Ветер – постоянный спутник Кати. Вначале это был Ставрополь, где ветер настолько местный житель, что ему даже памятник поставили. Потом Петербург, где, как писал классик, ветер дует со всех четырёх сторон. По логике повествования, тут должен быть абзац о ветрености и непостоянстве самой Екатерины. Но это совсем не про неё. Наша Гибискус – воплощение надёжности. Какие бы бризы, муссоны, пассаты и ураганы ни задували, она не теряет сосредоточенности и самообладания.
Маленькая Катя была очень скромной, боялась людей, неловко чувствовала себя в компании и вообще избегала чужого внимания. Любила животных, строила им дома, подкармливала, некоторых даже приносила домой, вместе с мамой выхаживала и пристраивала. Но за нежным образом скрывался твёрдый характер, обострённое чувство справедливости и умение отстаивать свою позицию.
— Папа научил меня всему находить объяснение. Если я, например, отпрашивалась с ночёвкой к подружке, уговоры и слёзы не помогали, надо было аргументированно рассказать, зачем и почему меня должны отпустить. Так я и выросла с конкретностью во всём – за любой фразой стоит смысл. Повзрослеть пришлось рано: папа умер за неделю до моего совершеннолетия. Потом было ещё много разных потрясений, с которыми я, похоже, справилась. Через тернии – к звёздам.
Отец хотел, чтобы дочка работала в строительстве. Она выбрала другой путь. Не сразу. Очень не сразу. Если ветер и оказал влияние на Катю, то именно здесь – в выборе дела жизни её по-настоящему штормило.
— Чем я только не занималась. В детстве это было рисование, тхэквондо, хоровая студия, фортепьяно… Увлекалась психологией, но поступила на биохимию пищевых продуктов, перевелась на экономиста, получила корочку «делопроизводство», отучилась на главного бухгалтера, освоила чертёжную программу, потом интернет-маркетинг, веб-дизайн, маркетинг, графический дизайн... Папина мечта отчасти исполнилась: я несколько лет имела дело с архитектурой, работала с объектами культурного наследия, много ездила по Петербургу и Ленинградской области, с удовольствием изучая архивные документы и погружаясь в историю этих мест. Однажды даже довелось побывать на крыше Эрмитажа. В конце концов решила больше не метаться и не мучить себя. Дизайн и архивы – вот моё вдохновение и любовь.
К слову, о любви. Со своим будущим мужем Ильёй Екатерина познакомилась именно на той работе. С дружбы и общения началась их семья, на этом она строится и сейчас. Супруги воспитывают двух сыновей – семилетнего Даниила и трёхлетнего Филиппа.
— Когда старшему сыну было около трёх лет, я увлеклась документальным сериалом «Вернувшиеся». Отряд поразил меня своей сплочённостью, целеустремленностью, желанием спасать и помогать. Каждую серию я смотрела со слезами и однажды записалась на вводную лекцию «ЛизаАлерт». Сразу же поняла, что мне надо быть инфоргом. Структурность, многозадачность – это моё. Чтобы понять, как у меня устроен мозг, представьте монитор компьютера, на котором открыто большое количество вкладок, и вы одновременно работаете со всеми. Так я с головой окунулась в поиск людей и отрядную жизнь.
Интересный факт: поисковик Гибискус никогда не была замечена в любви к этим цветам. Дома у неё нет ни одного гибискуса, да и вообще горшков с растениями – ноль. Выбирая позывной, Катя никак не могла определиться и решила пойти привычным ей путём – через визуализацию. Просматривала смайлики в телефоне, увидела симпатичный красный цветок. Вот и всё.
Инфогруппа действительно оказалась оптимальным вариантом для Екатерины. Во-первых, это отличный баланс для человека, который побаивается людей, но при этом хочет им помогать и быть в гуще событий. Во-вторых, удобно для мамы двух детей, которых не оставишь надолго. В-третьих, просто интересно. Сегодня за плечами инфорга Гибискус уже 86 поисков.
— Помню свой первый «найден, жив» с выездом. Бабушку тогда нашли чудом: она ушла совсем далеко, и её случайно увидели добровольцы, которые только ехали в штаб… Помню парня с задержкой развития, которого нашли по свидетельству: он целый день провёл на пляже у пруда, купался и радовался, как ребёнок, чем и привлек внимание случайных людей... Помню поиски, после которых родственники потерявшихся присоединялись к отряду... Помню и первый «найден, погиб» – это был юноша, не вернувшийся из леса, я долго потом переживала внутри себя этот случай... Когда-то давно, перед тем, как прийти в отряд, я спросила у одной девушки из «ЛизаАлерт», как вообще добровольцы находят в себе силы идти дальше после того, как нашли человека погибшим или совсем не нашли. Она ответила: мы просто пытаемся сделать всё, на что способны. Это мне и помогло. Каждый новый найденный придаёт силы и уверенности в том, что мы всё делаем правильно. Есть цель – найти. И мы к ней идём.
Несмотря на преимущественно удалённую деятельность, Гибискус иногда и сама выходит на задачи. Первым «автономом» был поиск девочки-подростка. Её нашла группа, в которой была Катя: поговорили, успокоили, сообщили родителям, а потом смотрели, как мама с дочкой плачут, обнявшись, и сами с трудом сдерживали слёзы… Однажды испытала на себе, что такое лесной поиск: зашли на задачу в одиннадцать вечера, а вышли около семи утра. На адреналине даже усталость не чувствовалась. Опыт впечатляющий, но для Кати такой формат не очень подходит – во всяком случае, пока дети не подрастут.
— Одно время я думала стать инструктором Школы «ЛизаАлерт», потому что детские поиски меня особенно волновали. Но не сложилось. Я тогда забеременела вторым ребёнком, были проблемы со здоровьем. И я решила сделать паузу. Ушла из инфогруппы, однако осталась в пресс-службе как дизайнер. Радовалась отрядным успехам, следила за поисками. С каждым месяцем всё больше хотела вернуться, но думала, что не потяну: быт, семья, работа... А минувшей осенью увидела в чате «ЛизаАлерт» объявление о федеральном обучении на инфорга и решила, что это знак. Вернулась, освежила знания и снова погрузилась в поиски пропавших людей. В отряде многое изменилось за это время, но осталось главное – сплочённость людей для общей цели. И, кстати, я уже записалась на обучение инструктором Школы «ЛизаАлерт».
За короткий срок после возвращения в инфогруппу у Гибискус были самые разные поиски: и пятилетнего малыша, и 103-летнего ветерана, самого старшего потерявшегося за всю историю «ЛизаАлерт» Питер. Катя тогда не выдержала и сама бросилась в больницу проверять свидетельство. Найден, жив.
— Пенсионеры с расстройствами памяти – одна из основных категорий потерявшихся. Далеко не всегда можно понять со стороны, что с дедушкой или бабушкой что-то не так. Они уверенно идут куда-то, отказываются от помощи, стремятся к адресам, где жили много десятков лет назад, или просто бредут куда глаза глядят... Но я вижу, что добрых, неравнодушных людей становится всё больше. Нам постоянно присылают информацию о найденных дезоринтированных стариках. И нередко оказывается, что их уже ищут родные. Такие совпадения – большая радость для всех.
Впереди у Кати большие планы и новые перемены. Закончить ремонт в доме мечты и переехать. Перейти с фриланса на полноценную работу и реализоваться в профессии, полученной за время декрета. Найти силы и ресурс на все свои проекты, но при этом уделять как можно больше времени семье. Петь, встречаться с друзьями, ездить на залив, навещать близких в родном Ставрополе. Продолжать множить добро, возвращая домой тех, кто потерялся.
В одной из соцсетей Екатерины стоит статус: «Ищу себя и людей». Нам кажется, себя она уже нашла.