Станислава шла по улице и больше не плакала. От недавней истерики остались чёрные разводы на нижнем веко и лёгкая икота, которая выглядела не столь возвышенно-благородно, как ей бы того хотелось.
Станислава шла по улице, как человек, который принял уже, наконец, решение и теперь гордо несёт его и свое чувство собственного достоинства, которое не упало под весом чужих обстоятельств.
-Слушай, у меня очень важная встреча через час. Я никак не могу остаться, чтобы погладить тебя по голове.
«Погладить по голове?» Слова яростью взорвались у Станиславы за черепной коробкой и вспышками спустились вниз. Плакать резко расхотелось, но она продолжала рыдать по инерции, как скоростной поезд, машинист которого слишком поздно увидел на рельсах котёнка, и уже никак, при всем желании, не может остановиться.
«Погладить по голове!» Вот как он воспринимает необходимость утешить жену в трудную минуту.
Необходимость. Очевидно, что для него это не потребность, а необходимость! О какой тогда любви может идти речь, если при виде рыдающей с утра жены, он говорит, что не может уделить ей несколько минут из-за встречи, на которую можно опоздать, как и на любую другую, когда речь идет о близком человеке.
Хлопок двери за ним распахнул чердак ее памяти, из которого вывалились все его косяки за годы их брака, которые она предпочитала не перебирать, не трогать, тщательно просматривая на свет, а хранить взаперти до поры, до времени, чтобы в нужный момент вытащить из закромов, взвесить, как черт на пороге ада все грехи и принять уже единственное правильное решение.
-Да он просто абьюзер! – воскликнула Ниночка, выпиливая на идеально отточенном ногте еще более идеальную линию, как скульптор, который не в силах остановиться и не довести свою работу до совершенства. – Я не понимаю, как это ты это терпишь. Я бы давно собралась вещи и ушла.
Куда? К маме? На съёмную квартиру, которую еще нужно найти?
-Пусть сам убирается, - Станислава поднесла ноготь к глазам и удовлетворённо кивнула.
-Правильно, - тут же согласилась Ниночка. – Пусть убирается сам. Оставь его с носом! Ты уже подала заявление на развод?
«На развод?» Станислава поежилась, потому что развод, это уже поступок с последствиями. Это скальпель хирурга, который может оставить уродливый шов. Ложиться на операционный стол надо только тогда, когда уверена: операция жизненно необходима.
-Думаешь? – неуверенно спросила она маникюршу, с надеждой, что именно ее ответ решит судьбу.
Ниночка кивнула, не раздумывая.
-После всего, что я сейчас узнала, ты просто обязана бежать от него. Очевидно, что он совершенно тебя не любит, не ценит и не уважает. Он поморщился при виде твоих страданий. Кто знает, возможно, он давно уже решил избавиться от тебя , - глаза Ниночки хищно блеснули.
Ой! Такая мысль не приходила Станиславе в голову. Муж ее разлюбил и решил бросить. Надо опередить его и все сделать самой.
Домой Станислава возвращалась с прекрасным маникюром, следами свежей истерики и электронным заявлением на развод, которое ее суженный уже должен был получить.
Пусть. Пусть знает, что не так-то проста Станислава, как он думает. Она его перехитрила. Оставила с носом.
Недаром ночью ей приснился этот жуткий сон, который она не помнила толком, но который оставил неприятное послевкусие, которое она надеялась засесть ласками мужа, а он вместо этого грубо оставил ее. Бросил и ушёл на свою дурацкую встречу.
Дома, возле квартиры Станислава замерла. Победная улыбка расплылась на ее лице. Пока ее не было, курьер доставил сладкую корзину с запиской от мужа: Не грусти, милая. Я с тобой.
Она достала телефон, чтобы набрать ответ и обнаружила от мужа новое сообщение:
«Я согласен».