Ой вэй... Какие люди к нам пожаловали ☺️
Проходите, ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ, ДЕЛИТЕСЬ И ОСТАВЛЯЙТЕ КОММЕНТАРИИ 😉
В Турции было солнце, море и одно существенное отличие от Пересыпи - тишина. Не везде.
Они начали со Стамбула. Не с отельного пляжа, а с самого сердца - района Султанахмет. Здесь история дышала в спину. Они стояли, запрокинув головы, перед Голубой мечетью Султанахмет, и Зоя, привыкшая к гармонии, шептала:
-Смотри, как ритм куполов похож на музыкальную фразу. Это архитектурная симфония. Шесть минаретов устремлялись в небо, как струны небесного инструмента. Внутри, в прохладной тишине под сводами, Додик впервые почувствовал не просто красоту, а благоговение.
-Сила, красота и величие, -как точно подметил один путешественник.
Рядом высилась Айя-София - свидетельница веков, бывшая и церковь, и мечеть, и теперь музей.
-Знаешь- философски заметил Додик, глядя на её стены- это как наша Пересыпь.
Слои жизни, один поверх другого. Только здесь - империи.
А потом они нырнули в хаос и ароматы Гранд Базара (Капалы Чарши).
Это был не рынок, а целый город под крышей, лабиринт из 60 улиц и тысяч лавок.
Их обступили крики торговцев, блеск медной посуды, горы специй и радуга ковров.
-Здесь можно найти всё, кроме, покоя, - засмеялась Зоя.
Додик, вспомнив наставления Мони "торгуйся, как за свою честь!", с важным видом сбил цену на пару изысканных плиточных магнитиков. Продавец, поглаживая усы, сказал:
-Вы хорошо торгуетесь. Вы не туристы, вы - гости.
Это был высший комплимент.
Чтобы отдышаться от базарной суеты, они сели на паром и отправились на азиатский берег, в район Кадыкёй. Европейский Стамбул остался за кормой, шумный и пафосный. Здесь жизнь текла иначе - неспешно, по-домашнему. Они гуляли по набережной Мода, где местная молодёжь лежала на травке, играла на гитарах, а старики сосредоточенно играли в нарды, попивая чай из маленьких стаканчиков. Вид на Босфор и европейские холмы с мечетями отсюда был особенно прекрасен.
- Понимаешь- сказала Зоя, глядя на воду- это как взглянуть на свою жизнь со стороны.
С той стороны история, величие. А с этой -просто жизнь, чай и коты на набережной.
- Наша Пересыпь точно такая же "эта" сторона- кивнул Додик. - Без лоска, зато настоящая.
Они зашли в один из неприметных рыбных ресторанчиков, где цены были на процентов 30 ниже, и ели жареную рыбу глядя, как рыбаки на Галатском мосту закидывают удочки.
Это был идеальный, никуда не спешащий день.
Однажды они отважились на самостоятельную вылазку по улочкам старого города. Заблудиться было проще простого, но именно так они наткнулись на мечеть Рустема-паши, спрятанную от толпы. Поднявшись по лестнице, они оказались на террасе, а внутри замерли от восторга: стены были сплошь покрыты изразцами с изысканными синими и красными узорами. Не было толп, только тихий шелест молитв и луч солнца, игравший на плитке.
- Вот она, драгоценность-прошептал Додик. - Не на виду, а внутри, за простой дверью. Прямо как люди.
В один из дней рядом с ними устроился пожилой мужчина с книгой. Он читал что-то на идише, изредка вздыхал и поправлял очки. Додик не выдержал.
- Простите, вы из… наших?
Мужчина поднял глаза, улыбнулся. Оказался, Ши́мен из Винницы, отдыхает с семьей, но семья на экскурсиях, а он с книжкой.
-Молодожёны?! - угадал он.
- Как вы поняли? - удивилась Зоя.
- По глазам. Вы не на море смотрите, а друг на друга. Как будто проверяете: ты тут? И я тут.
Они разговорились. Шимен оказался удивительным рассказчиком. Он проронил одну фразу, которую они потом часто вспоминали:
-Медовый месяц - это не отдых от жизни. Это репетиция. Вы репетируете, как будете вместе смотреть на один и тот же горизонт.
На пятый день в небольшом кафе у бухты они услышали родную речь. За соседним столиком сидели две женщины лет пятидесяти и с жаром обсуждали, где купить нормальный борщ.
- Извините- не удержался Додик- а вы, случайно, не из Одессы?
Оказалось, не только из Одессы, но и с соседней улицы - с Маразлиевской. Поднялся шум, смех, обмен новостями. Женщины, тётя Лиля и тётя Роза, тут же принялись опекать молодожёнов.
- Вы ешьте это? Нет, вы не ешьте это. Я сейчас принесу вам нормальную шаурму, я знаю, где тут кормят по-человечески! - заявила тётя Лиля и исчезла, вернувшись с двумя огромными, удивительно вкусными лепёшками.
- Вы знаете- философски заметила тётя Роза, глядя на них- все говорят, чтобы убежать от знакомых в отпуск. А я считаю, лучшее счастье когда твои знакомые находят тебя и в Турции.
Они стали встречаться за ужином. Шимен присоединился. Получилась маленькая одесско-винницкая коммуна на турецком берегу. Говорили о жизни, о детях, о том, как меняется город, вспоминали старые дворы. Зоя иногда играла на скрипке у себя в номере, а Додик слушал, глядя на море, и думал, что музыка и правда объединяет континенты.
Две недели пролетели как один длинный, тёплый, солёный день.
В последнее утро Додик поймал себя на мысли, что ему уже слегка не хватает криков дяди Гриши во дворе и философских вздохов Мони. Он сказал об этом Зое.
- Я знала, что ты соскучишься- сказала она. - Но я не думала, что уже через четырнадцать дней.
- Я не по людям- попытался оправдаться он. - Я по… шуму. По нашему шуму.
Встреча в аэропорту была достойной отдельного рассказа.
Их ждали не только Ицик с Моней, но и, по какому-то негласному сговору, тётя Сима и дядя Гриша. А также - Шимен, который, как выяснилось, возвращался тем же рейсом, и его встретила вся его большая семья. Получился небольшой хаотичный митинг у выхода в зал прилёта.
- Ну что, набрались тишины? - спросил Моня, забирая чемодан.
- Тишины нет - честно ответил Додик. - Зато набрались одесситов. Они там, оказывается, везде.
-Это не новость-фыркнул Ицик. - Это закон природы.
В машине Моня вёл, а Ицик с переднего пассажирского сиденья оборачивался и требовал отчёт.
-Ну, рассказывайте по пунктам. Море тёплое? Люди хорошие? Поссорились хоть раз?
- Море как суп тёти Симы, бесконечное и хорошее- отчеканил Додик.
- Люди как вы, только с другим акцентом. А ссориться было некогда.
Когда они въехали на Пересыпь, сердце Додика странно ёкнуло.
От знакомых, чуть облупившихся фасадов, от кривых балконов, от запаха акаций и жареной рыбы. Это был запах дома.
На пороге квартиры их ждал сюрприз. Фикус, подаренный когда-то Моней и Ициком, был украшен бантиком. На столе стоял свежий пирог и записка от тёти Симы:
-Чтобы в доме пахло не чемоданом, а угощением. Ждите вечером на чай. Все.
Додик открыл окно. Ворвался знакомый шум: детские крики, дрель из соседнего двора, отдалённый гул трамвая. Зоя подошла и встала рядом.
- Ну что-сказала она. - Дома.
- Дома-кивнул он. - И знаешь, что я понял там, на той пристани, когда мы заблудились?
- Что?
- Что дом - это не точка на карте. Это направление.
И мы с тобой идём в одном направлении. Даже когда кружим на лодке.
Вечером, как и обещали, пришли друзья. Ицик, Моня с жёнами, тётя Сима с пирогом уже на десерт, дядя Гриша на минутку. Сидели за столом, пили чай, смотрели фотографии. Показывали снимок с Шименом.
- О, да это же Шимен Яковлевич! - воскликнула Сара, жена Ицика. - Он с маминой двоюродной сестрой учился! Мир тесен, как кошелёк скряги.
Рассказали про тётю Лилю и тётю Розу.
- А, Лилька с Розкой! - махнул рукой дядя Гриша. Они всё на свете могут найти. Особенно борщ.
Смеялись, говорили, перебивали друг друга.
И Додик ловил себя на мысли, что этот вечер, этот шум, эти лица и есть то самое море, в которое можно возвращаться бесконечно. Только солёнее и глубже.
Перед сном он обнял Зою и сказал:
-Хороший у нас медовый отпуск был, и люди вокруг нас прекрасные.
За окном гудела Пересыпь. Их Пересыпь.
В которой теперь на одну счастливую квартиру стало больше.
И это, как говаривал Моня, был самый лучший результат ремонта.
А Вы не забудьте подписаться , оставить комментарий и послать близкому человеку ♥️
#анекдоты#самыесмешныеанекдоты#лучшиееврейскиеанекдоты#самылучшиееврейскиеанекдоты#анекдотыпроевреев#анекдотыизодессы#одесскиеанекдоты#анекдотыпропривоз#еврейскиеприколы#еврейскиеприколы#психология#еврейскоевоспитание#всепроевреев#рецепты#