Её имя не стало таким же известным, как имя Александра Матросова. Но её поступок был первым. За год до легендарного подвига Матросова семнадцатилетняя партизанка Римма Шершнёва сделала тот же страшный и осознанный выбор.
Она стала первой и единственной женщиной в истории Великой Отечественной войны, закрывшей своим телом амбразуру вражеского дзота. Её короткая жизнь — это история неудержимого стремления в бой и абсолютной готовности отдать всё за свою Родину.
Девушка из Добруша, которая писала письма в ЦК
Она родилась в 1925 году в белорусском Добруше, в семье лесничего. Детство было обычным: школа, переезд в Минск. Война застала её минскую школу № 25 в самый момент взросления — она только окончила девятый класс. Семью эвакуировали в далёкое село Тоцкое в Оренбургской области. Но мысли Риммы были не о безопасности.
Ещё сидя за школьной партой в эвакуации, она написала письмо в Центральный Комитет комсомола. Не просьба, а требование: отправить её на фронт. Её воля была непреклонной. На второй день после выпускного вечера она уже уезжала в Москву, на секретные курсы радистов.
За короткий срок хрупкая девушка освоила не только рацию. Она научилась стрелять, разбираться в топографии, обращаться со взрывчаткой и прыгать с парашютом. Она готовилась не к службе в тылу, а к войне без правил — к партизанской борьбе.
За линией фронта: тысяча километров по вражеским тылам
Летом 1942 года её зачислили в комсомольско-молодёжный партизанский отряд имени Николая Гастелло. В августе группа перешла линию фронта под Смоленском и начала невероятно опасный рейд в глубокий тыл врага. Пешком, скрываясь от засад и облав, отряд за месяц преодолел более тысячи километров по оккупированной территории, чтобы выйти на заданный район в Белорусском Полесье.
В октябре Римма серьёзно заболела. После выздоровления командование, бережа ценного специалиста-радиста, назначило её связной при группе ЦК комсомола Белоруссии. Её работа была жизненно важна: она поддерживала связь между подпольными ячейками, распространяла листовки, читала сводки жителям захваченных деревень. Но её тяготила эта относительно безопасная роль. Её место, как она считала, было в строю атакующих.
В ноябре 1942 года она добилась перевода в боевую партизанскую бригаду Розова. И почти сразу получила свой шанс.
24 ноября 1942 года: атака на Ломовичи
24 ноября бригада получила задачу атаковать крупный немецкий гарнизон в деревне Ломовичи. Командир, зная цену подготовленному радисту, приказал Римме оставаться на базе. Она ослушалась. Не могла не ослушаться. Когда отряд ушёл, она пошла следом.
Бой в деревне был жестоким. Партизаны, уступавшие в вооружении, сражались за каждую улицу. Вдруг атака захлебнулась. На перекрёстке, простреливая всё пространство, замолчать не желал вражеский дзот. Его амбразура поливала свинцом любого, кто пытался поднять голову.
Боец Александр Бондарчук с гранатой в руке пополз вперёд. Он не успел даже встать на колено — пулемётная очередь настигла его. Его тело осталось лежать на открытом месте.
И тогда произошло то, что видели все залегшие вокруг партизаны. Из укрытия поднялась невысокая фигура в ватнике. Это была Римма. Она стремительно перебежала к телу товарища, подхватила выпавшую из его рук гранату и, не разгибаясь, поползла к чёрному прямоугольнику амбразуры. Под пулями, рикошетящими от земли вокруг.
Достоверно известно, что она метнула гранату. По одним воспоминаниям, брошенная ею граната достигла цели, но в тот же миг её настигла очередь. По другим свидетельствам очевидцев, граната не сработала. Тогда Римма Шершнёва, поняв, что секунды решают судьбу атаки и жизней её товарищей, сделала последнее, что могла. Она поднялась во весь рост и бросилась на амбразуру, навалившись всем телом на ствол пулемёта.
Огонь захлебнулся. Атака партизан продолжилась.
Десять дней борьбы и память, которая не гаснет
Когда бой закончился, партизаны нашли её на куполе дзота. Она была жива. Её бережно перевезли в деревню Старосеки, вызвали лучшего партизанского хирурга. Но спасение было невозможным. Тело девушки было изрешечено пулями в упор. Она прожила ещё десять мучительных дней и умерла 6 декабря 1942 года от потери крови, не приходя в сознание.
Её похоронили с воинскими почестями в деревне Живунь. Позже прах героини перенесли на мемориал в Любани.
21 марта 1943 года советское Информбюро сообщило всей стране о подвиге белорусской партизанки. Она была посмертно награждена орденом Красного Знамени.
Её именем названы улицы в Добруше и в том самом селе Тоцком, откуда она рвалась на фронт. Её лицо с твёрдым, решительным взглядом запечатлел на своём знаменитом полотне художник Сергей Адашкевич.
Римма Шершнёва не стала ждать приказа. Не смогла остаться в безопасности. Её поступок 24 ноября 1942 года не был порывом отчаяния. Он был закономерным итогом пути, который она выбрала сама: от письма в ЦК до последнего броска к амбразуре. Она заплатила самую высокую цену не за славу, а за несколько секунд тишины, в которые её товарищи смогли подняться и пойти вперёд.