Ветер со свистом гулял по пустым коридорам замка Даркенхольм, врываясь через окна. В графском кабинете, несмотря на пляшущие в огромном камине языки пламени, стоял холод, исходивший от человека у окна.
Человек стоял почти неподвижно, следя взглядом за огнём. Он провел рукой по жестким коротким волосам, шевеля проступившую седину и ждал.
Тяжёлый двойной стук в дубовую дверь разорвал тишину.
-Войдите,- голос графа прозвучал хрипло. Он откашлялся, выпрямив плечи, и повернулся, принимая позу властителя.
Дверь открылась беззвучно, впуская графа Огюста де Ляроша. Тот вошёл не спеша, с уверенностью, которую можно позволить себе, чувствуя свою силу и немного презирая того, к кому пришёл. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по комнате: остановился на потертом, но дорогом ковре, на картине в потускневшей раме, на самом графе.
-Вальтер. Благодарю, что нашли время,- произнёс де Лярош, слегка склонив голову. В его интонации не было ни капли истинной благодарности.
-Огюст. Всегда рад. Прошу, располагайся.- Граф жестом указал на глубокое кожаное кресло у камина, сам же занял позицию за своим массивным письменным столом.
Молчаливый слуга внес поднос с графином и двумя бокалами, разлил тёмное, густое вино и бесшумно удалился.
-Я получил твоё последнее письмо,- начал де Лярош, ставя бокал на стол с чётким стуком. -Ты настаиваешь на дате до Ламмаса. Это… весьма скоростно.
-Время не ждёт, Огюст,- отозвался граф, его пальцы сжали ножку бокала чуть сильнее. -Кассандра расцветает. Её красота и родословная - товар, который не стоит залёживать на полке. А союз наших домов укрепит позиции и здесь, и при дворе. Чем раньше мы его скрепим, тем прочнее будет наша общая позиция. К тому же, я хочу, чтобы она встретила свой день рождения в замужестве.
-Прочность…- де Лярош сделал искусную паузу, давая слову повиснуть в воздухе. -Прекрасная аллегория. Но прочность требует не только скорости, но и… качественного фундамента. Ты знаешь, я вкладываю значительные средства в развитие своих восточных земель. Шахты, дороги, порт. Содержание двора будущей графини, её гардероб, соответствующий её новому положению, её окружение… Всё это требует немалого золота. Я уверен, приданое леди Кассандры будет достойно не только её имени, но и… моих ожиданий и будущих вложений.
Тишина в кабинете стала густой, Вальтер почувствовал, как знакомая, чёрная ярость зашевелилась у него под рёбрами. Этот наглый выскочка не просто торговался. Он вынюхивал, выслеживал слабину.
-Дом Даркенхольмов,- сказал граф, отчеканивая каждое слово, - за пять веков своей истории ни разу не дал повода усомниться в своей щедрости и платёжеспособности. Все условия, включая размер приданого, оговорены в брачном контракте, который уже подготовили.
-Контракты, увы, иногда устаревают быстрее, чем пергамент, на котором они написаны, успевает пожелтеть,- мягко, но неотступно парировал де Лярош. Он откинулся в кресле, приняв позу человека, ведущего непринуждённую беседу, но его глаза не улыбались. -Реальность, Вальтер, имеет привычку вносить коррективы. Урожаи бывают скудными, стада - гибнут, а долги… имеют свойство расти. Я, как глава своего рода, просто хочу быть абсолютно уверен в будущем своей семьи. Нашей будущей семьи.
Граф почувствовал, как по спине пробежала ледяная мурашка. Он сдавил кулак под столом так, что кости захрустели. Не сейчас. Не с ним. Он ещё нужен.
-Твоя… предусмотрительность достойна уважения, Огюст, хотя и отдаёт недоверием,- Вальтер выдавил из себя что-то, отдалённо напоминающее улыбку. -Но я даю тебе слово: всё будет в порядке. Всё будет достойно. Ламмас. Не позже.
---
Час спустя де Лярош, уже с безупречной светской маской на лице, вёл Кассандру под руку по замковому зимнему саду. Стеклянные стены запотели, в кадках раскинулись вечнозелёные растения. Он говорил о блистательном парижском дворе, о новых тенденциях в архитектуре, о том, какую фурор они произведут вместе в столице. Его речь была гладкой, как шёлк, и такой же искусственной.
-Знаете, Огюст,- начала она, заставив свой голос звучать чуть тоньше и беззащитнее, - я так счастлива, что скоро всё решится. Хоть иногда… мне здесь так страшно.
-Страшно? В вашем собственном, таком надёжном замке? - он приподнял бровь, в его взгляде мелькнуло любопытство хищника.
-О, не в смысле опасности!- она поспешно поправилась, играя с кружевным платочком. -Просто… Отец… он такой сильный, он никогда не покажет слабость. Но я же не глухая. Слуги иногда болтают, когда думают, что я не слышу. Про прошлогодний недоурожай… Про повышение королевских налогов… Про то, что некоторые кредиторы становятся… настойчивы.- Она сделала паузу, чтобы её «волнение» выглядело убедительнее. -Боюсь, что моё приданое окажется не таким роскошным, как все надеются. И больше всего… я боюсь оставлять отца одного. Если дела действительно так плохи… что с ним будет, когда я уеду? В нищете и долгах? Вы ведь не… не позволите ему остаться в таком положении?
Она подняла на него глаза - большие, синие, полные наивной тревоги и дочерней заботы. И увидела, как в глубине его холодных глаз зажёгся и тут же погас крошечный, острый огонёк раздражения и пересчёта. Теперь его беспокоила не только возможная скудность приданого, но и потенциальная обуза в виде обедневшего тестя, который будет тянуться к его кошельку. Жадность и осторожность сошлись в мгновенном, безмолвном поединке.
-Дорогая Кассандра,- его голос приобрёл оттенок покровительственного снисхождения, но стал на полтона суше и жёстче, - ваша забота о родителе делает вам честь. Но поверьте, финансовые заботы - это удел мужчин, а не прекрасных дам. Вальтер - опытный правитель, он справится. А ваша главная задача - блистать.
Но вопросы, которые он задал после, изменили тон. Они стали конкретными, деловыми. Он интересовался не поэзией, а урожайностью южных полей. Не музыкой, а состоянием дорог к рудникам. Не её предпочтениями в духах, а именами основных торговых партнёров отца и размерами его долговых обязательств. Он выспрашивал мягко, изящно, но с упорством. Кассандра, продолжая играть роль слегка растерянной барышни, отвечала уклончиво, сбиваясь, путая цифры, - и с каждым её словом тень сомнения и неудовольствия на лице де Ляроша становилась гуще.
Когда он, наконец, откланялся, его поклон был безупречен, поцелуй руки - почтительным. Но когда он вышел в коридор, его спина, всегда такая прямая, была неестественно напряжённой.
---
В своей каморке, смежной с комнатой Полины, Виллем прильнул к щели в ставне. Он видел, как карета де Ляроша показалась за воротами. Приехал. Сердце мальчишки ёкнуло - сигнал. Он выскочил в коридор и почти столкнулся с Полиной, уже одетой в тёмный плащ.
-Только что приехал, мадмуазель.
-Отто на посту?
-Как всегда, у двери. Но сегодня он с утра ворчал на боль в спине. Дремал уже пару раз, когда я мимо пробегал.
Полина кивнула. План был прост до безобразия, а значит, в нём было меньше того, что могло пойти не так. Пока граф Вальтер решает вопросы с гостем в своём кабинете, пока Кассандра ждет жениха и играет свою роль, они должны сделать единственное - проникнуть в мастерскую Элионы. И кольцо на пальце сейчас излучало лёгкое, но настойчивое тепло. Оно знало, куда надо.
-Ты помнишь, что делать?- Полина посмотрела на Виллема.
-Стоять на шухере у поворота. Если Отто проснётся и пойдёт проверять - уронить ведро в дальнем конце коридора.
-Иди. Жди меня там.
Виллем метнулся вперёд, бесшумный, как тень. Полина последовала за ним. Воздух здесь пах по-другому - каменной пылью, старой древесиной и чем-то металлическим. Полина узнала его - такой же слабый запах был в покоях графа.
Они миновали поворот. Впереди, в слабом свете масляной лампы, у единственной двери в глухой стене сидел на табурете Отто. Пожилой стражник, лицо его было обвисшим, глаза прикрыты, а голова медленно клонилась на грудь.
Полина замерла, наблюдая. Раз, два… на третьем тихом вздохе Отто начал похрапывать. Она двинулась вперёд, не прячась, но и не спеша. Если он проснётся, она просто шла «по делам графини» - несла свёрток ткани. Но он не проснулся.
Дубовые доски, почерневшие от времени, скреплённые полосами кованого железа - дверь была огромной и старой. Большой, неуклюжий висячий замок, который выглядел надежнее, чем был на самом деле, добавлял ей неприступности. Полина приложила к нему ладонь. Ничего. Затем поднесла палец с кольцом к самой скважине.
И тогда она почувствовала вибрацию. Частую, мелкую, будто внутри замка жужжала крошечная металлическая пчела.
-Нужно намерение… Так… Уважаемое кольцо,- шепотом начала Полина, не зная, что еще придумать. -Мне нужно попасть в эту комнату, чтобы понять, для чего меня сюда отправили, чтобы выполнить свою работу. Пусти меня…
Муха, жужжащая в замочной скважине резко затихла.
«Не получилось.»
Но через секунду кольцо потеплело, а в замке слегка слышно провернулся механизм. Отто крякнул во сне, пошевелился, но не проснулся. Виллем из своей засады не подал сигнала. Полина осторожно сняла замок с двери, чтобы не издавать резких звуков, положила его в карман плаща и потянула дверь на себя. Та подалась внутрь бесшумно, впустив в коридор волну другого воздуха - тяжёлого, пахнущего лавандой, металлической пылью и полынью.
Чёрный прямоугольник порога звал её в неизвестность. Полина переступила его, затянула дверь за собой и прислонилась к ней спиной.
Полная, густая тьма. Швея зажмурилась, давая глазам привыкнуть, и выдохнула облачко пара. Здесь было холодно, по-подвальному.
И тут, кольцо на ее пальце дрогнуло.
Следующая глава:
#МираГрани
#Рассказы
#Фэнтези
#магия
#приключения