После мая 1945 года в СССР оказалось около 2 390 000 военнопленных - немцев и солдат союзных армий. Основная их масса попала в плен в 1944–1945 годах при наступлении Красной армии через Польшу и Восточную Германию. Но на фронте действовали негласные правила, по которым не всех доводили до лагерей.
В первую очередь это касалось снайперов. Особенно ярко это проявилось в Сталинграде в 1942–1943 годах, где бои шли за этажи и лестницы. Снайперы били по офицерам, связистам и пулемётчикам, что вызывало личную ненависть. В воспоминаниях фронтовиков постоянно всплывает одно и то же: снайперов живыми не брать!
Огнемётчики шли следующими в этом негласном списке. Немцы использовали Flammenwerfer 35 и Flammenwerfer 41, советские части - РОКС-2 и РОКС-3. Дальность струи - от 25 до 40 метров. Огнемётами выжигали блиндажи, подвалы и дзоты. После попадания человек либо погибал сразу, либо умирал позже от ожогов. Это оружие воспринималось как средство мучительной смерти. Поэтому солдат с баком за спиной считался приоритетной целью. Фронтовики объясняли это просто: «После огнемёта не воюют, а жарятся, такого в тыл вести - будто самому себе приговор подписывать».
Отдельной категорией шли бойцы Waffen-SS, в первую очередь дивизии «Тотенкопф», «Дас Райх» и «Викинг». Эти соединения участвовали в карательных операциях и массовых расправах в Белоруссии, на Украине и в центральных районах России. К 1943 году о их действиях знали уже на всех фронтах. Поэтому солдат в форме СС часто расстреливали сразу после захвата. Из-за чёрной формы иногда под раздачу попадали танкисты вермахта и моряки, переброшенные на сушу.
Особое отношение сложилось и к венграм. Главной силой была 2-я венгерская армия, стоявшая на Дону в 1942 году. Зимой 1943 года она была разгромлена, потеряв более 150 000 человек убитыми, ранеными и пленными. После этого венгерские части всё чаще использовались как охранные и карательные подразделения на оккупированных территориях. Жители Воронежской области и Украины вспоминали, что венгры действовали жёстче немцев. После докладов о зверствах командующий фронтом Николай Ватутин издал приказ венгров в плен не брать, но на практике солдаты начали так поступать раньше, ориентируясь на рассказы местных. Фронтовая логика звучала грубо и просто: «Немец по сравнению с ними солдат, а эти по деревням людей мучили, за такое не в плен не берут».
В итоге из примерно 2,4 миллиона военнопленных в СССР редко доходили до лагерей снайперы, огнемётчики, бойцы Waffen-SS, часть люфтваффе и венгерские подразделения. Это не было прописано в уставах, но работало как фронтовое правило. Его диктовали не инструкции, а опыт, злость и память о сожжённых деревнях и убитых товарищах. На бумаге существовал порядок, а в окопах действовал простой расчёт: кто прославился жестокостью, тот может не рассчитывать на плен.