Вадим Плохотников, победитель премии «Современники» в категории «Шоу», уверен: в 2026 году индустрия развлечений перестанет существовать в «середине». Либо большие проекты с масштабным продакшеном, либо узкие ниши с фанатичной аудиторией. Мы поговорили с ним о будущем контента, внимании зрителя, тревожных утрах и формуле, которая делает шоу живым.
Проект «Современники» — о людях, которые уже сегодня формируют культурную и медийную среду. Вадим Плохотников стал победителем в категории «Шоу»: режиссер, креативный продюсер и автор масштабных развлекательных форматов для ТВ, стриминговых платформ и брендов. Он работал с Первым каналом, СТС, «Пятницей!», ТВ-3, «VK Видео», создавал фильмы-концерты и YouTube-проекты, а его «Жванецкий» стал экспериментом на стыке кино, документалистики и шоу.
После премии мы задали Вадиму новые вопросы — уже не только о пути, но и о том, куда движется индустрия и что происходит с вниманием зрителя сегодня.
О будущем индустрии
По его мнению, в 2026 году рынок развлечений окончательно разделится на два лагеря:
«Либо ты делаешь мегапроекты с масштабным продакшеном, либо контент для узкой ниши с фанатичной аудиторией. Все, что посередине, умрет — или это заменит AI».
Он сравнивает индустрию с ресторанным бизнесом:
«Либо мишленовская звезда, либо шаверма, которую знают только местные. А бизнес-ланч — скучная середина: ешь, но удовольствия не получаешь».
Первый путь — это большие студийные форматы, мультиплатформенные проекты, которые одинаково работают и на ТВ, и в интернете. Границы между ТВ, платформами и интернетом стерлись — шоу больше не существует в одном пространстве.
Второй путь — нишевый контент: «Реставрация советских мотоциклов для 50 тыс. фанатов, которые знают разницу между “Минском” и “Восходом”. Разборы древнерусской литературы для 30 тыс. филологов. Узкая сумасшедшая ниша, где ты бог и царь».
А вот бесконечные лайфстайл-блоги, подкасты про «успешный успех» и типовой бьюти-контент, по его словам, нейросети начнут производить быстрее и дешевле людей:
«AI научится клепать такое вагонами, а зритель перестанет это переваривать».
Совет режиссера прост: либо копить ресурсы на большой проект, либо находить свою узкую целевую аудиторию и говорить только с ней.
О внимании
Еще в журнале Вадим называл внимание зрителя главным капиталом режиссера. После премии формула только укрепилась.
«Главная борьба в нашей профессии — борьба за внимание зрителя. От первой секунды контента до последней. Если ты удержал его — ты победил».
О начале дня
Утро — без романтики:
«Я просыпаюсь и сразу начинаю беспокоиться. Это мой естественный режим. Потом принимаю душ и иду работать — беспокойство никуда не девается, но хотя бы я чистый».
И никаких магических ритуалов: «Просто беру и включаюсь. Это доступно каждому. Ритуалы для включения — инфантилизм».
Три опоры
На вопрос о том, без чего его бы не было, Вадим отвечает не именами, а состояниями — питерский дождь, который «создает правильную тоску и желание работать»; шоу «Большая разница», где он понял, что развлекательное не равно пустое; семья:
«Они платят за мои амбиции. Терпят мое отсутствие, мои срывы, мою одержимость. Без этой поддержки я бы сдался на первом же провале».
Формула
Если в журнале Вадим говорил о доме вдохновения на берегу водохранилища и режиссерском стуле как о своем артефакте будущего, то после премии его формула звучит еще жестче и яснее:
«Делай либо масштабно, либо прицельно точно. Страстно и горячо. Никакой "теплой" середины. И борись за внимание».
В этом смысле Плохотников остается «режиссером процесса»: он создает не шоу, а зрительские переживания — от первой секунды до катарсиса.
И вот как он формулирует главное правило жизни: «Имей совесть и делай что хочешь».