Столичная архитектура сделала поворот в сторону эмо-тека — такое название впервые стал использовать главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов. В чём особенности эмоционального техно и какие здания подходят под это определение, рассказывает Дмитрий Сухов, архитектор, партнёр компании «Генпро», автор проекта Дома-Вселенной ДОНСТРОЙ на Пресне НАЧАЛО.
— Как бы вы охарактеризовали архитектурную философию сегодняшней Москвы?
— Я не буду придумывать формулировку сам — на этот вопрос можно ответить словами Сергея Семёновича Собянина: «Москва — город будущего». Это сказывается и на архитектурных тенденциях города, которые появились несколько лет назад. Среди них направление эмоциональной и высокотехнологичной архитектуры — эмо-тек.
— Расскажите, что собой представляет эмо-тек и как он появился?
— Сама концепция внешнего эффекта как основного требования существует в мировой архитектуре давно. В последние десятилетия можно выделить проекты Фрэнка Гери, Питера Кука, Сантьяго Калатравы, Вольфа Прикса и многих других. В Москве такие здания появились 5–10 лет назад, и возникла потребность как-то назвать это явление в архитектуре. Сергей Олегович Кузнецов предложил термин «эмо-тек». Пока называем так, а станет ли это стилем или направлением в архитектуре официально, решат потомки.
— Опишите тремя словами задачи эмо-тек.
— Как мы уже знаем, он эмоциональный и высокотехнологичный. И я бы добавил функциональный. Архитектура — хоть и творческая область, но экспертированная, мы решаем конкретные задачи.
— Сколько в эмо-теке от эмоций, а сколько от технологий?
— Эмоциональность превалирует как задача городского развития. А высокотехнологичность добавляется как конструкционное, архитектурное требование, чтобы эту эмоцию «изобразить».
— Каким архитекторам близок эмо-тек?
— Я бы назвал уже упомянутых мной Сантьяго Калатраву, Фрэнка Гери и бюро Coop Himmelb(l)au. Эти архитекторы ставят в основу своей работы эмоциональную составляющую. К ним можно добавить Заху Хадид, Бьярке Ингельса и некоторые объекты Рема Колхаса. Сейчас также появилось много интересных китайских архитекторов, таких как Ма Яньсун (MAD architects).
— Какие здания в Москве можно назвать эмоциональным техно?
— На мой взгляд, Парящий мост в Зарядье. Ещё можно назвать новый кампус Бауманского университета, павильон «Росатома» на ВДНХ, здание «Роскосмоса». И в будущем добавится Дом-Вселенная НАЧАЛО — новый проект ДОНСТРОЙ.
— Команда «Генпро» под вашим руководством — авторы концепции НАЧАЛА. Расскажите, как пришла идея связать проект с космосом?
— У этого есть несколько причин. Прежде всего, дом строится на месте предприятия, которое работало в космической отрасли. Некоторые артефакты были переданы в дар компании ДОНСТРОЙ и будут выставлены как ландшафтные экспонаты НАЧАЛА.
Во-вторых, планировка и форма территории побудили меня создать замкнутый контур комплекса, поставить одну доминантную центральную и невысокие разноэтажные периметральные башни. Здесь можно провести параллель с идеальным городом эпохи Ренессанса, также это напоминает расположение планет относительно Солнца. Стрельчатая главная башня — отсылка к стремлению человека вверх, в космос.
В-третьих, важна объёмно-пространственная структура. Несколько разных частей проекта объединены стилобатом и пешеходными мостами, соединяющими всё вместе. По нашему философскому замыслу, человек получает возможность не просто смотреть на космос извне, но и перемещаться в нём.
— Какие черты относят НАЧАЛО к эмо-теку?
— Прежде всего эмоциональная составляющая проекта: эмоция рождается на стыке стилистики и контраста морфотипов. В основании комплекса зданий — традиционная архитектура: каменная, понятная всем колоннада, галерея, стилобат. Из неё вырастают сложные объёмы различных масштабов и форм — новая, стеклянно-металлическая бионическая, или биоморфная, архитектура.
Бионическая (биоморфная) архитектура — направление, использующее принципы организации живых организмов, плавные формы, природные рельефы и структуры при проектировании зданий.
— А в чём функциональные особенности НАЧАЛА?
— Это развёрнутая инфраструктура проекта с большим количеством возможностей и для резидентов, и для горожан: фитнес, рестораны, магазины. Жители смогут пользоваться разными объектами буквально в тапочках, переходя из одной части комплекса в другую по внутреннему контуру.
На территории люди будут видеть только то, что не мешает глазу отдыхать. Под землёй перемещаются автомобили, решаются технические вопросы, выделено пространство для курьеров, а наверху — тишина и ландшафтный парк, разделённый на три двора.
— Чем будет восхищать Дом-Вселенная?
— Прежде всего, визуально. Как с позиции градостроительной оценки — то есть оценки силуэта здания в скайлайне, так и с точки зрения восприятия при ближайшем контакте.
— Какой диалог может сложиться у резидентов с Домом-Вселенной?
— У каждого он будет свой. Мне важно, чтобы он был позитивный и конструктивный.
Чтобы люди, глядя на архитектуру комплекса, получали положительные эмоции, и эти эмоции их вдохновляли.
Чтобы архитектура не напрягала однообразием. Она у нас очень разнообразна, все башни имеют особенности. Но в то же время они воспринимаются как единый ансамбль: можно пройтись по нему быстрым взглядом, а можно долго и вдумчиво изучать.
Неважно, будет диалог протяжённым или коротким, главное — чтобы он дарил положительные эмоции. Уверен, у НАЧАЛА это получится.
— Какие эмоции вызовет НАЧАЛО у жителей Москвы?
— Тем, кто видит архитектуру комплекса извне, будет важно, что на месте неухоженной территории, огороженной бетонным забором, появился новый объект. С ним можно контактировать и чувствовать, что мы действительно живём уже в XXI веке. Приятно испытывать новые эмоции по мере появления новых зданий в тех местах, в которых раньше всё было устроено совершенно по-другому.