думаем: «Принт какой-то. Реклама. Можно было и постараться, нарисовать что-то посерьезнее».
А что на самом деле хотел сказать автор? Уорхол жил в эпоху расцвета массового потребления в Америке. Супермаркеты, конвейер, телевизор в каждом доме, реклама, одни и те же товары у всех, культ знаменитостей.
И он не стал скулить, что «раньше трава была зеленее, а искусство — возвышеннее». Он принял новую реальность и возвел ее в абсолют. Он взял самый банальный, узнаваемый объект массового рынка — банку супа, которую покупали миллионы американских семей, — и сделал из нее икону, поместив на холст, как раньше помещали лики святых.
Его посыл был таким: «Смотрите, вот наша новая мифология. Вот наши новые "боги" — бренды. Мы все одинаковы, мы потребляем одно и то же, и в этом есть своя странная, демократичная красота». Он не осуждал, он констатировал. И заставлял зрителя признать: да, этот суп — часть нашей общей культуры. Его искусство — это зеркало, в котором общество увидело свое лицо.
Пример 3. Наше, родное. Желтый квадрат как тихий протест
Давайте возьмем пример ближе к нам. Представьте СССР, 1970-е годы. От искусства ждут служения народу: должны быть портреты героев труда, картины про стройки коммунизма, все «правильное» и идеологически выверенное.
Что мы видим: Картина, допустим, «Желтый квадрат» или что-то подобное от художника-нонконформиста (тех, кто не вписывался в официальную линию). Просто цветная плоскость. Без сюжета.
Что обычно думаем: «Ребенок нарисовал. Где тут мастерство?»
А что на самом деле хотел сказать автор? В этой ситуации сама форма становилась содержанием. Нарисовать абстрактный квадрат — это был не эстетический выбор, а гражданский поступок. Это был тихий, но твердый ответ: «Я не буду рисовать то, что от меня требуют. Мое искусство — это территория свободы. И эта свобода — вот она, в этом простом жесте, в этом чистом цвете».
Это был разговор на языке, который власть не могла понять и, следовательно, запретить. Ценность такой работы — не в том, как наложена краска, а в самом факте ее существования в том времени и в том месте. Это искусство как дыхание.
Так как же смотреть на современное искусство без пафоса?
1. Отбросьте обязанность «понимать». Вы ничего никому не должны. Ваша первая реакция — «Что за бред?» — абсолютно законна.
2. Задайте три простых вопроса:
– В какое время и в какой стране это сделано? Контекст — это 90% смысла.
– Что происходило в обществе и в искусстве тогда? Художник почти всегда отвечает или на общественные процессы, или на то, что было в искусстве до него.
– Какой жест, какое действие совершил автор? Не просто «нарисовал», а, возможно, «выставил готовый предмет», «повторил 50 раз», «вынес на улицу», «зашифровал послание».
3. Разрешите себе не восхищаться. Можно уважать идею, но при этом считать объект уродливым. Можно признавать важность жеста, но не принимать его. Искусство провоцирует диалог, а не требует беспрекословного поклонения.
Современное искусство перестает быть пугающим и пафосным, когда начинаешь с ним разговаривать. Иногда даже спорить. Оно становится интересным собеседником, который рассказывает истории о времени, о свободе, о нас самих. Попробуйте в следующий раз — и вы удивитесь, насколько это увлекательно.