— Выбирай, — Зевс смотрел на сына сверху вниз. — Олимп навечно. Или полгода с мёртвым братом в царстве теней.
Полидевк даже не раздумывал.
Эту сцену Рубенс не изобразил на своём полотне. Но именно она — ключ ко всему, что художник зашифровал в красках триста лет назад. Чтобы понять картину, нужно знать, чем всё закончилось. А началось так.
Леда, жена спартанского царя Тиндарея, за одну ночь переспала с двумя мужчинами. Сначала к ней пробрался Зевс в облике лебедя. Потом пришёл законный муж.
Результат оказался странным даже для греческой мифологии.
Леда снесла яйцо. Из него вылупились четверо детей: два мальчика и две девочки. Кастор и Клитемнестра были обычными смертными — детьми царя. Полидевк и Елена Прекрасная получили божественную кровь Зевса.
Один брат был обречён умереть. Другой — жить вечно.
Близнецы выросли неразлучными. Кастор объезжал любого коня за день. Полидевк бил кулаками так, что противники падали, не приходя в сознание. Олимпийские игры они выигрывали по очереди, делясь славой поровну.
Всё изменилось из-за двух девушек.
Гилаейра и Феба, дочери царя Левкиппа, были помолвлены с двоюродными братьями Диоскуров — Идасом и Линкеем. Свадьбу уже назначили. Но Кастор и Полидевк решили иначе.
Они просто похитили невест прямо перед церемонией.
Рубенс изобразил именно этот момент. Но то, что кажется романтической сценой на первый взгляд, на самом деле — завуалированное изнасилование. Недаром художник поместил в композицию двух амуров, спутников Эрота. Они всегда присутствуют там, где начинается насилие под маской страсти.
Девушки обнажены не случайно. Их тела — белоснежные, почти фарфоровые — контрастируют со смуглой кожей Полидевка и доспехами Кастора. Одна из сестёр уже поднята на чёрного коня. Вторая пытается вырваться, но её рука бессильно отталкивает ногу похитителя.
Кстати, поза девушки в руках Кастора — прямая отсылка к "Леде" Микеланджело. Рубенс знал, что делает.
Композиция выстроена как круговое движение. Взгляд начинается сверху, от Кастора на коне, спускается к вырывающейся Фебе и возвращается обратно к небу — туда, куда устремлены глаза обеих похищенных. Они молят богов о спасении.
Спасения не будет.
Идас и Линкей настигли похитителей через несколько часов. Завязалась битва. Четыре брата сошлись в схватке, каждый — за свою честь, за свою невесту, за право называться мужчиной.
Первым пал Кастор.
Стрела Идаса пронзила ему грудь. Полидевк увидел, как брат падает, и что-то сломалось внутри. Он бросился вперёд с такой яростью, что Идас отступил. Но тут вмешался Зевс.
Громовержец поразил обоих соперников своими стрелами. Линкей и И дас рухнули мёртвыми.
Победа была полной. Невесты — отбиты. Враги — уничтожены. Полидевк остался стоять на поле боя один. Бессмертный, непобедимый, вечно юный полубог.
Абсолютно несчастный.
Он опустился рядом с телом Кастора и заплакал. Потом поднял голову к небу и закричал отцу: верни брата. Любой ценой. Забери мою божественность, забери вечную жизнь, только верни его.
Зевс спустился с Олимпа.
Он предложил сыну выбор. Первый вариант: вечное бессмертие, чертоги богов, амброзия и нектар, пиры и слава до скончания времён. Один. Без Кастора, который сейчас спускается в царство Аида, в холодные серые сумерки подземного мира.
Второй вариант: полгода с братом в мрачном Аиде среди теней мёртвых, полгода на Олимпе среди богов. Поровну. Вместе.
Полидевк выбрал брата.
Этот выбор потряс самого Зевса. Громовержец привык, что смертные и полубоги мечтают о бессмертии, готовы на всё ради вечной жизни. А тут его собственный сын отказывается от величайшего дара ради того, чтобы не расставаться с мёртвым братом.
Именно это братство Рубенс зашифровал в картине.
Посмотрите на коней: один белый, другой чёрный. Это не просто художественный приём. Чёрный конь Кастора — символ его грядущей смерти. Белый конь Полидевка — его божественная природа. Но они движутся в едином порыве, как единое целое.
Композиция построена так, что фигуры образуют почти правильный квадрат. Восемь тел — четыре человека, два коня, два амура — вписаны в идеальную геометрию. Хаос похищения укрощён математикой искусства. Рубенс показывает: за внешним насилием скрыт высший порядок.
Художник знал финал истории. Он знал о выборе Полидевка.
Поэтому на картине братья изображены как единый организм: полубог и смертный, свет и тень, жизнь и смерть. Они похищают девушек вместе, потому что для них не существует понятия "я" без "мы". Один без другого — просто не работает.
Кстати, спина вырывающейся из рук Полидевка Фебы станет культовой на века.
Через двести лет французский живописец Эжен Делакруа отправится в путешествие по Европе специально, чтобы увидеть работы Рубенса вживую. И когда он встанет перед этим полотном, то поворот нежного женского тела, отчаянный жест руки, ужас в изгибе спины — всё это врежется ему в память.
В его "Смерти Сарданапала" одна из рабынь будет вырываться из рук слуг точно так же. Тот же неистовый жест, та же беспомощность, тот же отчаянный ужас. Рубенс научил Делакруа изображать страдание красиво.
Но вернёмся к братьям.
Полидевк и Кастор после смерти стали созвездием Близнецов. Зевс вознёс их на небо как символ братской любви, которая оказалась сильнее самой смерти. Моряки молились им перед выходом в море. Воины — перед битвой. Потому что два брата доказали: правильный выбор — не всегда очевидный выбор.
Бессмертие — это величайший дар для человека. Но что толку в вечной жизни, если ты остался один? Олимп без того, кто разделял с тобой каждую победу, каждое поражение, каждый день жизни — просто позолоченная тюрьма.
Полидевк выбрал смерть на полставки. Зевс не понял. Как не понимают все, кто никогда не терял близких.
Рубенс понял. Он вложил этот выбор в каждый мазок картины. В единство движения братьев, в символизм чёрного и белого коней, в геометрию композиции, которая намертво связывает две фигуры в одно целое.
Поэтому это полотно — не просто картина о похищении. Это картина о том, что некоторые связи сильнее божественной воли, сильнее законов природы, сильнее даже смерти.
Полидевк мог жить вечно на Олимпе, пировать с богами, любить бессмертных нимф, купаться в лучах славы. Он выбрал полгода во тьме Аида, лишь бы не оставлять брата одного.
Что выбрали бы вы?