Вики, Кристина...
"Датский" отзыв ко Всемирному дню балета, который в этом году отмечается 7 февраля. Балетная история автора "Беспринципных", самого продаваемого российского прозаика и одного из самых востребованных драматургов Александра Цыпкина. Прежде ничего у него не читала, эту вещь, технически, не читала тоже. Слушала в авторском исполнении (весьма достойном) повесть, которая в сути авторская же новеллизация пьесы, седьмой год идущей в питерском Приюте комедианта. В театральной версии это соединение драмы и балета - в спектакле заняты солисты Мариинского театра, у каждого сольный номер после монолога: Юрий Смекалов (соавтор и режиссер) классический, Александр Челидзе современный, Виталий Куликов - экспериментальный танец.
Зрители восхищаются балетной составляющей спектакля, сетуя на недостатки драматургической. Как слушатель аудиокниги, по определению лишенный возможности оценить танец, скажу: мне драмы хватило. История выстроена как монолог героя, который прилетел в Германию, совместив деловую поездку (айтишник из продвинутых) и очное знакомство с виртуальной возлюбленной. Кристина эмигрировала из России много лет назад сегодня солистка балетной труппы. Монолог сменяется диалогом, когда герой звонит ей из арендованной машины, в сути оставаясь монологом с краткими репликами собеседницы и пространным пересказом событий вчерашнего вечера рассказчика в обществе трех артистов балета.
Все трое в ожидаемой для балетных прекрасной форме, хотя в иерархии сильно не на одинаковых позициях: артист кордебалета. солист, премьер. Все примерно в возрасте рассказчика, а значит и Кристины, предпенсионном - пенсионный у балетных, вы ведь помните, наступает рано. Карьера вот-вот закончится, ни один не уровня Нуриева, у каждого своя боль по краткости сценической жизни, страх неопределенности дальнейшего. И каждый из троих вспоминает некую Вику, с которой в юности танцевали все трое, позже исключенную из Вагановского за воровство - никто не верит, что она в самом деле украла те часы.
Выясняя, что один даже ходил к ректору защищать, другой знал, что часы подбросили, но молчал, третий придумал ей обидное прозвище и сделал объектом буллинга. Ударно панчлайновый финал, идеальный для театра, впечатляет и в прозе. Признаюсь. я была предубеждена против автора, с его, хм, насельниками Патриарших "Три товарища" история тоже довольно мажорская по антуражу, но горькая нежность ремаркова прототипа живет в ней. Послушайте, оно того стоит.