– Мам, может, зря мы все-таки едем? Две недели – это же целая вечность. А, мам?
Ксения откинулась на спинку пассажирского сиденья и посмотрела на мелькающие за окном поля.
Светлана не отрывала взгляд от дороги, но губы ее тронула мягкая улыбка.
– Ксюш, ну что ты начинаешь? Надя сама звонила, приглашала. Сколько лет не виделись, а ты – зря.
– Я не про тетю Надю. Я про... ну, про все это.
– Маринка, что ли, смущает?
Ксения пожала плечами, хотя мать и не могла этого видеть. Смущала. И сама не понимала толком, почему. Двоюродная сестра, которую она в последний раз видела еще подростком – что там может смущать?
– Надя говорит, девочка выросла, красавица стала, – продолжала Светлана. – Восемнадцать лет уже. Поступать думает. Может, ты ей поможешь советом каким, ты же у меня умница.
Ксения промолчала. За окном поля сменились редкими березками, потом снова потянулись бескрайние зеленые лоскуты, прошитые проселочными дорогами...
Дом тети Надежды встретил их накрытым столом: домашние соленья, румяные пирожки, запотевший кувшин с компотом. Надежда суетилась, подкладывая то одно, то другое, всплескивала руками и без конца повторяла, как они похорошели, как рада, как давно ждала.
Марина сидела в углу у окна и не двигалась. Худая, угловатая, со стянутыми в тугой хвост волосами – она напоминала натянутую струну. Поздоровалась коротко, кивнула и тут же уткнулась в телефон.
Ксения поймала ее взгляд – быстрый, оценивающий, колючий – и что-то неприятно сжалось под ребрами...
Следующие дни потянулись странной, выматывающей рутиной. Ксения пыталась помогать по дому, но руки, привыкшие к клавиатуре, не справлялись ни с тяпкой, ни с тяжелыми ведрами.
– А юбочка-то не из дешевых, – как бы между прочим заметила Марина на третий день, когда Ксения спустилась к завтраку. – Это сколько ж коров доить надо, чтоб на такую накопить?
Надежда хмыкнула, не поднимая глаз от сковороды.
Ксения решила не отвечать. Просто улыбнулась и села за стол...
На пятый день она устроилась с ноутбуком в дальнем углу веранды – накопилась работа, клиенты ждали макеты. Марина прошла мимо раз, другой. На третий остановилась, демонстративно вздохнула и закатила глаза.
– Чего вздыхаешь? – не выдержала Ксения.
– Да ничего. Просто смотрю, как некоторые отдыхают.
– Я работаю.
– Угу. По кнопкам тыкать – тяжкий труд, конечно.
Надежда, услышав голоса, выглянула из кухни.
– Маринка дело говорит. Настоящий труд – он в огороде, на земле, а не в этих ваших интернетах.
Ксения захлопнула крышку ноутбука чуть резче, чем хотела. Досчитала до десяти. Потом еще до десяти.
Вечером четырнадцатого дня все сошлось в одной точке.
За ужином Марина ковыряла вилкой картошку и не поднимала глаз.
– В этой дыре только коровам хвосты крутить, – процедила она. – Ни работы нормальной, ни денег, ни перспектив вообще никаких. Торчишь тут и гниешь заживо.
Надежда покачала головой, но промолчала.
Ксения отложила вилку.
– Марин, а ты не думала чему-нибудь научиться? Ну, для удаленной работы.
– Это ты сейчас про свои кнопочки?
– Я серьезно. SMM, например. Или дизайн базовый. Курсов полно бесплатных, за пару месяцев можно освоить, а потом работать откуда угодно. Хоть из деревни, хоть с Бали.
Марина скривилась так, будто ей предложили есть землю.
– Это все баловство для бездельников. Нормальные люди адекватную работу ищут.
– Я так зарабатываю, – Ксения старалась говорить спокойно. – И это доступно каждому. Нужен только интернет и желание учиться. Ты справишься, нужно только немного…
Ладонь Надежды с грохотом опустилась на стол. Тарелки подпрыгнули, компот плеснул через край стакана.
Лицо тети побагровело, глаза сузились.
– Что-то городские слишком много о себе возомнили! – ее голос сорвался почти на крик. – Умные все стали, поучать нас вздумали! Мы тут спины гнем, а они приехали – и давай нос задирать, да учить, как жить!
Ксения застыла с вилкой в руке. Светлана побледнела, переводя взгляд с сестры на дочь.
Марина откинулась на стуле и впервые за весь вечер улыбнулась.
Ксения отшвырнула вилку на стол и поднялась так резко, что стул с грохотом отъехал назад.
– Знаете что, тетя Надя? Хватит!
Надежда осеклась на полуслове, глаза ее округлились от неожиданности.
– Две недели, – Ксения едва сдерживалась, голос дрожал от накопившегося за эти дни напряжения. – Две недели ваша дочь смотрит на меня так, будто я ей лично в борщ плюнула. То юбка не та, то работа не настоящая, то дышу слишком громко!
– Ксюша, успокойся, – Светлана потянулась к дочери, но та отступила на шаг.
– Нет, мам, не успокоюсь! Мы приехали с полными сумками подарков – и что? Хоть одно спасибо кто-нибудь сказал? Нет! Зато поучить городских – пожалуйста!
Марина вжалась в спинку стула, вся ее показная уверенность испарилась мгновенно.
– Я вообще ничего такого... – начала она.
– Ничего такого? – Ксения развернулась к ней. – А вздохи твои демонстративные – это что? А комментарии про мою одежду? Ты думаешь, я не замечала?
Надежда наконец обрела дар речи и тоже вскочила.
– Ты как с родней разговариваешь? Светка, уйми свою дочь!
– Я не позволю вытирать о себя ноги только за то, что смогла чего-то добиться! – Ксения говорила серьезно. – Да, мы живем в городе, но это не дает нас людьми второго сорта. Не все должны копаться в земле, вам ясно! Мама, мы уезжаем. Собирайся.
Светлана побледнела.
– Ксюш, может, утром? Ночь же на дворе...
– Сейчас.
Через час они уже стояли у калитки с наспех собранными сумками. Надежда не вышла провожать, зато ее голос разносился по всему двору из открытого окна кухни – что-то про неблагодарных родственников, про змею, пригретую на груди, и про то, что ноги их больше здесь не будет.
Такси до станции ехало медленно. Ксения молчала, глядя на темные силуэты яблонь за забором. Светлана тихо вздыхала рядом, но тоже не произносила ни слова.
Прошел год...
Ксения приехала к матери на выходные, привезла продуктов и собиралась рассказать о том, как хорошо идут дела с работой. Они как раз пили чай на кухне, когда раздался звонок в дверь.
Светлана пошла открывать и замерла на пороге.
– Светочка, сестренка!
Ксения узнала этот голос мгновенно. Вышла в коридор и увидела тетю Надежду – располневшую, с заискивающей улыбкой на лице. За ее спиной маячила Марина, бледная, осунувшаяся, рядом стояли два чемодана и огромная клетчатая сумка.
– Мариночка в институт поступила, представляешь? – затараторила Надежда, уже переступая порог. – Умница наша, сама, без репетиторов! А общежитие – это же ужас, сама понимаешь, там условия никакие, и дорого очень. Пусть у вас поживет, а? Временно, пока комнату не снимем. Родня же все-таки, не чужие люди...
Ксения шагнула вперед, преграждая дорогу в квартиру.
– Здравствуй, тетя Надя.
Надежда замерла, ее улыбка чуть дрогнула.
– Ксюшенька, ты тоже тут? Как хорошо, давно не виделись...
– Да, давно. С тех самых пор, как вы нам вслед кричали про неблагодарных родственников. Помнишь?
Марина за спиной матери сделала шаг назад.
– Так это... мало ли что сгоряча сказано было, – Надежда нервно рассмеялась. – Дело-то прошлое, чего старое ворошить?
Ксения прислонилась к дверному косяку и скрестила руки на груди.
– Знаешь, тетя Надя, что-то деревенские слишком много о себе возомнили. Решили, что можно сначала нам в лицо плевать, а теперь на шею сесть? Не выйдет.
Надежда побагровела.
– Да как ты... Светка! Ты слышишь, что она несет?
Светлана стояла чуть позади дочери и молчала. Потом тихо произнесла:
– Надя, вы бы позвонили сначала. Предупредили.
– Так сюрприз же хотели...
– Сюрприз не удался, – Ксения взялась за ручку двери. – Всего доброго, тетя Надя. Удачи с общежитием.
И громко захлопнула дверь.
С лестничной площадки еще долго доносились возмущенные причитания, потом грохот чемоданов по ступеням, потом все стихло.
Светлана вернулась на кухню и долго сидела над остывшим чаем.
– Все-таки сестра моя, – произнесла она наконец. – Может, зря мы так?
Ксения села напротив и накрыла ее руку своей.
– Мам, вежливость – это не пропуск для чужой наглости. Пусть это и родня, но себя тоже уважать и ценить надо, понимаешь?
Светлана кивнула, хотя глаза ее оставались грустными. Но Ксения верила, что в скором времени мама все поймет. И примет...
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!