— Полина, ты что, серьезно? — Дима так резко развернулся от окна, что Полина даже вздрогнула. — Я не прошу у тебя миллион на какую-то ерунду! Речь о машине, которая нужна нам обоим!
— Нам? — Полина медленно поставила сумку на пол и сняла куртку. — Дим, нашей «Киа» всего восемь лет. Она в отличном состоянии, ты сам за ней следишь как за ребенком.
— Восемь лет — это уже возраст для машины, — вмешалась Анастасия Романовна, сидевшая на кухне с видом человека, который здесь полноправный хозяин. — И потом, Димочка заслужил нормальный автомобиль. Он же работает, старается.
Полина прошла на кухню, чувствуя, как усталость после рабочего дня наваливается свинцовой тяжестью. Среда выдалась нервной — два конфликтных пациента, сбой в программе записи, и вот теперь еще это.
— Анастасия Романовна, я не спорю, что Дима работает, — она открыла холодильник, доставая продукты для ужина. — Но у нас есть прекрасная машина. Зачем тратить деньги на новую?
— Так у вас же есть накопления! — свекровь приподнялась на стуле, и в ее голосе прозвучали металлические нотки. — Или ты собираешься сидеть на этих деньгах, как дракон на золоте?
Полина замерла с пакетом молока в руках. Она никогда не говорила свекрови о накоплениях. Более того, даже Диме она не называла точную сумму.
— Откуда вы знаете про накопления? — она повернулась к мужу.
Дима отвел взгляд, и этого было достаточно.
— Дим, ты рылся в моем телефоне?
— Я не рылся, — он раздраженно махнул рукой. — Случайно увидел выписку по счету месяца три назад. Ты сама оставила телефон разблокированным.
— Три месяца назад, — медленно проговорила Полина. — И все это время ты молчал. А теперь вдруг решил, что имеешь право распоряжаться моими деньгами?
— Нашими, — поправил Дима. — Мы муж и жена. Или я что-то путаю?
Анастасия Романовна кивнула, довольная, что сын взял нужный тон.
— Вот именно. Муж и жена должны все решать вместе. А ты живешь отдельной жизнью, Полиночка. Это неправильно.
Полина закрыла холодильник, даже не начав готовить ужин. Аппетит пропал начисто.
— Это мои деньги, — она произнесла каждое слово медленно и четко. — Я копила их десять лет. Еще до того, как мы с Димой поженились. Каждый месяц откладывала часть зарплаты. Отказывала себе в покупках, в поездках, во всем.
— Ну и что теперь? — Дима развел руками. — Будешь любоваться на циферки в приложении? Деньги для того и существуют, чтобы их тратить!
— Тратить на то, что действительно нужно, — Полина почувствовала, как внутри начинает закипать. — А не на прихоть, которая появилась у тебя позавчера!
— Это не прихоть! — Дима повысил голос. — Я уже смотрел «Хендай Туссан», отличная машина, и цена приемлемая. Можно взять в кредит, переплата небольшая.
— Кредит? — Полина покачала головой. — Дим, мы никогда не брали кредиты. Это же кабала на несколько лет.
— Тогда можно без кредита, — он шагнул к ней. — У тебя же есть деньги. Там больше двух миллионов, я видел. Машина стоит два триста. Останется еще запас.
Значит, он не просто случайно увидел выписку. Он запомнил сумму. Полина ощутила укол предательства — острый и болезненный.
— Нет, — она покачала головой. — Я не буду тратить свои накопления на машину, которая нам не нужна.
— Не нужна? — Дима вскинул руки. — А кому нужна? Может, ты собираешься их на тот свет с собой забрать?
— Димочка, успокойся, — Анастасия Романовна встала и положила руку на плечо сына. — Полина, милая, ну подумай сама. Какой смысл держать деньги на счете? Инфляция их съедает. Лучше вложить во что-то полезное.
— Например, в машину, — Дима кивнул, благодарный за поддержку.
Полина посмотрела на них обоих — на мужа и свекровь, стоящих единым фронтом против нее. Когда они успели так сплотиться? И почему она чувствует себя чужой в собственной квартире?
— Я устала, — она повернулась к выходу из кухни. — Не хочу об этом говорить.
— Вот так всегда! — крикнул ей вслед Дима. — Как только разговор не по твоему, ты сразу уходишь!
Полина закрылась в спальне и опустилась на кровать. Руки дрожали. Семь лет брака, и она впервые видела Диму таким — требовательным, агрессивным, чужим. А свекровь... Анастасия Романовна всегда была властной, но раньше хотя бы соблюдала видимость вежливости.
Телефон завибрировал. Сообщение от Ирины: "Как дела? Что-то ты сегодня какая-то не такая была".
Полина задумалась, стоит ли писать подруге. Но кому еще она может рассказать?
"Дима требует, чтобы я отдала накопления на новую машину. Причем вместе со свекровью давят. Я в шоке".
Ответ пришел мгновенно: "Что?! Поля, это же твои деньги! Ты столько лет копила! Не поддавайся!"
Полина улыбнулась сквозь подступившие слезы. Хорошо, что есть хоть один человек, который ее понимает.
За дверью послышались голоса. Дима с матерью продолжали обсуждение, теперь уже не стесняясь в выражениях.
— Надо действовать жестче, — говорила Анастасия Романовна. — Она слишком самостоятельная стала. Думает, раз деньги у нее, то она тут главная.
— Мам, но что я могу сделать? — голос Димы звучал растерянно. — Это правда ее счет, я не могу просто взять и снять деньги.
— А ты настаивай. Ты же мужчина, глава семьи. Пусть поймет, кто здесь хозяин.
Полина зажала рот рукой, чтобы не закричать. Глава семьи? Хозяин? Она что, вещь какая-то, которой можно распоряжаться?
Утром Дима ушел на работу, даже не попрощавшись. Полина доехала до клиники на автобусе — машину он забрал демонстративно.
— Господи, Поль, у тебя вид, как будто ты неделю не спала, — Ирина встретила ее в раздевалке. — Что случилось?
Полина коротко пересказала вчерашний вечер.
— Значит, он уже три месяца знал про твои деньги и молчал, — Ирина задумчиво кивнула. — А теперь вдруг решил потребовать. Поля, это же спланированная атака. Они со свекровью точно все обсудили заранее.
— Но зачем? — Полина не понимала. — У Димы нормальная зарплата. Если он так хочет машину, может сам копить.
— А зачем копить, если можно взять готовое? — Ирина пожала плечами. — Извини за прямоту, но твой муж привык, что мамочка всегда все для него решала. Вот и сейчас решил, что ты тоже должна.
***
Следующие два дня Дима практически не разговаривал с Полиной. Приезжал поздно, ложился спать, отворачиваясь к стене. Утром уезжал раньше, чем она просыпалась. Полина пыталась начать разговор, но он обрывал любые попытки:
— Поговорим, когда ты будешь готова нормально обсудить вопрос с машиной.
В пятницу вечером Полина вернулась домой и обнаружила, что Дима собирает вещи.
— Ты что делаешь? — она остановилась в дверях спальни.
— Переезжаю к маме на несколько дней, — он, не глядя на нее, складывал одежду в сумку. — Мне нужно подумать.
— Подумать? — Полина почувствовала, как земля уходит из-под ног. — О чем?
— О нас. О том, есть ли смысл в браке, где жена считает мужа чужим человеком.
— Дим, я никогда не считала тебя чужим!
— Тогда почему ты не хочешь помочь мне? — он наконец посмотрел на нее, и в его глазах было что-то новое. Холод. — Я всего лишь прошу дать денег на машину. Не навсегда, а взаймы. Потом верну.
— Взаймы? — Полина опустилась на край кровати. — Дим, это же огромная сумма. Когда ты сможешь ее вернуть?
— Не знаю. Год, два. Какая разница? Мы же муж и жена.
— Именно поэтому я и не понимаю, почему ты не можешь просто смириться с отказом, — она старалась говорить спокойно, хотя внутри все клокотало. — Почему мое "нет" для тебя ничего не значит?
— Потому что это эгоизм! — Дима резко застегнул сумку. — Ты думаешь только о себе. О своих накоплениях, о своей безопасности. А я? А мои желания?
— Твои желания? — Полина встала. — А мои? Я десять лет откладывала каждую копейку. Знаешь, сколько раз я отказывалась от покупок, чтобы сэкономить? Пока ты покупал себе новые удочки, спиннинги, ездил с друзьями на рыбалку?
— Так это копейки! — махнул он рукой.
— Копейки? — Полина открыла телефон и нашла таблицу расходов, которую вела последние три года. — Смотри. Только за прошлый год ты потратил на свои увлечения сто двадцать тысяч. Сто двадцать! А я за это же время отложила четыреста.
Дима даже не взглянул на экран.
— Это другое. Мужчина должен иметь хобби.
— А женщина должна отдавать все деньги мужу? — Полина почувствовала, как голос срывается на крик. — Это как?
— Я не прошу все! — он схватил сумку. — Но два миллиона просто лежат! Они не работают!
— Они работают на мое спокойствие, — Полина выпрямилась. — Это моя подушка безопасности. На случай, если что-то случится.
— Что может случиться? — Дима уже стоял в дверях. — Ты всегда думаешь о плохом. Живи сегодняшним днем!
— Сегодняшним днем живут те, у кого нет завтрашнего, — выпалила Полина.
Дима хлопнул дверью. Через минуту хлопнула входная. Полина осталась одна в гулкой тишине квартиры.
Телефон зазвонил почти сразу. Анастасия Романовна.
— Полина? Димочка приехал ко мне весь расстроенный. Что ты наделала?
— Я? — Полина даже рассмеялась от абсурдности ситуации. — Это я наделала?
— Ну конечно! Ты же довела мальчика до того, что он ушел из дома! Из-за каких-то денег!
— Анастасия Романовна, это Дима ушел сам. Я его не выгоняла.
— Потому что ты создала невыносимую атмосферу! — свекровь повысила голос. — Ты понимаешь, что разрушаешь свой брак? И ради чего? Ради цифр на экране?
— Ради моих денег, которые я заработала своим трудом, — Полина сжала телефон так сильно, что побелели костяшки пальцев. — И которыми я имею право распоряжаться сама.
— Какая распоряжаться! — Анастасия Романовна перешла на откровенный крик. — Ты жена! Ты должна поддерживать мужа, а не думать только о себе!
Полина сбросила звонок. Руки тряслись. Она включила режим "не беспокоить" и легла на диван, уткнувшись лицом в подушку.
На следующий день Ирина приехала к ней с пакетом еды из кулинарии.
— Ты ела вообще что-нибудь? — она прошла на кухню и начала выкладывать контейнеры. — Поля, я серьезно. Нельзя так убиваться.
— Я не убиваюсь, — Полина сидела за столом, обхватив руками кружку с остывшим чаем. — Я просто не понимаю, что происходит. Как будто я проснулась в какой-то параллельной реальности.
— А происходит то, что твой муж показал свое настоящее лицо, — Ирина села напротив. — Поля, я знаю, тебе сейчас больно это слышать. Но лучше узнать правду сейчас, чем через десять лет.
— Ира, может, я правда не права? — Полина посмотрела на подругу. — Может, мне стоило пойти навстречу?
— И что? Отдать два миллиона на машину? А потом что? Через год Дима захочет еще что-нибудь. Или свекровь придумает, куда пристроить твои накопления.
— Свекровь... — Полина вспомнила вчерашний звонок. — Она кричала, что я разрушаю брак.
— Она кричала, что ты не даешь ей контролировать твою жизнь, — поправила Ирина. — Поль, у меня был похожий опыт. Помнишь, я рассказывала про Максима? Он тоже сначала просил по мелочи. То на телефон новый, то на ноутбук. А потом оказалось, что у него кредитов на полмиллиона, и он хотел, чтобы я расплатилась.
Полина кивнула. Она помнила эту историю. Помнила, как Ирина два года выплачивала чужие долги, а потом узнала, что Максим успел набрать новых.
— Но Дима не Максим, — она все еще хотела верить, что это недоразумение. — Он не играет, не берет кредиты тайком.
— Пока не берет, — Ирина взяла ее руку. — Поля, я не хочу тебя пугать. Но подумай: он три месяца знал про твои деньги и молчал. Потом вдруг начал требовать. Причем сразу большую сумму. И привлек к этому маму. Это план, понимаешь? Он готовился.
Полина молчала. Где-то в глубине души она понимала, что Ирина права. Но признать это означало признать, что последние семь лет были ошибкой.
В воскресенье Дима прислал сообщение: "Нам надо поговорить. Серьезно поговорить. Приезжай к маме".
Полина перечитала сообщение несколько раз. К маме? Почему не домой? Почему на территории свекрови?
"Может, лучше встретимся дома?" — написала она.
"Нет. У мамы. В три часа. Будь точно".
Полина посмотрела на часы. Одиннадцать утра. У нее было время подготовиться. Она открыла банковское приложение и сделала скриншоты всех вкладов. Потом достала папку с документами — договоры, справки о зарплате, выписки за последние годы.
Если Дима хочет серьезного разговора, она будет готова.
***
Квартира Анастасии Романовны находилась в старом доме на окраине города. Полина поднялась на четвертый этаж и позвонила в дверь. Открыла свекровь, и Полина сразу поняла по ее лицу — разговор будет тяжелым.
— Проходи, — Анастасия Романовна даже не поздоровалась.
В комнате на диване сидел Дима. Он не встал при виде жены, не улыбнулся. Просто кивнул на кресло напротив.
— Садись.
Полина села, положив сумку на колени. Чувствовала себя как на допросе.
— Полина, давай сразу к делу, — начала Анастасия Романовна, устраиваясь рядом с сыном. — Ты поставила Диму перед выбором. Либо ты идешь навстречу, либо брак под угрозой.
— Это я поставила? — Полина не поверила своим ушам. — Извините, но это Дима ушел из дома.
— Потому что ты не оставила ему выбора! — свекровь повысила голос. — Ты ведешь себя как эгоистка! У тебя есть деньги, которые просто лежат мертвым грузом!
— Анастасия Романовна, это мои деньги, — Полина старалась сохранять спокойствие. — Я имею право решать, как их тратить.
— Какие твои? — свекровь вскинула руки. — Вы с Димой муж и жена! Все должно быть общее!
— Хорошо, — Полина достала телефон и открыла таблицу расходов. — Давайте тогда посчитаем. За последние три года я внесла в семейный бюджет на четыреста тысяч рублей больше, чем Дима. Я оплачиваю продукты, коммунальные услуги, бытовую химию. Дима оплачивает интернет и мобильную связь. Все остальное на мне.
Дима поморщился:
— При чем здесь это? Я тоже зарабатываю.
— Зарабатываешь и тратишь на себя, — Полина посмотрела ему в глаза. — Новые удочки каждый сезон. Спиннинги. Палатки. Навигаторы. Эхолоты. Поездки с друзьями. Я никогда не говорила тебе, что это плохо. Это твои деньги, твое право. Но почему мои накопления вдруг стали общими?
Анастасия Романовна встала и прошлась по комнате.
— Димочка, ты слышишь? Она считает каждую копейку! Ведет таблицы! Это же ненормально!
— Это называется планирование бюджета, — спокойно ответила Полина. — И благодаря этому у меня есть накопления.
— Которые ты не хочешь тратить на нужды семьи! — свекровь развернулась к ней. — А знаешь что? У меня тоже есть предложение.
Полина насторожилась. В голосе Анастасии Романовны появились новые нотки — хитрые, расчетливые.
— Мне на работе предложили выкупить долю в складском помещении, — свекровь села обратно на диван. — Мебельная фабрика расширяется, нужны дополнительные площади. Кто вложится сейчас, потом сможет сдавать в аренду и получать стабильный доход.
Полина молча слушала, уже понимая, к чему клонит свекровь.
— Нужен миллион рублей, — Анастасия Романовна посмотрела на нее выжидающе. — Это отличное вложение. Через год-два окупится, а потом будет приносить чистую прибыль. Двадцать-тридцать тысяч в месяц стабильно.
— И вы хотите, чтобы я дала вам миллион? — медленно проговорила Полина.
— Не дала, а вложила! — поправила свекровь. — Мы оформим все официально. Ты станешь совладелицей. Будешь получать свою долю прибыли.
— Какую долю? — спросила Полина. — Сколько процентов?
Анастасия Романовна замялась:
— Ну, это мы обсудим. Главное, что это выгодно всем.
— Договор будет? — продолжала Полина. — Официальный, заверенный?
— Какой договор между родными людьми! — свекровь махнула рукой. — Мы же не чужие! Я тебе как матери верю!
Полина почувствовала, как внутри что-то окончательно щелкнуло. Родные люди. Договор не нужен. Она медленно убрала телефон в сумку и посмотрела на свекровь.
— То есть я должна отдать вам миллион рублей просто так, на честном слове?
— Полиночка, ну что ты как маленькая! — Анастасия Романовна изобразила обиженную улыбку. — Я же мать Димы! Куда я денусь?
— Никуда, — согласилась Полина. — Но и денег моих не получите.
Повисла тяжелая пауза. Дима нервно теребил край дивана, свекровь медленно краснела.
— Значит, ты отказываешь? — голос Анастасии Романовны стал ледяным. — Даже не хочешь помочь семье?
— Какой семье? — Полина встала. — Семья — это когда люди поддерживают друг друга. Уважают выбор. А вы меня шантажируете.
— Шантажируем?! — взвилась свекровь. — Да мы тебе предлагаем возможность! Вложить деньги с умом! А ты...
— А я вижу, что это ловушка, — перебила ее Полина. — Вы хотите, чтобы я отдала миллион без всяких гарантий. А потом что? Через полгода окажется, что сделка не состоялась, деньги потрачены, а вернуть нечего?
— Как ты смеешь! — Анастасия Романовна вскочила с дивана. — Я честный человек! Всю жизнь работаю!
— Тогда почему вы боитесь оформить договор? — Полина тоже поднялась. — Если все честно, что мешает закрепить это на бумаге?
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала. Дима наконец встал с дивана:
— Полина, хватит. Ты унижаешь мою мать.
— Я задаю нормальные вопросы, — Полина повернулась к мужу. — Дим, ты правда не видишь, что происходит? Сначала машина за два триста. Теперь миллион на какой-то склад. Что будет дальше?
— Дальше будет то, что ты останешься одна, — холодно произнес Дима. — Если ты сейчас уйдешь и не согласишься помочь, я подам на развод.
Полина застыла. Она ожидала многого, но не этого. Не ультиматума. Не угроз.
— То есть ты меня шантажируешь разводом? — она медленно проговорила каждое слово.
— Я даю тебе выбор, — Дима скрестил руки на груди. — Либо ты становишься нормальной женой, либо...
— Либо что? — Полина шагнула к нему. — Либо ты найдешь другую, которая будет отдавать тебе все деньги по первому требованию?
— Не надо так! — вмешалась Анастасия Романовна. — Димочка просто хочет, чтобы ты поняла. В браке нельзя жить отдельно. Все должно быть общим.
— Хорошо, — Полина кивнула. — Давайте тогда сделаем все общим. Дима, открой мне доступ к своей зарплатной карте. Давай я буду контролировать твои расходы. Проверять каждую покупку.
Дима побледнел:
— Это другое...
— Почему другое? — Полина почувствовала, как внутри нарастает холодная ярость. — Ты хочешь контролировать мои деньги, но свои не даешь? Это как называется?
— Полина, ты сейчас переходишь границы, — Анастасия Романовна шагнула между ними. — Димочка — мужчина, глава семьи. Он имеет право распоряжаться финансами.
— Моими финансами? — Полина посмотрела на свекровь. — Нет. Не имеет. И вы тоже.
— Тогда собирайся, — Дима взял с дивана телефон. — Я серьезно. Если ты сейчас уйдешь, считай, что мы закончили.
Полина стояла посреди комнаты и смотрела на мужа. Семь лет назад она влюбилась в веселого парня с добрыми глазами, который катал ее на машине и дарил цветы. Где он? Когда успел превратиться в этого чужого человека, который шантажирует ее разводом ради денег?
— Знаешь, Дим, — она взяла сумку, — ты прав. Мы действительно закончили.
— Полина! — свекровь схватила ее за руку. — Ты понимаешь, что делаешь? Останешься одна! В твоем возрасте найти нового мужа непросто!
Полина высвободила руку:
— Мне тридцать два. И даже если бы мне было пятьдесят — лучше быть одной, чем жить с теми, кто видит во мне только кошелек.
— Как ты смеешь! — взвизгнула Анастасия Романовна. — Мой Димочка всю жизнь при тебе ходил! Терпел твой характер! А ты...
— Мои деньги останутся при мне, ни ты, ни твоя мама ничего не получите! — Полина развернулась к выходу.
Она вышла из квартиры под вопли свекрови и молчание Димы. Спускалась по лестнице, и с каждой ступенькой становилось легче дышать. Как будто сбрасывала тяжелый груз.
На улице достала телефон и набрала Ирину:
— Ир, можешь сейчас говорить?
— Конечно. Что случилось?
— Я ушла от Димы.
Повисла пауза.
— Совсем? — осторожно спросила Ирина.
— Совсем, — Полина остановилась на автобусной остановке. — Он поставил ультиматум. Либо деньги, либо развод. Я выбрала развод.
— Поля... — в голосе Ирины звучали и облегчение, и беспокойство. — Как ты?
— Странно, — призналась Полина. — Мне должно быть страшно. Больно. А мне... легко. Как будто я наконец-то что-то правильное сделала.
На следующей неделе Полина записалась на консультацию к юристу. Молодая женщина лет сорока внимательно выслушала ее историю и кивнула:
— У вас хорошие шансы отстоять накопления. Часть денег была до брака, это подтверждают выписки. Остальное — целевые накопления, вы не тратили их на совместные нужды. Нужно будет собрать все документы.
— А если он будет настаивать, что деньги общие?
— Пусть попробует доказать, — юрист улыбнулась. — Вы же ведете учет расходов? Это очень поможет. Покажете, что вносили в семейный бюджет больше, чем он. А накопления — это ваша личная инициатива.
Полина вышла из юридической конторы с папкой документов и четким планом действий. Дима не звонил уже пять дней. Анастасия Романовна писала сообщения — сначала гневные, потом примирительные. Полина не отвечала.
В пятницу на работе Олег Петрович вызвал ее к себе в кабинет:
— Полина Александровна, у меня к вам предложение. Наша старший администратор Евгения Сергеевна уходит в декрет. Я хотел бы предложить вам эту должность. Зарплата на пятнадцать тысяч выше, плюс ответственность больше, конечно.
Полина не сразу нашлась с ответом. Повышение. Именно сейчас, когда жизнь рушится.
— Я... благодарю вас. Конечно, я согласна.
— Отлично, — Олег Петрович улыбнулся. — Вы хороший работник, Полина Александровна. Ответственная, пунктуальная. Мы ценим таких людей.
Вечером Ирина пришла к Полине с пиццей и небольшим тортом:
— Поздравляю с повышением! Видишь, как вселенная работает? Одна дверь закрывается, другая открывается.
Они сидели на кухне, ели пиццу и пили чай.
— Знаешь, Ир, — Полина задумчиво смотрела в окно, — я десять лет копила эти деньги. Думала — на будущее, на детей, на что-то важное. А оказалось, что самое важное — это понять, кто рядом с тобой.
— И что теперь? — спросила Ирина.
— Теперь буду жить дальше, — Полина повернулась к подруге. — Работать, копить. Только уже для себя. Если Дима опомнится — посмотрю, стоит ли давать второй шанс. Но требовать денег он больше не посмеет.
— А если не опомнится?
Полина пожала плечами:
— Значит, не судьба. Я проживу. У меня есть работа, которую я люблю. Есть деньги, которые я заработала сама. Есть подруга, которая меня поддерживает. Это уже немало.
Через два дня Полина столкнулась с соседкой Светланой Викторовной в подъезде. Та сразу же приклеилась:
— Полиночка, а что это Дмитрий к вам не ходит? Анастасия Романовна говорит, что у вас размолвка случилась.
— Светлана Викторовна, это наши личные дела, — Полина нажала кнопку лифта.
— Ну как же личные! — соседка не отставала. — Вы же столько лет вместе! Надо мириться, пока не поздно. А то мужики быстро новых находят.
— Пусть находит, — спокойно ответила Полина и зашла в лифт.
Вечером того же дня позвонил Дима. Впервые за неделю.
— Полина, нам надо встретиться.
— Зачем?
— Поговорить. Нормально поговорить.
Полина помолчала, взвешивая.
— Хорошо. Но не у твоей мамы. В кафе, где мы познакомились.
— Договорились. Завтра в семь?
— Завтра в семь.
Полина положила трубку и долго сидела, глядя в темное окно. Интересно, с чем он придет? С извинениями? Или с новыми требованиями?
Она открыла банковское приложение. 2 870 000 рублей. Каждая копейка заработана честным трудом. Каждый рубль — это ее выбор, ее решение, ее будущее.
И она больше не позволит никому распоряжаться этим будущим.
***
Полина пришла в кафе за десять минут до назначенного времени. Села за столик у окна — тот самый, где они с Димой когда-то встречались после работы. Восемь лет назад она сидела здесь и слушала, как он рассказывает о своей мечте — купить домик у озера, ловить рыбу, жить спокойно. Она улыбалась и думала, что это мило.
Теперь она понимала — мечты так и остались мечтами. А реальность оказалась совсем другой.
Дима появился ровно в семь. Выглядел уставшим, под глазами темные круги.
— Привет, — он сел напротив.
— Привет.
Официантка принесла меню, но Дима отмахнулся:
— Мне просто воды.
Полина заказала себе чай. Молчали, пока официантка не принесла заказ и не ушла.
— Полин, я хочу, чтобы ты вернулась домой, — Дима заговорил первым. — Хватит этого спектакля.
Полина медленно размешала сахар в чае:
— Спектакля?
— Ну да, — он провел рукой по лицу. — Ты уже наказала меня. Я понял, что был не прав. Давай вернемся к нормальной жизни.
— И что изменилось? — она посмотрела ему в глаза. — Ты больше не хочешь машину? Твоя мама отказалась от склада?
Дима поморщился:
— Машину я возьму в кредит. Сам. А мама... Ну, это ее дела.
— То есть ты все еще считаешь, что я должна была дать денег?
— Я не это сказал! — он повысил голос, потом спохватился и понизил тон. — Просто... Полин, мы же столько лет вместе. Неужели все это ничего не значит?
— Значит, — она кивнула. — Но видимо, для тебя эти годы значат меньше, чем два миллиона на счету.
— Это не так, — Дима сжал кулаки. — Я просто хотел, чтобы у нас была новая машина. Это же нормально?
— Нормально, — согласилась Полина. — Но ненормально требовать, шантажировать, устраивать сцены с участием матери.
Дима отвел взгляд.
— Мама просто хотела помочь.
— Помочь забрать мои деньги, — уточнила Полина. — Дим, я десять лет копила. Это моя подушка безопасности. Мое будущее. И ты хотел, чтобы я просто взяла и отдала все это на машину и сомнительный бизнес твоей матери.
— Так ты что, вообще не собираешься тратить эти деньги? — он наконец посмотрел на нее. — Будешь сидеть на них до старости?
— Может быть, — Полина пожала плечами. — А может, потрачу на образование. Или на путешествие. Или на квартиру. Но это будет мой выбор. Понимаешь? Мой.
Дима молчал. Пил воду маленькими глотками.
— Мама говорит, что ты изменилась, — он наконец произнес. — Стала жесткой. Бессердечной.
— Твоя мама много чего говорит, — Полина отпила чай. — Но правда в том, что я не изменилась. Я всегда была такой. Просто раньше вы не замечали, потому что я молчала и не противоречила.
— И что теперь? — Дима положил руки на стол. — Ты собираешься подать на развод?
Полина задумалась. Это был хороший вопрос. Она еще неделю назад не могла представить жизнь без Димы. А сейчас?
— Не знаю, — честно призналась она. — Мне нужно время подумать.
— Сколько времени?
— Столько, сколько нужно.
Дима кивнул. Встал, достал кошелек.
— Я заплачу.
— Не надо, — Полина остановила его. — Я сама.
Он замер, потом убрал кошелек:
— Как скажешь.
Вышли из кафе вместе. На улице было холодно, начинался снег.
— Полин, — Дима остановился, — я правда хочу, чтобы ты вернулась. Без всяких условий. Просто вернись.
— А потом? — спросила Полина. — Через месяц ты снова начнешь требовать денег? Или твоя мама придумает новый способ их выманить?
— Нет, — он покачал головой. — Я понял. Твои деньги — твое дело.
Полина посмотрела на него долгим взглядом:
— Дим, ты говоришь это сейчас. Потому что я ушла. Потому что испугался остаться один. Но что будет через месяц? Через год? Ты снова позволишь маме лезть в нашу жизнь?
Дима молчал.
— Вот видишь, — Полина застегнула куртку. — Ты даже не можешь пообещать, что защитишь меня от нее. А я больше не хочу жить в постоянном напряжении.
— Значит, все? — голос Димы дрогнул. — Семь лет — и все?
— Семь лет, — повторила Полина. — Семь лет я думала, что у нас крепкий брак. А оказалось, что он держался только потому, что я не противоречила. Не спорила. Не защищала свои интересы.
Она развернулась и пошла к остановке. Дима не окликнул ее. Не побежал следом. Просто стоял под снегом и смотрел ей вслед.
Дома Полина сняла куртку, приготовила себе простой ужин и села за ноутбук. Открыла сайт с курсами повышения квалификации для администраторов. Давно хотела пройти обучение, но откладывала. Теперь самое время.
Телефон зазвонил. Анастасия Романовна.
Полина посмотрела на экран, потом нажала кнопку отклонить. И заблокировала номер.
Через минуту пришло сообщение от Димы: "Мама хочет с тобой поговорить".
Полина написала в ответ: "Мне не о чем с ней разговаривать. И с тобой тоже, пока ты не научишься ставить границы".
Больше сообщений не было.
Прошла неделя. Полина вошла в новый ритм жизни — работа, дом, курсы онлайн по вечерам. Ирина заходила пару раз, приносила еду и новости:
— Представляешь, Светлана Викторовна всем во дворе рассказывает, что ты Диму из-за денег выгнала.
— Пусть рассказывает, — Полина пожала плечами. — Мне все равно.
— Правда все равно? — Ирина внимательно посмотрела на нее.
— Правда, — Полина кивнула. — Знаешь, я раньше боялась, что подумают соседи, коллеги, родственники. А сейчас понимаю — какая разница? Главное, что я знаю правду.
В начале марта Полина официально вступила в должность старшего администратора. Олег Петрович поздравил ее, вручил цветы, познакомил с новыми обязанностями.
Зарплата стала больше. Полина перевела первые пятнадцать тысяч прибавки на накопительный счет. Теперь там было 2 885 000.
Вечером пришло сообщение от Димы: "Мне нужно забрать вещи. Когда ты будешь дома?"
Полина написала адрес и время. В субботу Дима приехал с большой сумкой. Собирал вещи молча, она не мешала. Когда он закончил, остановился в дверях:
— Полин, я все еще надеюсь, что ты передумаешь.
— Не надейся, — она покачала головой. — Дим, ты хороший человек. Но ты не готов быть мужем. Ты готов быть сыном своей мамы. А это разные вещи.
Дима ушел. Полина закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Чувствовала себя странно — не грустно, не радостно. Просто спокойно.
Она прошла в комнату, открыла ноутбук. На экране — личный кабинет банка. 2 885 000 рублей.
Полина открыла чат с Ириной:
"Знаешь, а я, кажется, в первый раз за долгое время чувствую себя свободной".
Ирина ответила сразу: "Горжусь тобой, подруга".
Полина улыбнулась и закрыла ноутбук. За окном стоял мартовский вечер. Где-то там Дима рассказывал матери, как несправедлива к нему жена. Где-то Анастасия Романовна строила новые планы, как вернуть контроль над ситуацией.
Но Полина больше не была частью этой игры.
Она выстояла. Сохранила деньги. Сохранила достоинство. И самое главное — сохранила себя.
А это дорогого стоило.
Полина думала, что самое страшное уже позади. Но через три месяца выяснилось - развод с Димой был только началом. То, что она узнала случайно, листая документы в юридической конторе, заставило ее кровь застыть в жилах...
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...