Здравствуйте, друзья! Знаете, какая, пожалуй, самая непростая, но и самая честная роль для ребенка великого актера? Быть не наследником, не продолжателем, а просто собой. Когда за твоей спиной не просто родитель, а целая эпоха, национальное достояние, тихий шепот сравнений звучит почти всегда.
История Варвары Владимировой — дочери той самой, единственной Алисы Фрейндлих — именно об этом. О жизни в лучах отраженного света, о попытках найти свою тропу в огромном парке, посаженном матерью, и о мужестве сказать: «Я — это я, а не ее копия». Она не сбежала из профессии, но и не бросилась в погоню за славой. Она выбрала третий путь — путь достоинства и тихой, но абсолютной внутренней свободы.
Триумф и травма: детство, где театр был важнее детской
Варвара родилась в мире, где пахло гримом и сценическим деревом. Ее родители, Алиса Фрейндлих и режиссер Игорь Владимиров, были не просто людьми искусства — они были его одержимыми служителями. С самого начала девочка была окружена любовью, но по графику, установленному репетициями и спектаклями. Главным ангелом-хранителем в ее жизни стала бабушка, Ксения Федоровна, мать Алисы Бруновны. Именно она была той теплой, постоянной гаванью, пока родители покоряли театральные моря.
Но однажды, когда Варе было всего три года, эта гавань вдруг замерла. Бабушка потеряла сознание, оставив малышку одну в тишине квартиры на долгие, страшные часы. Представьте эту крошечную девочку, которая будит, зовет, плачет над неподвижным телом самого родного человека, а в ответ — лишь гробовая тишина. Она уснула, обессиленная от слез и отчаяния. Этот эпизод, о котором сама Варвара позже вспоминала с содроганием, стал ее первой встречей с абсолютной беспомощностью и страхом. Родители, конечно, сделали все, чтобы сгладить травму, но осадок — ощущение хрупкости мира — остался.
После этого в доме появилась няня. Ее тоже звали Варя, и чтобы не путаться, девочку стали звать Варя-маленькая, а няню — Варя-большая. Сначала все шло хорошо, но постепенно простая, бесхитростная женщина, всей душой привязавшаяся к воспитаннице, стала оказывать на нее не лучшее влияние. В речи маленькой Вари стали проскакивать грубоватые словечки, интонации. А потом грянул настоящий семейный шторм — разошлись ее звездные родители.
Крушение мира няни: как взрослые драмы ломают судьбы на периферии
Развод Фрейндлих и Владимирова стал трагедией не только для них самих. Для простой женщины, Варвары-большой, которая боготворила эту пару как идеал, это был крах всей картины мира. Она не смогла смириться. А когда Алиса Бруновна вышла замуж за артиста Юрия Соловья, для няни это стало последним ударом. Она начала искать утешение в рюмке.
И вот представьте эту сцену: девочка, уже пережившая стресс от расставания родителей, видит, как единственный постоянный взрослый в ее повседневной жизни начинает меняться, становится непредсказуемой. От няни пришлось отказаться. И здесь мама приняла мудрое, хоть и рискованное решение — не искать новую гувернантку, а позволить дочери становиться самостоятельной. Так Варвара, еще подростком, научилась сама вести хозяйство, отвечать за себя. Это была тяжелая школа, но школа, закалившая характер.
Примечательно, что сам развод родителей не стал для нее драмой. Она сохранила теплейшие отношения и с отцом, к которому могла зайти в театр в любой момент, и с матерью, которая, несмотря на бешеную занятость, всегда выкраивала минуты для разговора по душам и обязательного «спокойной ночи». Театр был ее вторым домом, но… стать актрисой она не хотела. Совсем.
Бунт против судьбы: мечта о тихой пристани
Варвару не прельщала перспектива жизни в свете софитов. Ее идеалом был не бенефис, а тихий семейный очаг. Она мечтала о простом женском счастье: быть любимой женой, заботливой мамой, хранительницей уюта. Казалось, она сознательно выбирала все, что было противоположно лихорадочно-творческому быту ее родителей.
После школы она поступила в институт на театроведческий факультет — быть ближе к искусству, но остаться «по ту сторону кулис». Однако судьба, а вернее, гены, взяли свое. Уже через год она поняла, что не может быть просто наблюдателем. Ей нужно было выходить на сцену. Она перевелась на актерский факультет, причем на курс к своему отцу, Игорю Владимирову.
Это было новым испытанием. Она панически боялась, что сокурсники сочтут ее «блатной», дочкой, которой все сходит с рук. Но отец оказался строгим и беспристрастным педагогом. Он не делал ей никаких поблажек, а иногда, возможно, был даже жестче, чем с другими. Варваре пришлось доказывать все своим трудом, и в итоге она заслужила уважение коллег не фамилией, а талантом и работоспособностью.
Свой выбор: уйти, чтобы вернуться на своих условиях
После окончания института на нее обрушилось давление ожиданий. Отец настаивал, чтобы она пришла в его театр, где мог бы лепить из нее звезду. Мама не представляла, как дочь может выбрать не великий БДТ. Но Варвара, к удивлению многих, поступила вопреки. Она отказа от театра вообще и ушла на телевидение. Это был ее первый взрослый, осознанный бунт против сценария, написанного для нее другими.
Потом была личная жизнь: замужество за бизнесменом Игорем Тарасовым, рождение двоих детей, годы, посвященные семье. Она наконец-то жила ту жизнь, о которой мечтала в юности. И лишь когда дети подросли, а первый брак остался в прошлом, она почувствовала внутреннюю готовность вернуться. Она пришла в БДТ, но не как «дочь», а как сложившаяся женщина и артистка, согласившись на небольшую роль. И осталась.
Мама — не соперница, а лучшая подруга и маяк
Отношения Варвары с матерью — это отдельная, удивительная история любви и уважения. Алиса Фрейндлих, при всей своей невероятной величине, никогда не давила на дочь авторитетом. Она стала для нее мудрым, тактичным наставником, который всегда рядом, но никогда не лезет с непрошеными советами. Варвара называет маму своей лучшей подругой и бесконечно ею гордится.
Но при этом она категорически, на уровне рефлекса, избегает любых сравнений с Алисой Бруновной. И не из страха или зависти, а из трезвого, почти философского понимания реальности. Она однажды сказала, что мама — это Эверест, а она — просто холм у его подножия. И в этом нет трагедии или комплекса неполноценности. Это спокойное принятие факта: нельзя соревноваться с гением, но можно с благодарностью идти своей дорогой, освещенной его светом.
Она никогда не пыталась «переиграть» Фрейндлих, не гналась за главными ролями, которые неминуемо привели бы к сопоставлениям. Она выбирала своих героинь — часто простых, иногда неярких, но живых. И в каждой находила свою правду. Ее кинография не пестрит десятками работ, но каждая роль — это вдумчиво, с душой прожитая жизнь другого человека.
Послесловие: счастье быть собой
Сегодня Варваре Владимировой уже за пятьдесят. Она прошла сложный путь от девочки, испуганной в тихой квартире, до уверенной в себе женщины и востребованной актрисы. Она не стала второй Фрейндлих. И в этом — ее главная победа. Она стала первой и единственной Владимировой.
Ее история — не о бунте и не о смирении. Она о выборе. О праве не быть великой, но быть счастливой. О том, что настоящая сила — не в том, чтобы тягаться с легендой, а в том, чтобы, любя ее, суметь построить свой, может быть, не такой грандиозный, но очень уютный и прочный дом. Дом, в котором тебя ценят не за то, чья ты дочь, а за то, кто ты есть. И который, как оказалось, может стоять в самом что ни на есть величественном соседстве.