ОКОНЧАНИЕ
Получилось крайне неловко.
Оказалось, Даша не так поняла мужа.
-Спасибо, что согласился взять с нами маму, - горячо благодарила Даша.
-Она не особо хотела, но я уговорил, - радовался Миха.
-В смысле? Её и уговаривать не пришлось.
И тут до Михи дошло.
-Дашуль, ты серьёзно решила, что мне хочется две недели видеть рядом с собой ТВОЮ мать?
Ой.
-Но она всю жизнь экономила, - блеяла Даша.- Пусть хоть сейчас порадуется.
-Интересно, почему? – вкрадчиво удивился Миха.
-В смысле? – искренне не поняла жена. – Она меня одна тащила. Отец платил алименты….Хм. И занята была тотально. Странно, да.
-Она работала учительницей, так? Да ещё заслуженная. Зарплата уже хорошая, а ещё учителя дополнительно могут подрабатывать репетиторством. Уж на нормальный отпуск могла бы заработать, а не киснуть в школьных лагерях.
Даша не стала говорить, что лагеря – это ещё не самое плохое. Дешёвая одежда, телефоны, простая еда. Тысячи мелочей, которые могли бы сделать жизнь приятней – у неё не было. Ноутбук появился, когда она стала подрабатывать на первом курсе университета.
-Может, твоя мать игроман? – предположил Миха. – Или на мужиков тратила? Да шучу я.
А ведь действительно.
Даша припомнила обрывки разговоров. Ссоры родителей, особенно последнюю, когда отец уходил, и уже не стеснялся в выражениях.
Паззл сложился.
До неё, наконец, дошло.
Мать Галины была глубоко больной женщиной. Медицина не стоит на месте, болящей могла бы помочь операция. В их городе такие не делали, но можно попытаться в московской больнице у медицинского светила. Правда, это и стоить будет дорого. Очень дорого.
Галина не колебалась ни минуты.
Отправила документы в клинику. Её обнадёжили.
Она сняла требуемую сумму и оплатила счёт.
Когда муж узнал, долго орал на Галину, не стесняясь в выражениях.
-Это были мои накопления, - защищалась супруга.
-А ничего, что мы весь последний год жили на мою зарплату? Что ты вообще в семью не приносишь денег – всё уходит на твою мать? Я думал автомобиль поменять, чтобы ты добавила, но оказывается, у тебя денег нет. Как всегда.
-Жизнь человека и "автомобиль поменять" - это не равнозначно, ты не находишь?
-Я нахожу, что твоя мать мне слишком дорого обходится. Всё, Галя, это было последней каплей.
Он собрал вещи и ушёл. Имущество поделили, квартиру разменяли.
И Галина осталась одна на один с проблемами, которые множились как снежный ком. Операция прошла успешно, но понадобился длительный восстановительный период.
Матери стало легче.
Тем не менее, врачи предупреждали. Операция только отстрочит неизбежное.
Галина набрала долгов, чтобы скрасить матери последние годы существования. Иногда обращалась в микрофинансы. Платила вовремя, не допускала просрочек. Некоторые кредиты растянулись на годы. Она закрывала один и брала другой.
Отправляла мать в санаторий – тоже за деньги. Всегда приходила к немолодой женщине с дорогими продуктами или подарками.
Мать со слезами благодарила.
Она прожила три года.
Умерла внезапно.
И выяснилось, что квартира отойдёт государству, потому что никогда не была приватизирована. Как –то не подумали. Не до того было.
Галина поставила дорогой памятник, и попыталась жить дальше. У неё дочь, нельзя впадать в депрессию. Она взяла себя в руки.
С долгами рассчиталась не скоро, накопления откладывались с трудом. Она уже не могла работать как раньше – на износ.
Галина обрадовалась, когда дочь пообещала взять её в Турцию.
А оказалось, что поедет Валерия, которая даже не особенно хочет.
Даша – странное дело – не выглядела виноватой.
-Значит, это из-за бабушки от нас ушёл папа? Из-за неё я ходила в заштопанных колготках? Отдыхала в лагере, а могла бы – на море?
-Не тебе меня судить, - горько прошептала родительница. – Не смей!
-Ну почему же "не мне тебя судить"? А кому тогда? Ты знала, что операция только отсрочит неизбежное, и всё равно потратила все деньги. Папа был прав.
Галина не могла поверить, что жуткие в своём цинизме вещи говорит родная дочь.
-Предлагаешь сбрасывать больных со скалы? Люди отличаются от животных эмпатией. Состраданием к близким. К тем, кто сам себе не может помочь. Три года она была со мной. Я поступила абсолютно правильно, мне не в чем себя упрекнуть. А вот ты…- мать горько усмехнулась. – Ты не станешь мне помогать, если я не смогу о себе позаботиться.
-Мне есть кому помогать. Муж, с которым я планирую жить до старости. Сын – я всё для него сделаю. Свёкры – они нам много помогали, и имеют моральное право на помощь с нашей стороны. Только они не попросят, я думаю. А попросят - помогу.
-Уходи, - прошептала мать.
Дочь молча ушла.
И улетела в Турцию. Со свекровью, которая проводила время с внуком. Как договорились – по вечерам, чтобы сын с невесткой могли развлечься, потому что когда ещё веселиться как не в молодости?
А в квартире, которая давно просила ремонта, плакала мать.
Ей было больно и обидно.
Она очень хотела понежиться под тёплым солнышком.
А дочь – по - современному жестокая в своей рациональности, сделала выбор не в её пользу.
Галина не собиралась сидеть с внуком. Разве что пару часов максимум. Ведь дети – ответственность родителей.
Она свой долг перед дочерью выполнила полностью.
И чем ей та оплатила?
А где-то в Турции, под щедрым солнцем, Даша нежилась в шезлонге. Чувства долга она не испытывала. Право решать, кому и чем быть обязанным, она оставила за собой. И в этом новом, ясном мире её матери не было места в списке кредиторов.
Империя Выстраданного Достоинства всегда проигрывает Империи Наглой Удачи. Потому что у первой на гербе изображены разорванные колготки и долговая расписка, а у второй - шезлонг и коктейль с зонтиком. Делайте ставки, господа.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш