ЕЁ ЛЮБОВЬ.
Это часто приходило мне в голову, проникало в сердце, заставляя строить самые странные предположения, испускать горестные вздохи и сжимать кулаки от бессилия. Это было глубокое сожаление.
С малых лет я ездила в горы. Начиналось всё с поездок в Башкирию, предписанных мне докторами: визитов на источник, вода в котором называлась Кургазак. Только, в отличие от Ессентуков и кислых вод, Кургазак можно было пить прямо из крана в ванной в номере отеля или, как тогда говорили, в комнате санатория. В этом же Кургазаке мы принимали душ.
Самым удивительным в этих поездках были горы. Прогулки очаровывали меня: на каждом шагу встречалось что-нибудь необычное. Природа, щедрая на красоты, повергала меня в такой восторг, что я не могла щебетать, как это было обычно, — я делалась молчаливой и мечтательной во время таких прогулок. Хоть и была я очень мала, однако ум мой был острым и пытливым, память вмещала в себя всё новое легко.
Диссонанс, который, несмотря на очарованность горами, я чувствовала с первых дней, был понят не сразу. А во вторую поездку, которая случилась через год, но уже не летом, а осенью, мне стало ясно. Жизнь там, на природе, была трудной. Вода, которая исцеляла туристов или, по крайней мере, помогала исцеляться, быстро старила местное население. Работа была сезонной и очень недолгой: лето в Башкирии было коротким. По всему было видно, что в холодное время года большая здравница людей не принимала. Работы не было. А жители деревень часто пили — от этого гармония нарушалась.
Став чуть старше, я мало по малу начала следить за новостями, и вот что неприятно поражало мой детский ум: чем красивее была местность на земле, тем страшнее были бедствия там, и речь шла не о природных катастрофах. Конфликты, безработица, мелкие и крупные войны.
Второй моей горной историей были индийские Гималаи. В предгорье и на территории до Кашмира всё было более или менее спокойно, если не считать пресловутое пьянство. А вот сказочный Кашмир вызывал слёзы. Красота топталась политическими делёжками, человеческим невежеством, и ничего поделать с этим я не могла — мне оставалось только удивляться и искать ответ.
Шли годы, я посещала всё больше красивых мест и узнавала о всё больших ужасах, которые происходили там. Мой вопрос остался без ответа: почему в горах, где, казалось бы, должна обитать мудрость, собирается столько людей, не могущих найти спокойствия и любви ко всему в жизни.
Сегодня я подумала о том, что главная моя задача — не пропитываться щемящей болью и несправедливостью от такого несоответствия, а непременно восхищаться красотой, учиться у этих мест тому, что даже во время беды можно сохранить себя. А ещё — как бы ни был праведен гнев, он всё равно остаётся гневом, и нужно точно направлять его, дабы избежать ненужных разрушений и боли после них.
Спасибо вам, горы, реки, леса, за вашу любовь и терпение к нам.
Маргарита Петрова.
05.02.2026.
