Неделю Света вела себя идеально. Она была ласковой, хозяйственной и загадочной. Игорь расслабился. Он потерял бдительность, убаюканный сытостью и отсутствием претензий за «колбасный букет».
К двадцать третьему февраля его ожидания раздулись, как парус на ветру. Он намекал. Он оставлял открытыми вкладки в браузере с наборами профессиональных инструментов. Он вздыхал у витрин с элитным виски. Он был уверен: жена оценила его креатив и готовит достойный ответ.
Утро Дня защитника Отечества выдалось солнечным. Света проснулась раньше мужа, накрасилась, уложила волосы.
— Игорек, просыпайся! — прошептала она ему на ухо, целуя в небритую щеку. — Страна ждет своего героя! И подарок ждет!
Игорь подскочил на кровати, потирая руки.
— Да ладно? Уже? Ну, не томи!
Света достала из-за спины сверток.
Он не был упакован в подарочную бумагу. Он был завернут в газету «Вестник садовода» за прошлый год, страницы которой уже пожелтели от времени. Из свертка торчал жесткий, сухой хвост, похожий на окаменевший плавник доисторического ящера.
Игорь принял дар с недоумением, но быстро сориентировался. Он развернул газету.
Внутри лежала вобла.
Одна. Крупная, но настолько сухая, что ею можно было забивать гвозди в бетон. Чешуя отливала стальным блеском, глаза рыбы ввалились, выражая посмертную скорбь по мировому океану. Соли на ней было столько, что хватило бы посыпать тротуары в гололед.
— О! — Игорь расплылся в улыбке, хотя в глазах мелькнуло легкое разочарование (дрели там явно не было). — Рыбка! Класс! Слушай, ну ты угадала. Вобла — это тема. Люблю посолонее.
Он повертел рыбину в руках, постучал ею по тумбочке. Звук был звонкий, деревянный.
— Каменная! Самое то! — одобрил он. — Ну, мать, угодила. А где главное?
Он с воодушевлением соскочил с кровати и босиком прошлепал на кухню.
— Главное? — переспросила Света, идя следом с невинным видом.
— Ну да! — Игорь распахнул дверцу холодильника.
Пусто. Кастрюля с супом, лоток яиц, остатки той самой «Краковской». Ни одной запотевшей бутылки. Ни одной жестяной банки с характерным щелчком открывания.
Игорь нахмурился. Он закрыл холодильник и открыл нижний шкаф. Крупы. Макароны.
Он проверил балкон. Лыжи. Старые банки.
Пива не было. Ни капли. В доме царил сухой закон.
Игорь вернулся в комнату, держа воблу за хвост, как дубинку. Вид у него был растерянный.
— Свет, я не понял. А где пиво?
Света села в кресло, изящно закинула ногу на ногу и взяла в руки чашку с травяным чаем.
— Пиво? — она округлила глаза, изображая искреннее удивление. — Игорек, ну зачем тебе эта гадость? Эта цветная вода?
— В смысле гадость? — Игорь поперхнулся. — Рыба же! Вобла! Её же с пивом едят! Это же традиция!
— Традиции — это для слабаков, милый, — Света говорила мягко, копируя интонации мужа, с которыми он дарил колбасу. — Ты же у меня практичный мужчина. Ты сам учил меня считать бюджет. Пиво — это деньги в унитаз. Буквально! Ты его выпьешь, через пять минут сбегаешь в туалет — и всё! Ни пользы, ни памяти. Чистый убыток для семьи.
Игорь открыл рот, но не нашел, что возразить. Его били его же оружием.
— К тому же, это вредно, — продолжала Света, откусывая крошечный кусочек эклера. — Живот растет, печень страдает. А вобла — это вещь! Посмотри на неё. Это чистый белок! Фосфор! Она вечная, Игорь! Ты её будешь грызть часа два, не меньше. Это процесс! Это медитация! Зачем тебе отвлекаться на жидкость? Наслаждайся чистым вкусом.
— Но... она же соленая! — взвыл Игорь. — Я же пить захочу!
— Вода в кране, — ласково напомнила жена. — Фильтрованная. Бесплатно.
Игорь посмотрел на рыбу. Посмотрел на жену. В его мозгу происходил сложный процесс переоценки ценностей.
Он сел за стол. Отломил кусочек воблы. Попытался разжевать. Рыба сопротивлялась как партизан. Соль мгновенно обожгла язык. Горло перехватило.
Он жевал, чувствуя, как пересыхает во рту. Это было похоже на попытку съесть соленый наждак. Без спасительного глотка холодного, горьковатого лагера рыба превращалась в орудие пытки.
— Вкусно? — участливо спросила Света. — Чувствуешь, как организм насыщается полезными микроэлементами? Не то что эти ваши виски, от которых только головная боль.
Игорь проглотил кусок, чуть не поцарапав пищевод.
— Света, это жестоко, — прохрипел он. — Это... это не по-людски. Рыба без пива — это как... как...
— Как женщина без цветов? — подсказала Света. Голос её стал твердым, как та самая вобла. — Как праздник с палкой колбасы вместо внимания? Как романтика, упакованная в «экономию»?
Игорь замер с куском чешуи в руке. Он посмотрел на жену. Впервые за долгое время он действительно посмотрел на неё. Он увидел не просто «хозяйку» и «мать детей», а женщину, которой он неделю назад вручил мясное изделие вместо радости.
Пазл в его голове сложился с громким щелчком.
Колбаса — сытно, но обидно.
Вобла без пива — вкусно (теоретически), но невозможно.
— Я понял, — тихо сказал он.
Он отложил рыбу. Встал.
— Я сейчас.
— Куда ты? — спросила Света, скрывая улыбку в чашке чая.
— В магазин. За «смазкой». И... — он почесал затылок. — И за исправлением ошибок.
Игорь вернулся через сорок минут. Он был запыхавшийся и красный. В одной руке у него звякал пакет, полный банок с чешским пивом (бюджет на месяц, не меньше). А в другой руке он сжимал букет.
Это были не три сиротливые гвоздички. Это была охапка роз. Огромная, неприлично дорогая, шуршащая крафтовой бумагой. Букет, стоивший как крыло небольшого самолета или как минимум половина его аванса.
Он протянул цветы жене.
— Держи. Мертвые веники. Абсолютно непрактичные. Завянут через три дня.
— Деньги на ветер, — согласилась Света, зарываясь лицом в бутоны. Аромат был божественным.
— Ага. Полный развод, — кивнул Игорь, открывая первую банку пива с таким звуком, словно спасал свою жизнь. Пшшш-чпок! — Но, знаешь... С пивом рыба как-то душевнее заходит. А с цветами ты... ну, улыбаешься по-другому. Не как налоговый инспектор.
Он сделал жадный глоток, зажмурился от удовольствия и откусил кусок воблы. Теперь она казалась ему самой вкусной едой на свете.
Света поставила розы в вазу. Колбаса в холодильнике всё еще лежала, напоминая о прошлом, но теперь у неё появился достойный конкурент.
— С праздником, защитник, — сказала она, целуя мужа в макушку. — Грызи свой белок. Ты заслужил.
— И тебя с прошедшим, — буркнул Игорь с набитым ртом. — В следующем году... давай без колбасы. Лучше деньгами. Или... ну их, эти деньги. Эмоции дороже.
Света усмехнулась. Урок практической экономики был усвоен. Жестко, сухо, солено, но доходчиво.
В Telegram новый рассказ!!! (ссылка)
